Помнишь, ты сказал, что я никто?.. (СИ) - Юдина Екатерина

— Я хочу уйти, — сказала и с неприязнью посмотрела на ладонь Монтеро, которой он сейчас сжимал мою руку.

Я дернулась в бок, но Адан вернул меня на прежнее место.

— Нет. Останешься тут.

— Зачем? — я зашипела. — Думаешь, мне приятно находиться в мужской раздевалке один на один с полураздетым парнем? Понимаешь, какие слухи могут пойти, если сейчас сюда кто-то зайдет? И, тем более, если учесть, что тут я вместе с тобой.

— И что с того, что тут ты именно со мной?

— А то, что ты самый худший вариант.

— Для чего же?

— Для всего, — я уже не выдержала. — Даже для того, чтобы просто стоять рядом с тобой. Хуже тебя вообще никого нет и я не понимаю, какое право ты имеешь удерживать меня тут. Я хочу уйти. Прямо сейчас. И, если ты меня не отпустишь, тебе же будет хуже.

— Что же ты мне сделаешь?

— Не отпустишь и увидишь, — сказала, смотря на него пылающими от гнева глазами.

Несколько секунд царила полная тишина, в которой воздух пылал от переполняющей меня злости, после чего я дернулась, собираясь уйти, но, внезапно, Монтеро поднял меня на руки. Я не успела даже моргнуть, как он открыл один из шкафчиков и впихнул меня туда. Понимая, что он собирался сделать, я попыталась выставить вперед руки, но не успела. Адан захлопнул шкафчик.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Открой, немедленно! — закричала и ладонью громко хлопнула по металлической поверхности, в этот момент слыша, как проворачивался замок, прочно закрывая меня в этом месте.

— Показывай, Агилар, что ты можешь сделать.

— Ну, ты и урод, — я зашипел, опять ударив по дверце, хотя в таком положении даже это было трудно делать.

Я небольшого роста и телосложения, но шкафчик был достаточно узким, чтобы сжимать меня со всех сторон и ограничивать настолько, что любое движение давалось с невыносимым трудом. Я попыталась встать, но тут же уперлась макушкой в твердую поверхность. Пришлось сесть обратно.

— Выпусти меня. Немедленно.

Монтеро ничего не ответил. Я услышала, что он закрыл на замок дверь, ведущую в раздевалку, после чего пошел в противоположную сторону. Послышался звук льющейся воды и я поняла, что Адан был в душевой.

— Помогите! Меня заперли в шкафчике. Выпустите меня отсюда! — кричала, надеясь, что меня хоть кто-то услышит, но бесполезно. Я все равно не сдавалась. Кричала и била ладонью по дверце.

Из-за того, что я находилась в настолько сжатой позе, все тело уже вскоре начало ныть и болеть, но хуже всего была злость, от которой я, казалось, вот-вот взорвусь.

В том закрытом колледже, сразу после моего поступления, старшие девчонки время от времени закрывали меня в кладовках. Пару раз я сидела в них до утра. В сырости, холоде и кромешной темноте.

В том месте я оказалась из-за общения с Монтеро, а теперь, после моего возвращения в Мадрид, таким образом со мной поступал сам Адан.

Как же сильно я его ненавидела. Каждой частичкой своей души и до дрожи в ладонях.

Замолчав, я попыталась хоть немного изменить свое положение, чтобы тело болело не так сильно и в этот момент услышала, что Монтеро вернулся из душа. Немного привстав, я посмотрела в небольшую щель, имеющуюся в дверце и увидела, что Адан, будучи полностью голым, если не считать полотенца, обернутого вокруг бедер, стоял неподалеку от душевой и что-то лениво листал в телефоне.

— Выпусти меня, — потребовала и, пытаясь немного привстать, чуть не простонала от того, как затекла поясница.

— Зачем? Ты же еще не показала, что сделаешь, если я тебя не отпущу, — сказал Адан, не отрывая безразличного взгляда от телефона. — Так что же, Чудовище, ты сделаешь? Еще покричишь? Или, может, побежишь жаловаться? Например, начнешь плакаться Тадео?

— Думаешь, я сама тебе ничего не сделаю? — зло спросила.

— Единственное, что ты можешь, это отвлечь на одну ночь, раздвинув свои ноги. И то без резинки тебя никак.

