Нарисуй мне любовь (СИ) - Николаева Юлия Николаевна

Ознакомительный фрагмент

— Очень интересно. Что скажете, Алиса Александровна?

— Ничего, — процедила я. Мужчина, окинув меня взглядом, вернулся к портрету.

— С чего бы ему рисовать вас в таком виде?

— Откуда я знаю? Он художник, придумал себе что-то и нарисовал. Я ему никогда не позировала.

Первые слова правды, блин, а толку от неё?

— Я так понимаю, кто-то унёс все картины, а эту оставил специально для нас? — заметил он, достав перчатки, надел и стал аккуратно снимать портрет. Кто-то… Я, кажется, даже догадываюсь, кто именно. Мстительная стерва, решила меня подставить. — Не знаете, кто? — Шавров, свернув мой портрет в трубочку, смотрел с интересом.

— Понятия не имею.

— Ясно, — он вроде бы согласился, но я видела: не поверил. — Что ж, раз дел для вас нет, предлагаю покинуть квартиру.

Распрощавшись с Шавровым у подъезда, я, наплевав на работу, отправилась в сторону центра. Настроение было ни к черту, но сдаваться я не собиралась. Все это устроила Николаева, я уверена, у неё, наверняка, есть ключи от мастерской, с ней говорили, женщина знала, что я туда поеду отбирать картины. И подсуетилась, очернив меня в глазах следователя.

Достав телефон, я позвонила Алле на ресепшн и попросила скинуть адрес Николаевой. Она расстаралась, через десять минут прошло смс. Я к этому моменту уже приблизилась к центру на своих двоих. Дом Николаевых разместился на небольшой тихой улочке, где в своё время элитное жильё под шумок вытеснило детский сад, библиотеку и муниципалитет. А ещё говорят, деньги могут не все. Несколько трехэтажных домов с уютными дворами теперь радовали глаз прохожих.

Калитка была открыта, пройдя к дому, я набрала номер квартиры на домофоне. В меня словно бес вселился в тот момент, но я решила добыть картины, во что бы то ни стало.

— Слушаю, — ответила Наталья.

— Это Алиса Воронцова, из галереи. Надо поговорить.

— О чем, интересно?

— Например, о том, что вы украли из мастерской Гарри все картины для выставки.

— А ты докажи, — хмыкнула она.

— Откройте дверь.

— И не подумаю.

Щелчок, и женщина отключилась, а я бессильно пнула дверь ногой.

— Так она вряд ли откроется, — раздался сзади насмешливый голос. Обернувшись, я увидела Рогожина, того парня, которому продала машину. Он-то тут что забыл? В голове всплыл его адрес, и я чуть не чертыхнулась, он же здесь живет! А если его подружка прикатит на моей машине? Андрея удар хватит. Да что ж мне так не везёт? Ладно, это потом, сейчас надо пользоваться возможностью.

— Ты тут живёшь? — ткнула пальцем в дверь, он кивнул, рассматривая насмешливо. — Проведи меня.

Немного подумав, Рогожин ответил:

— Хорошо, пошли, — достав ключ, открыл дверь, мы зашли, и он, положив руку мне на плечи, пошёл к лифтам мимо охраны.

— Руки убери, — прошипела я.

— Да успокойся ты, это чтобы охранник на тебя внимания не обратил. На моих девушек он не смотрит.

Я терпеливо прошла до лифтов, а там сразу вынырнула из-под руки.

— Что особенного в твоих девушках, — задала вопрос, пока он жал кнопку.

— Ничего. Просто их очень много.

Открылись створки, мы зашли в лифт. На хрена он вообще нужен в трёхэтажном доме? Рогожин все время движения меня рассматривал, я пялилась в зеркало, делая вид, что этого не замечаю.

— Что ты не поделила с моими соседями?

— Это по работе.

— Ага, — согласился, но тоже не поверил. Да и плевать. Ещё перед ним не хватало оправдываться.

Оказалось, Николаевы с Рогожиным живут на одном этаже. Подождав, пока парень скроется в квартире, я нажала звонок. А он вроде не так плох, как показался поначалу. Может, потому что не вёл себя, как придурок? Ну или почти не вёл. Я услышала за дверью шаги, следом тишина. Была уверена: женщина смотрит в глазок и думает, открыть или нет. Дверь все-таки распахнулась. На пороге стояла Наталья в спортивном костюме.

