Наглый. Дерзкий. Родной - Ульяна Николаевна Романова

няню, владеющую иностранными языками. Федя знает, что он любимый ребенок, но хватает ли ему материнской любви и внимания? То, что его обожали все – его отец, бабушки и дедушки с обеих сторон, – сомнению не подлежало. Моя мама так вообще забыла, что когда-то очень строго воспитывала меня, и красила для Феди спагетти, когда он потребовал зеленые.

А я… Мне всегда казалось, что я недодаю ему материнского тепла. Стас, конечно, не согласился бы со мной, но бывший муж не стал моей стеной, за которой я могла бы спрятаться от жизни и быть просто матерью. Возможно, именно это я ему и не простила до сих пор. Бездействия! В тот момент, когда все было очень плохо, он не сделал ничего, лишь смотрел со стороны, как я барахталась в большом мире.

Я мотнула головой, избавляясь от ненужных мыслей. Я часто перекручивала в голове свой брак, переосмысливала, делала все новые выводы. И каждый раз приходила к одному результату – я выбрала замечательного отца для нашего сына, но плохого мужа для себя.

Радовало только то, что с Федей они по-прежнему близки и у нашего сына есть отец.

От грустных мыслей отвлек звонок мобильного. Я глянула на экран и включила громкую связь.

– Привет, Паш.

– Привет, Кнопка, – засмеялся мой старший брат, – как оно? Где Федор? Мне мама звонила, предложила на выходные внуков к себе забрать. Я в командировке, Маша повезет Костика, может по дороге и Федю захватить.

Мы с Пашей стали родителями с разницей в год, и наши сыновья тесно общались.

– Он в детском спортивном лагере, Стас настоял, – вздохнула я.

– Что за лагерь? Нормальный? Может, мне Костика тоже отправить?

– Феде нравится. Я пришлю тебе ссылку на их сайт, посмотришь.

– Давай, – согласился брат. – О, Кать, съезди на нашу стройку, а, по-братски. Я бы сам, но деньги отличные предложили, я тут застрял еще недели на две.

– Что там?

– Да хрен знает, я прорабу звонил, он юлит что-то, мямлит. Знаешь же, что нужно все контролировать.

– Вечером заеду после работы, – пообещала я.

– Позвони мне потом, ладно?

– Конечно. Пока.

Год назад мы с братом решили, что нам нужно место, чтобы собираться всей семьей, а наши родители всегда мечтали жить за городом на природе. Мы в складчину выкупили небольшой участок земли и строили там для родителей дом. Такой, как они мечтали, со множеством комнат, чтобы можно было всей семьей собираться на выходных.

Начали мы с большим энтузиазмом, но столкнулись с кучей проблем начиная от стройматериалов и заканчивая строительными бригадами, которые безбожно халтурили, при этом авторитетно пытаясь надуть моего брата. Архитектора по образованию.

Мы с Павлом уже задумались строить дом своими силами, но наконец он нашел бригаду, которая более-менее работала, не уходя с четверга по воскресенье в глубокий запой. Конечно, мы вынуждены были все контролировать. Эту непростую задачу мужественно взял на себя мой брат, который за год выучил русский матерный так, словно с рождения говорил именно на нем и рос не иначе как в той же деревне, которой не повезло с Эдуардом.

Но иногда случались форс-мажоры, и ездить приходилось мне. Как и в тот день.

Я припарковала машину у салона, снова заозиралась по сторонам, сокрушаясь, что еще немного, и я обзаведусь хроническим нервным тиком, из-за каждого угла ожидая появления Эдуарда.

С одной стороны, мне было любопытно, насколько хватит его креативности и что это чудо в очередной раз отчебучит. Хотелось узнать, кто он такой и что ему нужно.

С другой – та же неизвестность пугала, а уверенность в том, что надо мной издеваются, еще и злила.

Он сумел сделать то, что не делал до него никто, – разбудить женское любопытство. И заставил думать о себе постоянно.

Заглушила мотор и отправилась совершать трудовые подвиги.

– Катерина Романовна, – остановила меня на пороге Наташа, – привет.

– Ничего не знаю, – открестилась я.

– Катя, я ночью спать не могла, – засмеялась Ната, – кто он?

– Я тоже не спала по той же причине. Не знаю. Правда.

– Так он тебя со второго взгляда влюблять собрался? И как? Получилось?

– Влюбить не знаю, но нервный тик, бессонницу и начинающийся алкоголизм я точно заработала.

– Вот чудо, – покачала головой Наташа.

– Не то слово. Давай забудем о нем? – взмолилась я. – И так проблем хватает. Танюша, мне нужен отчет по остаткам. Что нужно заказать?

– Шампуни заканчиваются, – быстро отчиталась администратор.

– Пройдись по девочкам, и ко мне со списком, – попросила я, – сегодня я этим займусь.

– Хорошо.

Я снова спряталась в своем кабинете и до самого вечера работала, ни на что не отвлекаясь. Звонила поставщикам, делала заказы, писала отчеты.

Работа всегда меня отвлекала и выматывала, избавляя от упаднических мыслей.

Наконец я сделала последний звонок, сделала себе пометку в блокноте, глянула на часы и поняла, что нужно ехать, если я хочу застать строительную бригаду на рабочем месте.

Навела порядок на столе, по дороге сказала Танечке, что сегодня больше не вернусь и, если что, я на телефоне.

Вышла на улицу, подошла к своей машине, открыла багажник и достала коробку, в которой лежали мои кеды. Я предпочитала каблуки, но иногда нужно было надеть что-то удобное, и на такой случай я возила с собой пару обуви в багажнике.

Села, сняла туфли, быстро сменила обувь и напряглась, когда на меня упала чья-то тень.

Подняла голову и мысленно выругалась.

Напротив, свежий, выбритый и, как всегда, довольный жизнью, стоял Эдуард.

Он переоделся. По случаю жары сменил мастерку на футболку в бело-синюю полоску, а туфли – на сандалии, при этом оставаясь все в тех же желтых носочках. Любимый картуз на голове он залихватски сдвинул набекрень, а на нос нацепил темные очки.

В руке у маргинала был обычный пакет, который он крутил на указательном пальце.

– Катерина, доброго вечера, – пропел он.

– Уже откинулся? – пробурчала я, переходя на его язык.

– От звонка до звонка, – согласно закивал недогопник.

– Что надо? – я выпрямилась и посмотрела ему в лицо.

Пыталась посмотреть, но с моими метр шестьдесят без каблуков пришлось сильно задирать голову.

– Катя, мне ночью один фраер авторитетный подсказал, что путь к сердцу женщины лежит через желудок. Поэтому вот!

Он залез в пакет и достал… Кабачок!

Я смотрела на овощ круглыми от шока глазами и хватала ртом воздух:

– У меня нет слов.

– Слова не нужны, Катерина. Ну так что, пойдем мой день варенья отмечать? Я вино купил. Шато де пакет, удобная трехлитровая фасовка.

Из уст вырвался нервный смешок, а вот дар