Дурман - Дарья Данина

Я незаметно вздрогнул, когда телефон Лиды снова завопил. Второй раз с тех пор, как мы уехали из парка. Первый раз это была её мать. И Осина наплела той, что всё ещё тусуется со своими подружками. А сейчас?

Лида нервно одёрнула своё платье и полезла в маленькую сумочку за мобильным.

— Машка, — пробормотала, освещая своё лицо вспыхнувшим дисплеем.

Я пожал плечами и, положив локти на руль, уставился в лобовое стекло.

— Да, Маш? — бодро спросила Осина, — да, я же написала… всё нормально. Просто так вышло. — её пальчики бездумно пробежались по консоли, плавно маневрируя и, обходя одной ей видимые препятствия, поднимались выше. — Я с Князевым. — произнесла мою фамилию, и я резко повернул к ней голову. Неожиданно. И смело. Или просто с целью обезопасить себя? — Да, я потом тебе расскажу. Мы на поляне сейчас. — я слышу возгласы на другом конце, и мои глаза невольно подкатываться, — Всё, нормально, Маш. Он в курсе, что ты в курсе.

Теперь она повернулась ко мне, и мне даже показалось, что Осина ехидно улыбнулась.

И, чтобы не мучить себя больше догадками, я включил в салоне свет, наблюдая за тем, как Осина резко зажмурилась и прикрыла ребром ладони свои бесстыжие карие глаза.

— Хорошо, — продолжила, отворачиваясь к своему окну, — я позвоню. Или напишу. Давай, целую.

Сбросив вызов, Лида спрятала свой телефон в сумочку и, разгладив несуществующие складки на подоле своего слишком короткого платья, опустила ладони на оголённые бёдра. Прикрыла то, что сбивало меня с мыслей, и плотно сжав пухлые губы, посмотрела на меня.

— Всё? — напряжённо спросил, выгибая брови. — Отчиталась?

Было странно, что она соврала матери, но всё выложила подруге. Возможно, не хотела поднимать панику? Интересно, её мать знает о наших с ней непростых взаимоотношениях?

Осина открыла рот и зависла. Её брови так же выгнулись, и она несколько раз заторможено моргнула. Молчала несколько секунд, а после тяжело вздохнула, опуская голову и стискивая переносицу пальцами.

— Выходи, Осина, — я повторил свою просьбу. Нажал на кнопку, снимая блокировку с замков.

— Не понимаю, для чего нужен весь этот цирк, — выдохнула, продолжая сидеть, и пряча своё лицо. — Это… бессмысленно, Князев. Ты понимаешь?

— Тебе помочь?

— С чем? — слегка повернула голову, перехватывая мой взгляд.

— Выйти. Или всё же сама?

На мгновение в её глазах вспыхнул огонёк страха. Казалось, отступившая ненадолго паника, возвратилась, полностью парализуя Коротышку.

— Ау? Осина? Ты меня слышишь?

— Макс, — я видел как тяжело она протащила по глотке слюну, — просто… отвези меня обратно. Прошу тебя?

— Думаешь, я задумал что-то херовое, Осина? — усмехнувшись, я потянулся к её руке. И… о, чудо! Она даже не дёрнулась, когда мои пальцы обвили тонкое девичье запястье, — не делай из меня зверя, Лид.

— Мне всё это не нравится, — опустила взгляд, рассматривая непривычную картину: я касаюсь её, и она позволяет.

— Я вытаскивал тебя оттуда не для того, чтобы снова… — запнулся, едва не проговорившись. — Пошли, Осина. Прогуляемся. Ничего ужасного не произойдёт.

Некоторое время она отмалчивалась. Раздумывала, решалась, сомневалась, но всё же кивнула, отгораживаясь от надуманного страха.

Освободила свою руку от моих тисков и открыла дверь со своей стороны. Посмотрела на меня, и я, сделав то же самое, вышел из машины. Она вышла вслед на мной и тихо прикрыла дверь.

— И? — перетаптываясь с ноги на ногу, Лида взволнованно поправила свой пучок на голове, и осмотрелась.

— Пошли, — приблизившись к ней, я снова подхватил её руку. На этот раз я переплёл наши пальцы, но почувствовал лёгкое сопротивление.

— Не надо, — она попыталась забрать у меня свою руку.

— Здесь чёрт ногу сломит, — крепче сжал пальцы, — просто держись за меня. Не хочу, чтобы ты снова свалилась.

— Я не понимаю, зачем ты привёз меня сюда, — напряжённо проворчала, прекращая попытки освободиться, — и не понимаю, зачем тебе это надо, Князев. Мы с тобой даже не друзья. Мы…

— Враги? — дополнил её речь, слегка притягивая к себе.

— А разве нет?

У меня нет ответа.

Враги? Сложно-то как… я никогда не воспринимал её как врага.

Хотя, нет. Был небольшой промежуток времени, когда всё так было. Тогда, когда она доложила руководству о моей "якобы сломанной ноге". Меня чуть не попёрли. Во всяком случае сделали всё, чтобы я обделался и, опустив голову, пришёл на ковёр с повинной. Чёртова стукачка…

— Я давно не считаю тебя своим врагом, Осина, — всё же нашёл, что ответить, — и ты это прекрасно знаешь. А если не знаешь, то догадываешься.

Мы обошли по кругу ту саму поляну, на которой собирались тогда одногруппниками. Ещё несколько метров, чтобы оказаться в том месте, где всё произошло. И, потянув её за собой, мы снова оказались там.

— У меня нет к тебе доверия, — отозвалась Осина, притормаживая в том месте, откуда я тогда кинул тот злосчастный мяч.

— Я знаю.

Остановившись, я посмотрел на неё. Слегка наклонив голову, я ждал, что она вот-вот что-то скажет. Что даст мне понять: она помнит.

— Мне показали видео, — тихо произнесла отворачиваясь.

— Какое? — я непонимающе смотрел на неё. И ни хрена не видел. Чёрт! Так темно!

— Маркина снимала всё на видео.

Я ни хрена не понимал.

Маркина. Первая сплетница в нашей группе. Она откровенно бесячая девка, но я старался её игнорировать. Везде есть такие.

— Ну, — замявшись, Коротышка вытянула свои пальцы из моих, и в этот раз я позволил ей это сделать. — когда ты вытаскивал меня из воды. Когда откачивал…

Услышав это, я закрыл глаза и глубоко вдохнул прохладный ночной воздух. Так глубоко, что почувствовал, как растягиваются мои лёгкие. Будто вот-вот лопнут. Я помню, что ощущал тогда: в тот момент когда она лежала на земле, и я не мог поймать её дыхание. Я, кажется, был не в себе.

И этот день мне снился до сих. Я почти не спал. Я каждый раз ложился в кровать с мыслями о том, что снова увижу это во сне.