— Что надо? — спросила, складывая на груди руки.

— А то вы не знаете?

— Ты даже из смерти Игоря ищешь только выгоду. Оставь его уже в покое.

— Ваше стремление подложить мне свинью объяснимо. Но вы же понимаете, что менты вас найдут, замучаетесь с ними объясняться. И вообще, вы по сути украли картины.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— И что Игорь в тебе нашёл? — покачала она головой.

— Молодость, красоту и ещё много чего. А вы для него были только мешком денег, с которым переодически приходилось ложиться в постель.

— Ах ты дрянь! — Наталья бросилась на меня, нервишки у неё ни к черту, однако. Не знаю, на что дамочка рассчитывала, я выросла в детском доме и постоять за себя умела. Скрутив её, затащила в квартиру и захлопнула дверь, не кстати подумав: вдруг Андрей дома? К счастью, она была одна. Интересно, Рогожин наблюдал за нами? Посмеялся от души, наверное.

— Пусти, — Наталья пыталась вырваться, но я довела её до гостиной и усадила на диван, только тогда убрав руки. Женщина принялась тереть запястья, а я с любопытством осмотрелась. Квартира, конечно, шикарная. Андрей мог бы и что получше мне снять, денег у него, видимо, куры не клюют.

Ладно, об этом потом.

— Где картины? — спросила Наталью.

— Ты их не получишь.

Вздохнув, я присела на стул.

— Слушайте, Наталья, мы взрослые люди. У вас договор с галереей, так что выставка все равно состоится.

— Обойдусь без твоих комментариев. Проваливай, иначе охрану вызову.

Я видела, она не шутит, потому удалилась, поражаясь абсурдности происходящего. Казалось, у всех разом крыша поехала.

Возвращаться в галерею не имело смысла, я отзвонилась Марине Евгеньевне и сообщила, что картины у Николаевой, но с ней нужно беседовать на высшем уровне, меня она не слушает. Та сказала, что позвонит даме, и я поехала домой. В дороге объявился Андрей, сообщил, что не придёт, и я обрадовалась, требовалось хоть какое-то время побыть одной и все обдумать. Да просто выдохнуть спокойно, тем более что завтра суббота.

Однако выдохнуть мне не дали. В десять утра я проснулась от настойчивого звонка в дверь. Открыла, даже не спросив, кто, толком не соображая, что происходит. За дверью стоял Андрей.

— Ты чего так рано? — я потёрла глаза, он, разувшись, прошёл в комнату и сел в кресло. Только тут я заметила, как он бледен и сосредоточен. Губы сжаты. Господи, что ещё случилось? Я присела на край кровати, сердце предательски быстро забилось. Посверлив меня взглядом, Андрей вытащил из внутреннего кармана пиджака фотографию и бросил на журнальный столик. На ней был запечатлён вчерашний портрет из мастерской. Я устало выдохнула.

— Где ты его взял?

— Знакомый сообщает информацию об этом деле.

— А он не сообщил, что я сказала следователю? Я никогда не позировала Ставровскому, это плод его воображения.

Кивнув, Андрей снова полез в карман, на этот раз достав плотный конверт, открыл его, вытащил фотографии и бросил на столик.

— Это тоже плод воображения? — задал вопрос, а я закрыла глаза. На фотографиях я занималась с Гарри сексом.

В голове ни одной мысли. Открыв глаза, спросила тихо:

— Откуда?

— Какой-то добрый человек оставил на лобовом стекле под дворниками.

Я потёрла виски. Час от часу не легче. Кто же это? Николаева не в курсе о нашем с Андреем романе, выходит, есть кто-то ещё, кто следит за мной? Или за Андреем? А сейчас решил включиться в игру? В какую, спрашивается? С каждым днём я понимаю все меньше и меньше.

Андрея, кажется, эти вопросы не интересовали. Когда я на него взглянула, наткнулась на тяжёлый взгляд в упор.

— Что скажешь? — спросил он. Бросив взгляд на фотографии, я поморщилась.

— А что тут скажешь? — выдала устало. За последние дни столько всего произошло, что на эмоции уже сил не остаётся. Зато у Андрея их было через край. Вскочив с кресла, он рывком поднял меня за плечи и прорычал:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Так ты мне с ним изменяла?

Хотелось спросить, а что, не видно по фотографиям? Но я только коротко ответила:

Конец ознакомительного фрагмента

Купить полную версию книги