Декаданс - Людмила Семенова

о свадьбе! Вот вы видели, как у Инги глаза блестели, когда она про ресторан говорила, про приглашения, про платье? А строила из себя «железную леди»!

— Ей бы сейчас не о приглашениях надо думать, а о том, что дальше с Кузнецовым делать. Я вот ей совсем не завидую, — рассудительно заметила Яся. — Если он в ближайшее время себя в руки не возьмет, то непременно сопьется. А свадебные свистопляски и адекватных парней могут до белого каления довести. Им-то это не нужно!

— Ничего, можно и потерпеть, вся семейная жизнь все равно на женском горбу держится! Мужикам-то что: у них и работа, и карьера, и хобби, и любовницы. Так можем мы себе позволить хоть один день в жизни, когда нам все можно и ничего за это не будет?

— Странно это слышать от тебя, Катя, — вдруг произнесла Полина, которая прежде почти не вступала в разговор. — С каких пор ты в «мудробабы» записалась? «Семейная жизнь на горбу»... Ты еще порассуждай о тяжкой женской доле, богом назначенной! Сколько я тебя знаю, ты всегда мечтала о другом.

Катя, усмехнувшись, потрепала Полину по плечу и ответила:

— Поля, так истинная женская, а не бабская мудрость состоит как раз в том, чтобы найти мужчину, с которым ничего на себе не придется тащить тяжелее платьев и шубок. И чтобы ему было в радость иметь рядом с собой женщину-праздник, готовую выкладываться в постели, а не на кухне. Для кухни должны быть другие люди, на которых, разумеется, придется заработать. Ну а как он хотел? Так что парней вроде Алика могут себе позволить только такие девчонки, как Инга, которые в состоянии сами все себе купить, а муж им требуется в качестве сексуальной игрушки. Всем остальным их лучше рассматривать только как любовников.

— То есть, мудрость в том, чтобы повыгоднее себя продать?

— А что такого? Все люди так или иначе себя продают и покупают, Поля, это закон общества, — спокойно отозвалась Катя. — И в нашем-то возрасте пора это понимать, а не жить сказками!

— А ты не предусматриваешь, Катя, что товар имеет срок годности? И для таких мужчин, о которых ты мечтаешь, он обычно составляет в лучшем случае тридцать лет, а то и двадцать пять. Речь не о супружеском стаже, а о твоем биологическом возрасте. После этого — все, чао, надоело мне жить со старухой! И куда ты пойдешь, умея только носить платьица и хлопать глазками?

— Ну и злюка же ты, Поля, — нахмурилась Катя. — Слушай, надо тебе нормального парня наконец подыскать, а то совсем нервы испортишь!

В метро девушки уже переключились на отвлеченные и более спокойные темы, однако дома Полина долго не могла прийти в себя. Катина болтовня хоть немного отвлекала, а в уединении на душе стало совсем плохо. Родители сразу что-то почувствовали и не трогали ее, оставив наедине со своими горькими мыслями.

Ведь по сути Катя была права: ей, Полине, давно следовало начать самостоятельную жизнь, не цепляясь за грезы и воспоминания. И что если в основе этой хронической тоски была вовсе не любовь, а банальная привычка, страх неизвестности, нежелание работать над собой?

«Нет, — сказала она себе в конце концов. — Это все-таки была любовь, теперь уже я это точно знаю. В ней было хоть несколько минут радости, без всяких примесей, только с солнцем, небом, цветами, вкусными запахами, звездами. И я ни на что не хочу их менять. А то, что ничего больше у меня от нее не осталось, — так это уже только мое дело».

На следующее утро Полина, как следует ополоснув лицо прохладной водой и впервые за долгое время слегка подкрасившись, чтобы скрыть следы бессонной ночи, пришла на работу рано и застала в своей мастерской Игоря. Он увлеченно смотрел что-то на своем планшете и не сразу заметил девушку.

Подняв взгляд, Игорь приветливо улыбнулся и снял наушники.

— Доброе утро, Поля! Ничего, что я здесь устроился? Просто в вестибюле скоро шум начнется, а мне хотелось спокойно сосредоточиться.

— Все в порядке, — дружелюбно ответила Полина. — Я тебе не буду мешать. А что ты смотришь, если не секрет?

— Да тут такое дело: Инга просила для свадьбы придумать какой-нибудь анимационный тематический этюд. Я и согласился спроектировать, теперь вот смотрю образцы. Только ей хочется чего-нибудь оригинального, никаких там диснеевских золушек с русалочками. Ну, ты же Ингу знаешь!

— Так что же ты за образец взял?

— Пока еще не знаю: я больше всего люблю советскую мультипликацию, особенно для взрослых. Она, в отличие от детской, до сих пор мало изучена. Вот и захотелось узнать, как там обстояло со свадебной тематикой.

— И какие результаты?

— Представь себе, в основном мрачные, — сказал молодой человек, улыбнувшись. — Все, что я посмотрел, — про будни, ссоры, расчет, жизнь на шее у родителей... Про любовь как будто вообще никто не слышал. Хотя что тут удивительного, если подумать?

Полина тоже улыбнулась и Игорь добавил:

— Хочешь покажу?

Он предоставил ей один наушник и они посмотрели несколько забавных и в то же время грустных мультфильмов для взрослых. Полина никогда прежде о них не слышала, но Игорь уже неоднократно удивлял ее своими познаниями в мультипликационной сатире.

— Не очень-то хорошо эти художники относились к институту брака, да? — подвел он итог. — Я вот не могу понять: если все это старо как мир, почему на свадьбе продолжают говорить всякую романтическую пургу?

— А ты что, принципиальный противник брака?

— Нет, почему же? К здоровым семейным отношениям я отношусь очень хорошо. Только где их сейчас найдешь? Я люблю когда все на своих местах, когда мужчина строит дом, делает карьеру и защищает семью, а женщина может всецело посвятить себя домашнему быту, рождению и воспитанию детей. А что теперь в моде? Женщины стремятся все делать сами, а материнство откладывают до тех пор, пока не придется идти на всякие опасные процедуры, или вовсе отказываются рожать. А мужчинам, ясное дело, надоедает, когда у них пытаются отобрать их естественную роль.

— Вот как, — задумчиво сказала Полина. — Поэтому ты до сих пор и не женился?

Игорь удивленно посмотрел на девушку и ответил:

— Ну не такой уж я старый холостяк, Поля, — «до сих пор»! Мне еще только двадцать семь исполнилось. Скорее всего,