Мышка для Котова (СИ) - Котлярова Екатерина

— И что там такого интересного, мышонок, что ты так взволнованно кусаешь губы и сводишь ножки вместе? — насмешливый и чуть хрипловатый голос на самое ушко.

Я вздрогнула от неожиданности и со злостью посмотрела на парня. Он улыбался, наблюдая за моей реакцией. Заблокировала электронную книгу и спрятала за спину.

— Чего тебе, Котов? Чего ты ко мне прицепился? Никого не трахнул вчера в клубе? Яйца жмут? — говорю насмешливо, вскидывая глаза и улыбаясь ехидно.

— Ммм… мышонок мой… хочешь мне помочь с этой проблемой? — руками упирается в спинку кресла за моей спиной и шепчет тихо на ухо, носом проезжаясь по виску и зарываясь в волосы. От его жаркого шёпота по телу бежит электрический разряд. Соски мигом напрягаются, что становится заметно через ткань майки и спортивного топа. Руки покрываются мурашками.

— Иди к чёрту, Котов, — шиплю я, когда до затуманенного от его близости сознания доходят сказанные слова.

Щёки мигом покрываются румянцем дикого смущения. Я вспоминаю сегодняшнюю ночь. Жадные прикосновения и полный желания шёпот. Пытаюсь подняться, но сильная рука давит на плечи, не давая возможности пошевелиться. Ныряет за спину, ладонью оглаживая лопатки и каждый позвонок, а потом выхватывает книгу и включает экран.

— Мужчина довольно рыкает и подхватывает меня под попу… — читает он момент, на котором я остановилась. — Ммм… А я думал, что ты читаешь что-то научное, заумное. А ты любовные романы почитываешь. Мило… очень мило… представляешь нас на их месте? — тянет он.

— Как же я тебя ненавижу, — шиплю я, руками ударяя ему в грудь. — Ненавижу! Почему ты просто не можешь оставить меня в покое?

Марк никак не реагирует на мой выпад.

— Знаешь, мышонок, раньше таких рыжих сжигали на костре, — пальцами цепляет прядь моих волос и подносит к лицу, втягивая глубоко мой запах, — считая ведьмами.

Он склонился ко мне настолько близко, что я вновь чувствую запах его тела и быстрое дыхание. Борюсь с диким желанием прижаться к нему и уткнуться носом в широкую грудь. Чтобы почувствовать тепло его тела. Как сегодня ночью. Ведь мне было мало. Чертовски мало.

— Может тебе стоит держаться от меня подальше, Котов? Вдруг прокляну? Импотенцию нашлю. Может не стоит играть с огнём, Марк? — шепчу ему в губы, ладошками поглаживая по широкой груди.

— А мне нравится играть с огнём, мышонок, — от низкого голоса каждая клеточка моего тела начинает пылать.

Обхватывает руками моё лицо и приближается практически вплотную. Сердце на время перестаёт биться. Задерживаю дыхание, когда горячее дыхание касается губ. Каждая секунда тянется мучительно медленно, заставляя меня трепетать в ожидании поцелуя.

— Да, я прекрасно заметила, что ты любишь играть с чужими чувствами, — хриплю я. — Особенно с моими.

— Ань, — Марк начинает поглаживать мои щёки большими пальцами, — посмотри на меня.

— Не хочу я на тебя смотреть, Котов. И слушать я тебя не хочу. У тебя своя жизнь, у меня своя. Ты мне всё сказал чётко и кристально ясно два года назад, — убираю его руки со своего лица и отхожу к шкафу. — Раз ты не хочешь уходить и оставлять меня в покое, то это сделаю я.

Распахиваю шкаф, достаю кожаные шорты с высокой посадкой и белую футболку. Наплевав на всё, отворачиваюсь к Марку спиной и снимаю майку и топ. Из-за спины слышу рваный вздох. Тихие шаги за спиной и горячие пальцы касаются спины.

— Убери руки, — бросаю сердито, дергая плечом. Если скажу, что его прикосновения мне неприятны, то солгу. Приятны. Ещё как приятны. Даже больше.

Застегиваю бюстгальтер и надеваю футболку, завязав узел на животе.

— Анюта, — кладёт руку на живот и прижимается к спине грудью.

Впечатывает в себя, пальцами лаская пупок.

— Ань, перестань злиться.

— Да, конечно. Я не злюсь. Совсем не злюсь. С чего бы мне злиться? Да, Марк? Сама себе обиды напридумывала.

