Полынь и мёд - Лина Манило

размышлений, а я резко оборачиваюсь, чтобы встретиться с насмешливым взглядом чёрных глаз.

– Никуда я не бросалась! – задыхаюсь от возмущения. – Я просто задумалась!

– Ладно, пусть так… но дела это не меняет, – отмахивается от моих пояснений, словно всё для себя давно решил. – Ты ведь вчера сбежала, а я жуть как люблю такие сложности. Сама же провоцируешь меня, между прочим.

Чего-чего? Провоцирую? С чего бы это? Что вообще творится в голове у этого мужчины?

– Я не знаю, что ты там себе нафантазировал, но я действительно не хотела и не хочу с тобой знакомиться. Неужели это настолько трудно понять?

– Вовсе не трудно, – кивает и, помолчав немного, добавляет: – но неужели ты сама не понимаешь, что чем больше от меня убегаешь и сопротивляешься, тем сильнее мне хочется тебя догнать?

“Ну, погоди!” какое-то.

– Я уже говорила, но повторю вновь: ты маньяк. А иначе я не знаю как объяснить такую болезненную настойчивость. Не удивлюсь, если на стене твоего подвала висят в рядок трофейные головы всех тех, кого ты в итоге догнал.

Он молчит, слегка улыбаясь, непробиваемый. Я впервые встречаю настолько твердолобого мужчину, который не понимает никаких слов. Прёт буром, напролом.

– Маньяк-маньяк, ты даже ещё не представляешь, до какой степени я маньяк.

– Если не возражаешь, даже не стану представлять. Своих проблем хватает, ещё голову всякой ерундой забивать.

Я не знаю, почему мне настолько сильно хочется сопротивляться его вниманию. Это какая-то игра, правил которой я не понимаю, но она заводит меня. Что бы он ни говорил, мне хочется спорить, сопротивляться… странно это очень, но ничего с собой поделать не могу.

Он молчит, кажется, переключив всё своё внимание на дорогу, что стелется асфальтовой лентой перед лобовым стеклом, а я краем глаза смотрю на него. Мне бы с гордым видом отвернуться, но ведь смотрю, будто бы мой взгляд сам собой приклеивается к нему, примагничивается.

Несмотря на царящую весеннюю прохладу, на нём надета белая просторная футболка, в которой его широченные плечи кажутся ещё массивнее. Он большой и, наверняка сильный, и я рядом с ним вовсе, наверное, незаметная. Какой у него рост, интересно? Под метр девяносто, если не чуть больше. Бугай, честное слово, самый настоящий бугай.

Перевожу украдкой взгляд выше и невольно любуюсь чётким профилем, будто бы его из камня высекли. Прямой нос, лёгкая рыжеватая щетина на щеках, тёмно-коричневые брови над чёрными глазами и слегка вьющиеся волосы, коротко стриженные на затылке, висках и свободно падающие на лоб.

– Ты на меня смотришь, – заявляет, усмехаясь, а я быстро отворачиваюсь к окну.

– Скучно, вот и смотрю.

– Нравится?

– Ничего особенного.

– Ну-ну, – смеётся, а я зажмуриваюсь, понимая, что стремительно краснею.

– Мы почти приехали, – объявляет, а я и сама уже вижу возвышающееся за рядом активно зеленеющих деревьев пятиэтажное здание “Полиграфсервиса”.

Слава богу, сейчас выйду, попрощаюсь и больше не придётся терпеть настырного мужчину, который будто бы специально второй день подряд попадается на глаза.

– Спасибо, что насмерть не сбил. И за то, что подвёз тоже спасибо, – говорю, отстёгивая ремень, и распахиваю дверцу. Ура, свобода! Но в ответ получаю лишь скупой кивок. Но самое странное: он тоже решил выбраться из салона на улицу. – Я сама дойду, не нужно утруждаться.

Не хватало ещё, чтобы провожать меня удумал. Хотя да, с него станется.

– А я и не утруждаюсь, делать мне нечего, – заявляет, делая пару шагов вперёд. Уверенных таких шагов, нужно отметить.

Жалобно пищит сигнализация, издалека доносится пение невидимой птицы, а воздух наполнен ароматом вишнёвого цвета.

– Ты идёшь? – указывает рукой на нужное мне здание, а я оглядываюсь по сторонам. – Между прочим, ты говорила, что у тебя важное дело в нашем офисе, – взмах в сторону центрального входа. – Срочное, кажется. Поэтому советую поторопиться.

В каком это смысле “в нашем офисе”?! Что вообще происходит?

Пока пытаюсь переварить услышанное, мой внезапный спутник кладёт ключи от машины в задний карман тёмно-синих джинсов и, не оборачиваясь, идёт к зданию. Как к себе домой идёт, стремительно так, размашисто. Мне же ничего не остаётся, как следовать за ним, потому что я действительно тороплюсь.

Что бы это всё ни значило, работа есть работа.

Вокруг царит такая приятная тишина, а погода с самого утра настолько хорошая, что я невольно забываю обо всём, что может меня тревожить. Пусть жизнь и непредсказуемая штука, я всё равно её люблю.

Парковка возле здания забита до отказа, а огромный рыжий кот сидит возле самого входа и медленно вылизывает лапу, полуприкрыв большие зелёные глаза и лениво поглядывая на прохожих.

– Прошу, – усмехается мой спутник, останавливаясь возле автоматических дверей. Но не входит, меня ждёт. – Только после вас.

– Спасибо, – киваю и делаю шаг внутрь.

Я ни разу не была в этом здании, потому просторный холл рассматриваю с интересом. Светлые стены увешаны множеством очень ярких разноцветных плакатов, рекламными постерами, смешными картинками. Была бы моя воля, я бы надолго залипла, разглядывая каждую деталь, но время не ждёт. Да и настырный товарищ отчего-то никуда не уходит, а стоит за моей спиной и, прямо чувствую это, смотрит и смотрит. Вот же… как коршун вьётся. Но пусть, сделаю вид, что не замечаю.

Льстит ли мне его внимание? Возможно, но его настойчивость слегка настораживает, хотя, чего греха таить, будоражит что-то глубинное и первобытное во мне.

Ладно, сначала с рабочими вопросами разберусь, а потом уже буду думать о чувствах и ощущениях.

– Почта пришла? – раздаётся его голос за моей спиной, а когда оборачиваюсь, вижу как девушка за стойкой администрации передаёт ему, улыбаясь от души, стопку писем и каких-то проспектов. – Спасибо, Ритуля, ты, как всегда, красивее всех.

Значит, всё именно так, как мне показалось на первый взгляд: настойчивый тип работает здесь. И теперь-то понятно, что его так развеселило, когда я попросила отвезти себя в “Полиграфсервис”. Интриган! Мог бы и сразу сказать, что нам по пути, но, с другой стороны, я ведь тоже не слишком-то шла с ним на откровенность. Баш на баш, так сказать.

– Ой, скажете