Испорть меня (СИ) - Ромуш Джулия

— Значит мне нельзя ничего, а тебе меня позорить можно?!

Внутри все бурлит от эмоций и я никак не могу с ними совладать.

— Что за бред? — Он злится, не понимает, о чем я говорю. Сводит брови на переносице.

— Твоя шлюха, только что рассказывала мне в подробностях как ты имеешь ее каждую ночь! Какого черта я должна это слушать?! Ты приводишь меня туда, где есть твои подстилки! А в ответ от меня хочешь повиновения и соблюдения твоих правил?!

Наверное стоило вспомнить в этот момент где и с кем я разговариваю. И вспомнить то, что я, то особо права на претензии никакого и не имела.

Но черт бы его побрал, я сейчас себя чувствовала по локоть в грязи и погружалась в нее все сильнее и сильнее. Это он думает, что будет развлекаться с ней, а после приезжать и прикасаться ко мне? Как вчера?!

От этих мыслей щеки вспыхнули еще сильнее, а коктейль из ярости и гнева получился настолько взрывоопасным, что я начала переживать за последствия этого взрыва.

Айдаров прищурился, а после подался вперед так, что мне не оставалось ничего кроме, как вжаться в стену. Бояться его я не перестала. Тем более тогда, когда он так смотрел. Что аж душу на изнанку выворачивало.

— Что это, Лиза, ревность? — Мужик вопросительно выгнул бровь, а я громко сглотнула.

— Не дождешься, — выплюнула в ответ. Мой голос начинает звучать громче. Сердце то и дело ударяется о ребра. Я не знаю что это. Даже думать не хочу, что ревность. Потому что… Потому что в таком случаи получается, что я в полном дерьме. Получается, что у меня что-то есть к этому мужчине… А я совершенно этого не хочу!

— Кажется уже дождался, — криво усмехается, а после наклоняется так, что его горячее дыхание обжигает кожу лица. Мамочки… мое сердце сейчас вообще биться перестанет. Трусливо упадет в пятки и не станет подавать признаков жизни.

"Ловите промик на очень горячий и опасный роман=)) "Моя за долги " Ярл Конг coVmzZXr"

Мои глаза распахиваются настолько широко, что кажется я не смогу даже моргнуть.

— Я… что… ты…

— Устраиваешь мне сцену ревности на людях. Ведешь себя как капризный ребенок. Ты ведь вполне могла дождаться пока мы сядем в машину, но решила повеселить всех вокруг.

— Ой, прости, не могла… Ведь сесть с тобой в машину — означает находиться с тобой в одном пространстве! А мне мерзко, понял?! Что если я пойду и с кем-то…

Взвизгиваю, потому что Айдаров в этот момент со всей дури заезжает кулаком в стену над моей головой. Зажмуриваюсь и сжимаюсь в маленький комочек.

— Я стараюсь быть терпеливым, девочка. Но очень сложно это делать, когда ты провоцируешь каждую секунду.

Его дыхание утяжеляется, я это прекрасно слышу, понимаю, что он в бешенстве. Но, а я не могла по другому. Это мерзко, противно, отвратительно! Значит он не хочет чтобы ко мне кто-то прикасался. Угрожает физической расправой, а сам получается…

— Это нечестно, — глубоко вдыхаю и поднимаю лицо вверх, впиваюсь взглядом в его глаза, — не честно, когда у меня есть запреты, а ты себе позволяешь все что хочешь.

— Жизнь вообще не справедлива, — его голос холодный. Как хирургический скальпель, который причиняет боль. Физическую. Хочется плакать. До крика. До ужаса. До громких всхлипов.

— Я хочу тоже поставить условие, — сдерживаю рыдания, сжимаю пальцы в кулаки так, что ногтями впиваюсь в собственные ладони. До жгучей боли. Это отрезвляет лучше всего.

— Условие? — В его голосе слышится удивление, смешанное с интересом.

— Да, заключим договор на словах. Хочу, чтобы ты знал. Если у тебя будут другие женщины ты никогда ко мне не прикоснешься.

Сама холодею внутри от того что произношу. Зачем мне это?! Для чего?! С кем я собралась играть?

Взгляд Айдарова в этот момент становится настолько холодящим душу, что внутри все покрывается корочкой льда.

— Кажется еще вчера ты хотела, чтобы этого никогда не произошло.