— Что ты такое говоришься? — спросила, качнув головой. Сразу подумала, что что-то неправильно расслышала.

— То, что ты грязная, Агилар. Как и вся твоя никчемная семья. Ни на что нормальное ты не способна.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я разомкнула губы, но сразу не нашла, что ответить. Злилась. Причем, настолько сильно, что даже не могла разобрать своих мыслей.

— Ты дружишь с моим старшим братом. Более того, Тадео твой лучший друг, но его семью ты называешь никчемной.

— Тадео так же ненавидит мою семью, но для меня он не Агилар.  Тебе же, Чудовище, эта фамилия отлично подходит.

— А ты истинный Монтеро. Еще тот урод.

Некоторое время в раздевалке царила тишина. Адан что-то просматривал в телефоне, а я пыталась дотянуться до своего рюкзачка, в надежде достать телефон и написать Бланке. Но, в итоге даже не могла завести руку за спину. Еще и крючки до боли впивались в плечо. Наверное, точно останутся синяки.

— Как же я тебя ненавижу.

— Ты думаешь, что меня это хоть как-то волнует? — Монтеро усмехнулся. Оторвав взгляд, он посмотрел на дверцу шкафчика, в котором я сидела. — Чудовище, может, уже успокоишься и примешь ту единственную роль, на которую способна? Роль подстилки.

Глава 9. Злость

— Гори в аду, Монтеро, — зашипела, после чего опять попыталась дотянуться до своего рюкзачка. Получалось плохо. Я бы даже сказала, что ужасно.

— Агилар, убеди меня выпустить тебя, — Адан отложил в сторону телефон и опять посмотрел на шкафчик. — Давай, постарайся. Покажи, как умеешь умолять.

— Какой же ты урод, — я зло уперлась ладонью в дверцу шкафчика, ногтями царапая металлическую поверхность.  

— Чудовище, ты должна быть хорошей и послушной. Я говорю — ты делаешь. Как и подобает подстилке из семьи Агилар.

— Черта с два, — эти слова, пропитанные гневом, сорвались с моих губ. — Ты поплатишься за все это.

— Выросла, но не поумнела, — сказано холодно. Адан подошел к шкафчику, в котором я сидела и, еле заметно наклонив голову набок, сказал: — Чудовище, ты все такая же пустоголовая.

Он поднял ладонь и положил ее на дверцу шкафчика. Не знаю почему, но от этого жеста мне стало жутко, из-за чего я откинулась назад даже несмотря на то, что теперь на плечо нещадно давил крючок.

— Я рад, что ты вернулась, — сквозь щель в дверце я частично увидела, что Адан улыбнулся. Вот от этого стало по-настоящему страшно. — Я по тебе скучал. Теперь мы можем сделать то, что я так давно хотел.

— О чем ты? — почему-то спрашивала очень тихо.

Адан ничего не ответил. Казалось, что вовсе не собирался этого делать, но так же в следующее мгновение его отвлек зазвонивший телефон. Монтеро ответил и я услышала, что парень сказал, что сейчас куда-то подойдет. После этого, до меня донесся шорох одежды. Кажется, Адан сбросил полотенце и обратно надел спортивные штаны.

— Подожди меня тут, — прозвучало, как издевка. Вернее, это она и была. — Я скоро вернусь.

Я ничего на это не сказала. Да и Адан не стал ждать от меня ответа и просто пошел к выходу. Буквально несколько секунд и дверь захлопнулась и даже была закрыта на ключ.

— Помогите! — опять закричала. — Меня тут закрыли.

Кричала я долго и во весь голос, но меня все так же никто не слышал. Понимая, что это бесполезно, я решила опять попытаться дотянуться к своему рюкзачку. Было больно и, казалось, я сейчас еще сильнее застряну в узком шкафчике, значительно усугубляя свое положение. Более того, руки начали затекать, но в какой-то момент я дотянулась до змейки на рюкзачке и, поерзав, вытолкнула его вперед.

Создавалось ощущение, что понадобилась целая вечность, но я все же достала телефон и сразу же позвонила Бланке.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ты же сейчас все еще в зале? — спросила, как только девушка ответила.

— Да…

Дальше слушать я не стала и сразу же выпалила:

— Бланка, иди быстрее на первый этаж. Когда спустишься по лестнице, пройди немного и с правой стороны найди мужскую раздевалку.

— Зачем?