Тайный Санта. Любовь под знаком Мерседеса (СИ) - Нил Натали

— Кому лучше?

Стас явно пытается сообразить, как ему ответить. Наконец, выдаёт:

— Вот умеешь ты. Придётся с тобой фильтровать, что и как говоришь. Нам обоим будет лучше. Так, что, красивая? Согласна?

— Дай мне немного времени… — надо ж всё-таки повыделываться. Я девушка порядочная… вроде бы.

Стас понимающе усмехается.

— Хорошо. Но ты в курсе, что Рождество у нас через день? Так что, на «подумать» у тебя только завтра.

Он везёт меня домой ночными улицами. Всё-таки, Мерседес – это космос… Эта разноцветная подсветка салона. Чувствуешь себя гостем на инопланетном корабле. Помимо воли улыбаюсь.

— Думаю, меня можно чмокнуть… хотя бы в щёку. – Стас паркуется и улыбается, поворачиваясь ко мне.

— Ага. Знаю я твои «невинные поцелуи». – возмущаюсь в шутку. — В щёчку ты не умеешь.

Стас закатывает глаза.

— Как хорошо ты меня узнала за столь короткий период времени. Тогда не будем тратить время на глупости. Подставляй губы, буду целовать.

— Ага, щас… Разбежалась, два раза упала и так и не добежала. – бурчу, сама выбираясь из машины.

Слышу, как Стас смеётся. Осторожно обхожу на своих красивеньких Мерседес. Стас опускает окно.

— Что, передумала? В машине было бы удобнее…

Наклоняюсь к нему и быстро касаюсь лёгким поцелуем его губ.

— Спасибо за вечер!

— М-м, судя по поцелую, так себе вечер…

Отступаю от Мерса.

— Отличный был вечер! Спасибо! Пока! – машу рукой и бегу к подъезду.

*******

Всю ночь, как юла, кручусь в постели. Предложение Стаса не даёт покоя. Рождество с незнакомцем вдали от цивилизации, в занесенном снегом доме, только он и я… Прямо, сюжет для зимнего триллера. С другой стороны, это так завлекательно и обещает нечто чудесное в самую волшебную ночь…

В итоге, встаю помятая и невыспавшаяся, а потому злая. Мама на кухне уже сварила кофе, оглянулась на меня.

— Трудная ночь?

Ага, у меня всё на лице написано крупными буквами.

— Стас предложил встретить с ним Рождество…

Вываливаю всё сразу на маму.

— Быстрый он у тебя. Хотя, судя по Новому году, Рождество тоже обещает быть весёлым.

— Мам… — бухчу, усаживаясь на стул и хватая чашку с кофе. – Что мне делать? Соглашаться?

— Круто ты на меня свои проблемы перекинула. – мама села напротив. — Нет, милая, сама решай. Папа его уже пробил. Нормальны мужик. Ну, а дальше — ты уже достаточно взрослая, чтобы самостоятельно принимать подобные решения.

Ну да… взрослая. На работу плетусь тоже без особого настроения. Стас не звонит, не надоедает. Вот в чём отличие взрослых мужчин от юных особ.

Вечером от Стаса приходит смс-ка с одним вопросительным знаком. Красноречиво… В голове всплывают мамины слова. Она часто их говорит. «Лучше сделать и жалеть, чем не сделать и жалеть»… Эх, была ни была! И я отправляю тоже красноречивую смс-ку с одним единственным восклицательным знаком.

Минут через пять, в очередном сообщении Стас написал, что заберёт меня из дома часов в двенадцать. Мне надо одеться тепло и взять с собой ещё чего-нибудь тёплого. Его дежурная приписка: «Целую, красивая» заставляет губы растянуться в улыбке. Внизу живота ожила щекотка. Похоже, меня ждёт приключение…

Глава 18

Я хотела выспаться в свой законный выходной, но, как назло, с раннего утра вылупила глаза. Надо же, переживаю.

Как сказал Стас натягиваю самый толстые колготки и тёплый свитер. В сумку бросаю пуховые носки и, немного подумав, отправляю ту же тёплый плед. Мало ли…

По запаху, проникающему под дверь спальни, понимаю, что мама напекла блинчиков… ммм… Выползаю на запах. Папа в зале смотрит телевизор. Окинув меня критическим взглядом, хмыкнул.

— На Северный полюс собралась?

— Даже не знаю… куда повезут.

— Не переживай, если что, я знаю, где тебя искать.

Ой, да кто бы сомневался.

— Спасибо, папочка! Премия «Отец года» твоя однозначно.

