Сводный брат. Опекун для бунтарки... (СИ) - Виннер Хелен

Поправив волосы, Джозеф побрел открывать дверь. На пороге стоял Браен.

— Что с тобой? — удивленно спросил он. — Я решил узнать, не приехала ли твоя сестра и по дороге встретил того парня, на его Мустанге. Значит она все же дома?

— Да… — вздохнул Джозеф, еле дыша от пережитого возбуждения. — Проходи…

Браен вошел в дом и сразу понял, что здесь что-то произошло. На полу валялась разбитая ваза, рядом с ней перевернутый стол. Пройдя дальше, в гостиную, он остановился на пороге. Здесь все было перевернуто, а на полу валялась разорванная одежда. Среди обрывков Браен узнал одежду и обувь Ники.

— С ней все в порядке? — спросил он обеспокоенно. — Просто, зная тебя, ты вполне мог ей голову оторвать.

— Никки, ты в порядке? — закричал Джозеф, в сторону лестницы, ведущей на второй этаж.

— Да пошел ты! — послышался в ответ голос Ники.

Джозеф, жестом показал Браену, что все хорошо и она жива. После чего сел в кресло с бокалом виски. Разговаривать с Браеном ему сейчас хотелось меньше всего. Он все еще находился под впечатлением от того, что тут происходило. Он еще никогда в своей жизни не испытывал такой страсти ни к одной из своих женщин. Он просто сидел и задумчиво глядел на ее вещи, разбросанные по полу.

Убедившись, что с девушкой все в порядке и поняв, что друг сейчас не в состоянии о чем либо говорить, Браен решил оставить их, и вернуться домой.

Джозеф так и остался сидеть в своем кресле.

Воспользовавшись моментом, Ника оделась и тайком пробралась в комнату Джозефа, в поисках своего телефона. Долго его искать не пришлось. Заглянув в его прикроватную тумбочку, она тут же его обнаружила.

Вернувшись к себе, она долго думала, кому же ей позвонить. Маме или же Кеони. Что и как сказать о том, что произошло. Но в конце концов, после долгих раздумий, она так и не решилась на звонок.

Она ругала себя за то, что дала слабину и позволила ему зайти так далеко. Однако она поймала себя на том, что ей все очень понравилось, больше чем с Биллом. Его страсть, поселила в ней симпатию к нему. Но вместе с тем, именно это и пугало ее больше всего.

Решив оставить эти мысли до утра, она легла спать.

На утро, спустившись в низ, ей в нос ударил резкий запах табака и перегара. Заглянув в гостиную, она обнаружила там не только Джозефа, спящего на диване, в обнимку с ее порванным бюстгальтером. Но и Мэтью. Он был сейчас ровно в том же состоянии, что и Джозеф, но спал в кресле.

Она не стала их будить, по всему было понятно, что сидели они допоздна, очевидно обсуждая то, что случилось. Ника молча прошла на кухню и сделала себе кофе и омлет.

За завтраком, она увлеченно смотрела телевизор и не заметила, как прямо перед ней теперь сидел Джозеф.

— Доброе утро… — произнес он осушив стакан воды. — Как ты?

— Я!? — удивленно спросила она. — Я прекрасно… Чего похоже никак не скажешь о тебе…

— Ты права… Чувствую я себя не очень… — поморщившись сказал в ответ Джозеф. — Но вовсе не потому, что не сдержался вчера… Об этом я как раз таки, нисколько не сожалею… И повторил бы это еще тысячу раз…

— И не мечтай… — резко оборвала она его. После чего показала ему телефон. Увидев его, Джозеф побледнел от страха за то, что она возможно уже все рассказала отцу. — Успокойся… — засмеялась она видя его испуганные глаза. — Я еще никому не звонила… Но… Если ты будешь продолжать в том, же духе… Я это сделаю…

Внезапно, их прервал звонок в дверь. Ника пошла посмотреть, кто же там пришел. Оставив Джозефа в полной растерянности. Открыв дверь, она увидела прямо перед своим носом, огромный букет красных роз. И если бы не состояние Джозефа, то решила бы, что букет от него. Однако, это было вовсе не так.

Расписавшись, за доставку, она открыла воткнутую в букет записку и прочла ее: «Никки, ты бесспорно, самая прекрасная девушка. Позволь мне выкрасть тебя и сегодня вечером? Я заеду за тобой в восемь. Билл».

Подняв глаза, она мечтательно улыбнулась. Билл станет для Джозефа хуже красной тряпки для быка. Она все решила в ту же секунду.