Внутренний голос твердит дать заднюю, не играть в эти игры. Не действовать на эмоциях. Хороший же расклад, он имеет кого хочет, а ко мне не прикасается. Зачем мне что-то. Для чего мне все это нужно?!

Самое ужасное, что у меня нет ответов на все эти вопросы. Знаю только одно, я хочу чтобы он больше ни к кому не прикасался.

— Я передумала, — задираю подбородок еще выше, это все равно когда-то произойдет. Его терпению рано или поздно придет конец. И я даже думать не хочу что будет тогда… А сейчас… сейчас я могу договориться. Заставить его играть по моим правилам, — если ты не станешь меня торопить… Дашь время…

Голос дрожит. Я переживаю. Айдаров молча смотрит, изучает взглядом мое лицо. Как будто пытается понять я его обманываю или нет.

А после его пальцы сжимают подбородок так, что я не могу даже шелохнуться, он наклоняется настолько низко, что наши губы почти соприкасаются… Его дыхание обжигает, пускает ток по венам. Кошмар. Я играю с диким зверем. Совсем мозгов лишилась.

— Ты сама предложила эту сделку, девочка. Я согласен. И хочу, чтобы ты понимала, заднюю у тебя дать не получится.

Глава 9

Открываю глаза и несколько секунд рассматриваю потолок. Привыкнуть к тому, что я больше никогда не проснусь в свой комнате оказалось очень сложно. Дом Айдарова у меня язык не повернется назвать своим. Здесь все его. Куплено на его деньги. Оплачено из его кошелька. Каждая вещица в моей комнате — его. Как, впрочем, и я. К сожалению.

Сажусь в кровати, обнимаю руками колени и опускаю на них подбородок. Выходить из комнаты совершенно не хочется. Я не знаю — уехал ли Айдаров на работу. Не знаю во сколько он вообще выходит из дома и собирается ли сегодня выходить. Вчера меня ждал сюрприз… Что будет сегодня?

Стоит вспомнить вчерашний день, как сердце моментально заходится в груди. Я действительно решила играть с этим зверем? Дергать за усы хищника и надеется, что он меня не сожрет?

Вчера я дала волю своим эмоциям, разрешила меня загнать в тупой угол из которого казалось бы не было выхода…. Но… неожиданно там… в коморке, в которой он нас запер, в мою голову пришел план. Не рискну назвать его гениальным… Но… он имеет право на жизнь.

Вчера мы с Айдаровым заключили пари. Он сможет иметь на меня полные права, только если до того времени как я буду готова ему позволить все, что он хочет, у него не будет любовницы.

Даже сейчас мои губы кривятся в усмешке. Сколько такой мужчина как Рустам готов воздерживаться от секса? Несколько недель? Возможно даже месяц? А если его будут провоцировать девушки? Что если ему создать невыносимые условия?

Я догадывалась, что изначально его привлекло во мне то, что я его отталкивала и всячески пыталась сбежать. Вела себя естественно. Да, показывала настоящие чувства и эмоции. Возможно, именно это ему во мне и понравилось. Вот только есть одна небольшая проблемка. Я не хочу ему нравится. Не хочу, чтобы он меня хотел. Не хочу, чтобы у него по отношению ко мне был хоть какой-то азарт или интерес.

Мы с ним разные. Совершенно. Вчера мне не понравилось то, что я его ревную. Это звоночек, что дальше будет хуже. Если Айдаров продолжит свои нападки. Продолжит делать то, что он делал, то все это закончиться плохо именно для меня.

Все девушки в округе его хотят. Готовы ради него чуть ли не из трусов выпрыгнуть. И он к ним относится ровно. Без особого интереса. Даже взять в пример его любовницу. Вчера его не беспокоили ее чувства. Ему было плевать.

И именно в момент нашего разговора, эмоционально разговора и своего срыва на ревность, до меня дошло. Я веду себя неправильно. Для него неправильно.

Я выторговала себе время. Не знаю много ли, но постараюсь успеть провернуть то, что задумала как можно быстрее. Фиктивный брак без какой-либо близости устраивает меня намного больше, чем брак в котором он может вытворять со мной все, что ему заблагорассудится.

Айдаров же человек слова? Именно на этом я и решила его подловить. Он сам согласился. Сомневаюсь, что его желание иметь со мной близость настолько сильное, что он готов записаться в монахи.