Майор Бойцов желает познакомиться (СИ) - Лина Коваль

Прикусываю любимый подбородок.

— Ну, держись, блядь.

Бойцов с рыком впивается в мой гостеприимный рот. Сразу с языком, без «здрасьте».

И всё…

Боже.

Его вкус как грейпфрут. Одновременно сладкий и горький. Горький настолько, чтобы придать поцелую особую пикантность, но не настолько, чтобы вызвать отвращение.

Мужские руки одновременно с движениями губ отправляются разгуливать по моему подрагивающему телу. Сминают бедра, ягодицы, оглаживает талию и добираются до груди.

Да!

Сдвинув тончайшее кружево, Бойцов потирает острые вершины, выбивая стоны, которые тут же сам и выпивает. Склоняет коротко остриженную голову и мучает ореолы влажным ртом.

Эта пытка невыносима.

Я извиваюсь под ним, подобно воробышку, попавшемуся в капкан. Тимура такой расклад решительно не устраивает, поэтому он фиксирует моё тело сразу в двух местах: ладонью мягко облегая тонкую шею, а также — плотно прижимая колено к разгоряченной промежности, о которое я тут же бесстыдно трусь.

— А ты горячая штучка, Завьялова. Никогда бы не подумал.

Шею опаляет жаркое дыхание. Он пахнет приятно. Как я уже говорила собой и совсем немного пивом.

Подскочив, Тимур одним движением стягивает джинсы вместе с трусами. Возбужденный член с острой розовой головкой раскачивается и пружинится, пока его хозяин расправляется с одеждой.

Тянусь к юбке, чтобы избавиться от неё, но слышу четкий приказ:

— Оставь.

Убираю пальцы с талии и перемещаю их на простыни, пока Бойцов управляется с презервативом.

— Уверена? — интересуется, подбираясь ближе.

Вместо ответа развожу ноги шире и истошно кричу, потому что, ухватившись за собранную на талии юбку, меня переворачивают в воздухе и шлёпают на живот.

— Прогнись.

Послушно выполняю, вибрируя всем телом, когда член медленно проталкивается внутрь. Давая привыкнуть к себе, потому что он… крупный, а я маленькая и узкая.

— А-а-ах… — не выдерживая, стону в руку, сложенную в локте.

— Покрути задницей, Валерия. Говорят, это бывает приятно. Даже феминисткам.

Усмехнувшись, выписываю пару развязных кругов по его члену. Всхлипываю. Огонь между ног адский. Горячий и беспорядочный.

Весь мир взрывается, будто банка с газировкой, которой я тут же захлебываюсь.

Тимур ускоряет движения, то припечатываясь твердым пахом к горящим ягодицам, то, максимально выбиваясь наружу. Кулаком собирает ткань на талии в комок, держит крепко, не даёт ни капли самостоятельности или хотя бы чего-то отдаленно похожего на равенство.

Да какое к черту равенство!

Он здесь главный. Это даже моим кудряшкам на голове ясно.

Первый оргазм — уважительный залп только от одного этого осознания.

Рву ногтями подушку.

— Боже мой. Мамочки, — пищу, сотрясаясь всем телом.

Волны удовольствия, как от брошенного в озеро камня расходятся одна за одной, постепенно слабея.

Совершенно не понимаю, как оказываюсь лёжа на левом боку, а Тимур, ловко подцепляет мою ногу под коленкой. Его пальцы такие же горячие, как и грудь, касающаяся спины.

— Кайфуешь, девочка? — спрашивает, снова тараня меня членом с дикой скоростью.

— Да-а-а.

— А ночь только началась, — шепчет на ухо змей искуситель.

Он поочередно мнёт груди. Спускает лямки с плеч, и сдвигает болтающийся лифчик на живот к юбке. Снижая взгляд, наблюдаю за этим варварским процессом и понимаю, что поистине пошлой Молли стала только сейчас.

Я уже догадалась, что к абсолютно любой задаче майор Бойцов относится основательно и даже с некоторой долей задротства, но, когда его пальцы, виртуозно потирающие размякший клитор, второй раз за пять минут выбивают из моего уставшего, покрытого испариной тела оргазм, готова слушаться его во всём.

И перебирать бумажки до конца века.

Стенки влагалища так неистово сокращаются и сжимают член, что огромное тело сзади вдруг замирает, а колючая щетина оцарапывает мои плечи.

— Да, — рычит Бойцов, покусывая нежную кожу и долго кончая в презерватив.

Ещё полминуты чувствую, как его ладонь оглаживает подрагивающие ягодицы.

А затем с характерным звуком гениталии майора покидают моё парящее над землей тело. Отваливаюсь на спину, даже не стараясь прикрыться.

Гори оно всё…

— Я в душ, — слышу сквозь рассеивающийся туман. — И продолжим…

Утром после второго и уже вялого (будем честны) третьего раунда…

В глаза слепит солнце, проникающее в комнату через окно с не задёрнутыми шторами. Приподнявшись, придерживаю одной рукой простынь на груди и пытаюсь идентифицировать себя в незнакомом пространстве.

Мышцы между ног противно тянет.

Вспоминая прошедшую ночь, кажется, до самых кончиков рыжих волос краснею. Вся-вся покрываюсь гадким, липким налётом стыда и ужаса.

Что я натворила?..

Судорожно рыскаю глазами по комнате в поисках одежды, натыкаясь, то тут, то там на последствия секса. Разорванная пачка от презервативов, куча фольги от них же, красные колготки, мои трусы на спинке дивана, а лифчик на столике в центре комнаты.

Даже всхлипываю на эмоциях.

Но гораздо хуже становится, когда в дверном проёме появляется Бойцов в одном лишь сером полотенце, замотанном на бедрах. Мрачный и злой. По его телу, вкус которого я тут же вспышками воссоздаю во рту, скатываются мелкие капли воды.

Тимур недовольно осматривает моё испуганное лицо и, разместив руки на бедрах, выговаривает худшее, что только можно придумать в этот момент:

— Завьялова, твою мать. Чтоб я ещё хоть раз с тобой выпил…

Глава 7

— И почему мне кажется, что ты филонишь, Лерка? — подозрительно произносит Рита, вытягиваясь в кресле. — От работы косишь?

Ноги у неё длинные и стройные. Тихонова вообще меня на целую голову выше.

— Скажешь тоже, — всё отрицаю.

Как следует затягиваюсь соплями и театрально покашливаю.

Если честно, одного рабочего дня следующего за ночью, проведенной с майором, мне хватило, чтобы понять — я так не смогу.

Как не буду стараться, просто не получится делать вид, что я не помню, как выглядит его член. Не смогу поступить так, как он поступил со мной — общался как ни в чем не бывало. Если бы не боли в мышцах и не царапины от его подбородка на груди — подумала бы, что с ума сошла.

Стыдно было ужасно. Может, и к лучшему, что Бойцова настигла амнезия?..

А ещё как нельзя кстати я… заболела.

Оформила больничный у фельдшера в нашей сельской поликлинике и вот уже пятый день валяюсь в постели с сериалами. И просто не представляю, как же мне быть дальше?

— Ну а твой майор? Не звонил? — спрашивает Ритка, не сводя взгляда с экрана мобильного.

— Нет, больно надо, — фыркаю.

Задираю нос.

— Вот козёл.

Соглашаюсь про себя. Хотя ничего удивительного, я ведь этого и ждала. Просто хотелось верить, что Тимур другой. Оказалось показалось, черт возьми.

— Ладно хоть встречаться предложил, — вздыхает Ритка умиротворенно.

Виновато опускаю глаза.

Ну а что мне надо было