Войдя, обратно в дом, она тут же встретила недовольный взгляд Джозефа. Он стоял перед ней, скрестив руки на груди и на скулах его плясали желваки.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— От него? — спросил он прекрасно понимая, что это так и есть.

— Конечно! — язвительно ответила она. — Он в отличии от тебя умеет ухаживать за девушками. И сегодняшний вечер я проведу с ним!

— Я запрещаю тебе! — строго сказал Джозеф.

— Ты наверное забыл про телефон? Если не разрешишь мне поехать с ним, я позвоню маме и тогда тебе не поздоровиться! — оставив его в полной растерянности, она пошла к себе, уткнувшись носом в розы.

Джозеф вернулся в гостиную, чтобы разбудить Мэтью. И настроение у него было мягко говоря не очень. Он не хотел отпускать ее с Биллом, но и остановить никак не мог. У него больше не было того козыря, благодаря которому он мог ее удерживать.

Она же, сидя перед зеркалом, вдыхая аромат этих прекрасных цветов, вспоминала и перекручивала в своей голове оба поцелуя. Первый, что подарил ей Билл. И тот, что силой взял Джозеф. И все чаще ловила себя на той мысли, что второй поцелуй был для нее более ярким и запоминающимся. Ей нравился Билл, но он был слишком спокойным и обходительным для нее. А в Джозефе, кипела страсть. Его захлестывали эмоции и это ей как раз таки нравилось. Однако при этом, при всем, было совершенно не возможно быть с ним. Родители никогда не допустят этого, да и сама она не может вот так просто отказаться от своей мести ему.

Она не покидала своей комнаты до самого вечера. Все решала и выбирала наряд для свидания. Нет, она не хотела порадовать Билла… Она хотела задеть Джозефа. И наконец, она решила, что она наденет.

К восьми вечера, она была полностью готова. Она надела кроваво красное, платье, полностью обтягивающее ее точеную фигуру. Распустила волосы и нанесла на губы красную помаду. Это был очередной вызов и провокация. Она точно знала, что Джозеф отреагирует на это. К тому же, ей было любопытно узнать, как поведет себя Билл. Одним словом, это была проверка для них обоих.

Когда в дверь позвонили, она направилась в низ.

Дверь открыл Джозеф. И увидев перед собой Билла, он уже сейчас начал злиться. Билл же был абсолютно спокоен. Сегодня он не был похож, на того лихого гонщика, что похитил вчера Нику. В этот вечер, он был элегантен и походил скорее на бизнесмена.

— Добрый вечер… — с улыбкой поздоровался Билл.

— Сомневаюсь… — бросил Джозеф.

— Обещаю, что верну ее целой и невредимой. Не переживай так, все будет в порядке. Даю слово… — заверил его Билл.

— Мне в принципе не нравится, что ты трешься возле нее… — заявил Джозеф. — Кто ты такой вообще? Появился из неоткуда и крутишься тут. Что тебе надо от нее?

— Я просто парень, которому очень нравится твоя сестра. — спокойно и с улыбкой ответил Билл. — Не злись, она выбрала меня и ей нравится со мной. — внезапно, в поле его зрения, прямо за Джозефом, появилась Ника. От увиденного он замер как вкопанный.

Джозеф тут же обернулся. Ника направлялась к ним. Ее кошачья походка завораживала. И Билл, и Джозеф, не могли вымолвить ни слова глядя на нее. Она была довольна результатом. Однако основная часть эмоций была только впереди.

Когда она подошла к ним с манящей улыбкой, Джозеф будто очнувшись, резко выставил между ними руку и заявил:

Ты никуда не пойдешь! — она не стала с ним спорить, лишь молча и с улыбкой, жестом напомнила ему, что позвонит родителям. Скрепя зубами и сжав кулаки, Джозеф пропустил ее вперед.

Билл наблюдал за ними и не понимал, что же между ними происходит. Но спрашивать сейчас, было бы не уместно. Он просто забрал Нику и подставив ей свою руку, усадил в машину. Обойдя машину, чтобы сесть за руль, Билл вновь взглянул на Джозефа. Он стоял у двери и нахмурив брови смотрел на Нику. Она же в ответ, ехидно улыбалась.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Наконец двери машины захлопнулись и они уехали, оставив Джозефа наедине со своей ревностью.

— Что это с ним? — спросил Билл, когда они отъехали на достаточное от дома расстояние. — Он будто ревнует тебя ко мне…