Извращенное притяжение - Кора Рейли

но сегодня я сразу перешел в режим атаки. Римо принял это, и наши следующие несколько ударов отражались от защиты, прежде чем Римо начал атаковать меня, врезав два раза в живот и в почки. И тут настала моя очередь. Я больше бегал, чем сражался, и Римо по-прежнему был лучшим бойцом, потому что он старался как можно чаще участвовать в боях в клетке, а не только тренироваться. Он сражался с реальными противниками за деньги. Если я хочу, чтобы эта борьба продолжалась достаточно долго ради получения ответов, мне нужно было принести свою игру.

Спустя десять минут и он, и я были покрыты потом и кровью. Кровь текла из пореза на моей нижней губе, а у Римо из пореза на брови, где я вскрыл часть его шрама, портившего одну сторону лица. Мы сделали перерыв, прислонившись к сетке клетки рядом друг с другом.

— Спрашивай, — пробормотал Римо между глотками воды.

— Почему Динара думает, что ее мать мертва?

— Отдых окончен, — объявил он, и я едва успел убрать бутылку, когда он направил кулак в сторону моего лица, но я увернулся. — Потому что он думает, что сможет защитить ее, — проворчал Римо, избегая моего удара сверху.

— Защитить ее от чего?

— От нее самой, я полагаю. — Римо послал мне кривую улыбку. — Но мы оба знаем, что защитить кого-то от самих себя чертовски невозможно, верно?

Я увернулся от него на расстояние вытянутой руки. Римо пытался спасти меня от наркотиков и неверных друзей, когда я был моложе. Он преуспел только тогда, когда отправил меня в Нью-Йорк, подальше от его защиты. Иногда риск падения без страховочной сетки был необходим, вот что Римо узнал из этого опыта.

— Блядь, почему ты не можешь сказать мне, что, черт возьми, происходит? — прорычал я, направляя кулак в его лицо, который он блокировал.

Римо с мрачной улыбкой наклонил голову.

— Между тобой и Динарой что-то происходит.

Я зарычал. Римо всегда знал больше, чем следовало, и ему это доставляло удовольствие.

— Это не твое дело, но абсолютно ничего не происходит.

Пока. Не то чтобы я этого не представлял…

— Некоторые могут с тобой не согласиться. В конце концов Динара часть Братвы. Ты связываешься с врагом.

— Как я уже сказал, ничего нет, и не прикидывайся святее, чем ты есть на самом деле. Фина тоже была врагом, а теперь твоя жена.

Улыбка Римо стала еще опаснее.

— Ты прав. Но именно я дергал за ниточки, когда встретил ее. Убедись, что ты тоже делаешь это.

— Мне было бы легче, если бы ты сказал, с чем я столкнусь. Динара жаждет мести?

— Как только она узнает правду, обязательно.

Я поморщился.

— Какого хрена вы с Григорием сделали? Я должен сообщить Динаре, что ее мать жива.

— Да, ты должен.

Я помолчал, прищурившись.

— Какая твоя цель, Римо? Я не хочу, чтобы Динара пострадала.

Римо покачал головой.

— У тебя сложный вкус на девушек.

— У нас это общее.

Римо усмехнулся.

— Езжай и скажи ей и посмотри, как она отреагирует.

— Мне это не нравится. Я не хочу, чтобы Динара стала пешкой в твоей войне с Григорием.

Римо ничего не ответил.

Я подумал, не ударить ли его по лицу, но он, вероятно, предвидел это. Вместо этого я улыбнулся ему в ответ.

— Этот бой окончен. Пусть Фабиано с тобой потренируется. Мне нужно вернуться в лагерь.

Римо прислонился к углу клетки, не сводя с меня глаз.

— Я не злодей здесь, Адамо. Мои намерения чисты из-за того, что я не говорю тебе.

Я не смог удержаться от смеха, когда вышел из клетки, а Фабиано занял мое место.

— Слово «чисты», и ты не в хороших отношениях.

Нино подошел ко мне прежде, чем я успел покинуть зал.

— Ты должен присоединиться к нам в бассейне во второй половине дня. Мы устроим барбекю и насладимся хорошей погодой.

Я отрицательно покачал головой.

— Нет, спасибо, с меня хватит игр разума Римо.

— Он не единственный виновный. Всякий раз, когда ты здесь, ты ищешь тему для борьбы.

— Я не ищу. Мы с Римо во многом расходимся во мнениях.

— Мы с ним тоже, но ты сосредотачиваешься только на своих разногласиях и стараешься игнорировать хорошее. Римо любит тебя и всегда делает то, что считает лучшим для тебя.

— Мне действительно нужно вернуться в лагерь. Следующая гонка всего через неделю. У меня еще куча дел.

Нино кивнул и пропустил меня. Уходя, я почувствовал острую боль. Но не только из-за Римо. Следующая гонка станет началом нескольких гонок в короткой последовательности, все они без единого дня отдыха между ними. Мне нужно многое организовать и убедиться, что моя машина в отличном состоянии.

И мне не терпелось снова увидеть Динару.

ГЛАВА 5

Вдали показались первые трейлеры и палатки, и я не смог сдержать улыбки. Жить кочевой жизнью не очень удобно, особенно санитарные условия иногда оставляли желать лучшего. Но мы предпочитали жить среди друг друга, а не останавливаться в мотелях. Конечно, некоторые гонщики предпочитали комфорт близлежащих гостиниц и присоединялись к нам только в ночь перед гонкой, особенно те, кто спонсировался своими богатыми родителями и делал это не ради денег. К счастью, их было немного. Поскольку всего через неделю предстояло провести семь гонок, всем придется разбивать лагерь или спать в машинах.

Я припарковал автомобиль на краю лагеря и вышел. Трейлер Крэнка стоял в центре, а вокруг него расположились импровизированные домики всех остальных. Когда я отсутствовал, все оставалось на нем, и его трейлер часто становился нашим деловым домом.

Было уже далеко за полдень, и завтра последний день, чтобы подготовиться перед нашей семидневной гонкой, особенно вдолбить правила в участников. Я уже знал нескольких человек, с которыми мне придется провести разговор, чтобы убедиться, что они действительно поняли мое сообщение.

В центре горел костер, готовясь к наступлению ночи, и воздух наполнился запахом коптильни и барбекю. Я установил свою маленькую двухместную палатку, прикрепив ее к машине. Я предпочитал не спускать глаз со своего автомобиля. Иногда случались странные происшествия.

— Как Вегас? — спросила Динара у меня за спиной, как раз когда я застегнул молнию на палатке.

Обернувшись, я увидел, что она стоит очень близко, скрестив руки на обрезанной футболке AC/DC, вновь демонстрируя этот дразнящий пирсинг. Это было крошечное красно-золотое яйцо. На этот раз Динара была не в ботинках, а в шлепанцах, показывающие темно-красные накрашенные ногти.

— Что произошло с твоим лицом?

Моя губа слегка распухла от боя с Римо.

— Дружеская