— Ань, — шепчет на ухо виновато.

— Я уже восемнадцать лет Аня, Котов. Отпусти меня, я одеваюсь, если ты не заметил.

— Заметил. И меня интересует, куда ты собралась в таком виде? — рычание.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Туда, где нет тебя, — локтем ударяю его в живот. Марк стонет и сгибается вдвое. Забираю шорты и электронную книгу и ухожу в ванную переодеваться до конца. Собираю волосы в высокий хвост, вставляю линзы и подкрашиваю глаза. Надеваю шорты и окидываю себя взглядом в зеркале. Самое то для клуба. Только что делать ещё пять часов? Ведь с Лешей я договорилась встретиться только в шесть. Ладно, посижу в какой-нибудь кафешке. Видел несколько пока прогуливалась.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Выхожу из ванной и тут же вижу злого как чёрт Марка. Парень стоит у двери, скрестив руки на груди и сверлит меня взглядом. Молча застегиваю босоножки на каблуке.

— Отойди от двери, Котов, — говорю терпеливо, когда вижу, что отходить Марк никуда не собирается. Стоит, загораживая выход.

— Ты в таком виде никуда не пойдёшь, Аня! — яростно шипит, раздувая ноздри.

— Что не так с моим видом, Марк?

— Ты одета как шлюха, — выплевывает презрительно.

— Не тебе решать, как мне одеваться, Марк. Ты мне никто.

— Переоденься, — будто не слышит моих слов.

Закатываю глаза и бесцеремонно отпихиваю его, покидая квартиру.

Тоже мне командир нашёлся! Идиот! Если бы не те слова, то подумала бы, что он меня ревнует. Это ведь смешно!

Глава 16

— Я с утра не разглядел, какая ты красавица, — говорит с широкой улыбкой Лёша, опускаясь на стул напротив меня. — Прекрасно выглядишь, Аня. Прости, что опоздал, Дорри нужно было выгулять. Давно здесь сидишь?

— Хм… уже больше пяти часов, — допиваю чай из белой чашки. — Тебя ждала.

Вижу, что парень растерялся.

— Шучу. Просто решила развеяться и вкусно покушать, а тут меня пока не выгнали, — не стала я посвящать его в свои проблемы. — А почему твоего пса зовут Дорри? — перевожу тему. — Как рыбку из мультика.

— Маша его нашла, когда он был совсем маленьким, — улыбается ласково. — У неё кот дома, поэтому она решила сплавить щенка мне, — хмыкает, пальцами забирая оливку из моей тарелки.

— Эй! Это грабёж средь бела дня! — возмутилась я, ударяя его по руке. — Так почему Дорри?

— Маша так его назвала, я не спрашивал почему, — снова протягивает руку и тырит в наглую оливку с моей тарелки.

— Маша значит, — улыбаюсь я, подаваясь ближе. — А почему ты не позвал её с нами в клуб? — интересуюсь я, ставя локоть на стол и подставляя руку под щёку. — Снова струсил?

— Я не струсил, — буркает, снова протягивая руку к моей тарелке. Закатываю глаза и подвигаю тарелку ближе к нему. Пусть кушает парень, всё равно я оливки не люблю.

— Не струсил, хорошо. А что же тогда, Леш? — интересуюсь я. — Ты не зовёшь её по какой причине? До сих пор считаешь, что не достоин её?

— Ань, я вырос в детдоме. Никогда не видел своих родителей и даже не пытался их найти. Я смог купить эту несчастную однушку, где отклеиваются обои и протекают краны. Зарабатываю тридцать тысяч в месяц и пытаюсь в это время получить высшее образование. С трудом закончил третий курс. Меня чуть не выперли за прогулы.

— И что? — я откидываюсь на спинку стула. — И что с того, что ты мало зарабатываешь? Ты ведь знаешь, что с милым и рай в шалаше. И если она любит тебя, а я почему-то уверена на все двести процентов, что она тебя любит, то Маша будет с тобой несмотря не на что. Она видела твою квартиру и не заблуждается по поводу твоего заработка. Леша, — сжала его запястье, — мудрая женщина сможет помочь своему мужчине добиться многого в жизни. Ведь прелесть в том, что женщина проходит весь путь вместе с мужчиной. Вот ты сегодня студент с копейкой в кармане, а через десять лет успешный бизнесмен.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Её родители будут против наших отношений. Ань, — выдыхает с какой-то обреченностью, — она цитирует Шекспира и Гомера и ест вилкой и ножом. А я…