Обмен любезностями прерывает мама:

— Лиза, где ты там? Иди блинчики есть, пока тёплые.

У мамы в глазах тоже насмешка.

— Ты уверена, что не хочешь взять с собой бабушкин платок?

Есть у нас этот раритет. Как-то бабушка из очередного отпуска на Кавказе привезла пуховый платок отвратительного серого цвета. От него длинные шерстинки забивают нос и остаются просто на всём, чего касаются. Зато тёплый.

Тяжело вздыхаю:

— Издевайся. Тебе можно. – и тянусь за душистым, тончайшим, кружевным блинчиком.

Боже, благослови того, кто придумал блинчики! Я даже забываю о времени. Папа появляется на кухне и аккуратно кладёт на стол пиликающий телефон.

— Слушай, это же не порядочно – заставлять великовозрастного Ромео нервничать…

Поблагодарив папу взглядом, хватаю телефон.

— Привет, красивая. Вообще-то я тебя под подъездом уже минут пятнадцать жду. Ты, как там, не передумала-то ехать?

— Ой… прости. Я сейчас. Дай мне пять минут.

Мама улыбается и кричит мне вдогонку:

— Платок не забудь!

Быстро хватаю сумку и выбегаю к Стасу. Он стоит, оперевшись задом о капот и улыбается.

— Привет!

Он чуть наклоняется, и я касаюсь губами его гладко выбритой щеки.

— Прости!

Стас забирает мою сумку и прячет в багажник. Я забираюсь в машину. Всю дорогу я пытаюсь выяснить, куда он меня везёт. Но Стас упорно съезжает, ловко переводя тему разговора. Наконец, я сдалась и просто получала наслаждение от поездки.

В итоге, мы приехали в закрытый посёлок. Стас приложил электронный пропуск к считывающему устройству, махнул рукой охраннику, и мы оказались на территории, окружённой со всех сторон огромными заснеженными соснами. Красота неописуемая…

Стас припарковался у большой дачи с огромными панорамными окнами на втором этаже.

— Ну что, красивая, пойдём?

Я киваю, выбираюсь из Мерса и полной грудью вдыхаю обжигающий морозный воздух. Боже, как же здесь красиво! Губы расползаются в улыбке. Стас обнимает меня сзади.

— Нравится?

— Здесь неимоверно!

Чувствую, что Стас тоже улыбается.

— Пойдём внутрь… Холодно.

Я придирчиво осматриваю дачу. По всему коньку закреплены лампочки. Наверное, вечером, это выглядит сказочно. Посмотрим…

Внутри вся дача отделана деревом — таким уютным и тёплым. В большой гостиной зияет чернотой самый настоящий камин.

— Располагайся. Я заберу сумки из багажника.

Стас выходит, а я прохожу дальше. В углу гостиной – большая наряженная ель под потолок. На полке над камином и везде, где только можно, расставлены рождественские и новогодние фигурки. Здесь действительно живёт дух Рождества.

Сбрасываю пальто и с удивлением отмечаю, что внутри тепло. Касаюсь пальцами радиатора – горячий. Стас заходит с улицы, запуская внутрь морозный воздух, осматривает меня с ног до головы. Понимающе усмехнулся.

— Нормально ты подготовилась. Ну, как, красивая? Нравится?

— Ты приезжал сюда раньше? Я думала здесь дубарь, а здесь тепло… — зачем-то оправдываюсь.

— Конечно. Не мог же я привезти тебя в холодный дом, красивая. Это как-то не по-мужски. Пойдём, покажу тебе хозяйство.

— Коровы, куры, яйца? – не могу удержаться от шутки.

— Это в следующий раз. Нельзя же девушку так сразу пугать. Ещё сбежишь. – включается Стас.

Он переплетает наши пальцы и тянет меня за собой. Дача оказывается просто огромной. Он включает подборку рождественских песен, и по дому из огромной акустической системы разносятся чудесные мелодии. В гостиной он заставляет меня сказать: «Ёлочка, гори!» и по всей комнате зажигаются гирлянды. Это что-то нереальное…

— Пойдём на кухню, посмотрим, что я привёз.

А привёз он много. Стас вываливает на стол апельсины, судочки с салатами, тарелки с нарезкой, явно из ресторана, апельсины, лимоны, конфеты…

— Слушай, ты тут неделю жить собрался? – осматриваю гастрономическое богатство.

— Надо, будем жить. Глинтвейн варить умеешь?

— Могу.

— Отлично! Тогда сейчас мы с тобой идём гулять, аппетит нагнять, а потом ты варишь глинтвейн.