Дж. А. Редмирски - Песня светлячков

Ознакомительный фрагмент

Не останавливаясь, он снял с меня всю одежду. Потом разделся сам. Элиас взобрался на меня. Боже, какое это было зрелище. Я любовалась его потрясающей мускулатурой, обводя глазами каждую линию на его сильном загорелом теле. Его голодные губы коснулись моей груди, потом шеи, подбородка и наконец моих губ. Элиасу было не насытиться поцелуями. Кое-как высвободив руки, я потянулась вниз и схватила его напрягшийся член. Элиас застонал.

– Элиас, войди в меня, – не размыкая губ, попросила я. – Я так давно этого хотела.

На этот раз я действительно этого хотела, а не просто уступала мужскому натиску. Наверное, так должно было бы произойти тогда, четыре года назад. Но сейчас я жаждала насладиться каждым мгновением.

Элиас придавил меня своими мощными бедрами. Его сильные пальцы переплелись с моими. Он помогал мне втолкнуть член в меня. Я чувствовала, как его головка елозит по моей ляжке. В следующее мгновение он уже был во мне. Я закрыла глаза, упершись головой в подушку. Внутри меня было совсем мокро. Член Элиаса проскользнул на всю глубину влагалища. Я вскрикнула, потом застонала от удовольствия.

– Я так по тебе соскучился, – страстно шептал Элиас, не отрываясь от моих губ. Он начал толчки, каждый раз ударяя по мне своими каменными бедрами. – Больше никогда меня не бросай, – добавил он, кусая меня за нижнюю губу.

От этих слов мне хотелось плакать. И я плакала, но глубоко в душе. Однако теперь слезы были другими. Слезы блаженства, которого я не знала. Я снова обвила его ногами. Мне хотелось, чтобы он проник в меня еще глубже.

– Больше я никогда не сбегу от тебя, – пообещала я, и слезы все-таки брызнули из уголков глаз.

Я шумно дышала. Мне не хватало воздуха.

– Обещай мне, – потребовал Элиас, усиливая толчки.

Я посмотрела на него. Глаза Элиаса были такими же мокрыми, как мои. Только сейчас я поняла, что творится в его душе. Не вернись я, он, быть может, научился бы жить без меня. Но если я снова его брошу, это его убьет. Меня тоже.

– Обещаю, что никогда тебя не брошу.

– Поклянись своей жизнью.

Его член сотрясал мне стенки влагалища. У меня дрожало все тело. И дух занимался, как в детстве, когда качели взмывают вверх. Элиас смотрел мне в глаза и ждал ответа.

– Клянусь тебе всей своей непутевой жизнью, – сказала я, ощущая весомость каждого слова. – Больше я никогда тебя не брошу.

Элиас впился в меня губами. Такого сумасшедшего траха у меня не было ни с кем. Я вцепилась в изголовье кровати. Ноги настолько ослабли, что едва поднимались. Элиас кончил мне прямо на живот, сотрясаясь всем телом. Я обняла его и поцелуями убирала пот с его висков и губ.

Ему понадобилось всего несколько минут отдыха, и он уже снова меня хотел. На этот раз Элиас не торопился и терпеливо ждал, когда я тоже кончу.

Так мы провели целый день, с переплетенными руками и ногами. Мы оба молчали, глядя в потолок. Я лежала на его теплой сильной груди, а он осторожно водил пальцем по моим волосам.

– Ты обещала, – прошептал Элиас.

Я посмотрела на него.

– Да, – сказала я и наклонилась, чтобы его поцеловать.

Элиас тоже меня поцеловал. В его глазах по-прежнему была тревога.

– Ну что ты боишься? Я больше никуда не уйду, – успокоила его я. – Элиас, я и так слишком долго жила без тебя. Жаль, что не поняла этого раньше.

Он слабо улыбнулся и откинул мне волосы с лица.

– А знаешь, хорошо, что ты тогда въехала мне ногой в бок, – сказал он, целуя мой нос.

– Я бы не въехала, если бы ты не назвал меня уродиной.

Элиас улыбнулся и снова притянул меня к себе.

– Ты для меня всегда была самой красивой, – сказал он, целуя мои волосы.

Я была на седьмом небе.

Мы оба были на седьмом небе.

Глава 6

Нам понадобилось целых семнадцать лет, чтобы найти друг друга. И теперь, оказавшись вместе, мы не хотели расставаться даже ненадолго.

Первые две недели наши возобновившиеся отношения были такими, какими я их всегда себе воображал. Мы с Брей повсюду ходили вместе. Своим новым друзьям я представлял ее как мою подругу. Своим старым друзьям Брей говорила, что мы живем вместе. Брей не задело, когда мы случайно встретили мою прежнюю подружку на одну ночь. Если и задело, то слегка. Она все правильно поняла.

Это произошло в ресторане «Деннис». Мы с Брей сидели в отдельной кабинке и беспечно болтали, когда рядом послышалось:

– Надо же, кого я вижу. Элиас Клайн.

Я поднял голову. Возле нашего столика стояла Джана. Ее светлые волосы были стянуты в конский хвост. Обилие косметики темных тонов придавало ее лицу сходство с мордой енота.

– Привет, Джана, – сказал я, опуская вилку.

Я взглянул на Брей, потом снова на Джану. Та стояла как вкопанная и явно не собиралась уходить.

– Джана, познакомься. Это моя подруга Брей. Брей, это Джана.

– Рада познакомиться, – сказала Брей и улыбнулась.

Трудно сказать, была ли ее улыбка искренней, или же она играла в вежливость.

Густо подведенные глаза Джаны оценивающе скользнули по Брей. Она тоже улыбнулась. Интересно, догадалась ли Брей, что я трахался с этой девицей?

– Подруга, значит? – фыркнула Джана.

– Да.

Брей выпрямилась и сложила руки на столе.

– А ты кто будешь? – с усмешкой спросила она.

Теперь я понял, что улыбки обеих были искусственными. И вдруг почувствовал себя медвежонком, оказавшимся между мамашей и чужой медведицей.

– Знакомая Элиаса и Митчелла, – ответила Джана.

У меня отлегло от сердца, поскольку этими словами она и ограничилась.

– Кстати, в пятницу на реке будет большое сборище, – сообщила Джана. – Подтягивайтесь. Не пожалеете.

Брей посмотрела на меня, затем привалилась к мягкой стене кабинки и скривила губы, решая, стоит ли принимать приглашение.

– А ты хочешь пойти? – спросила она.

Вопрос показался мне провокационным, и в ответ я лишь пожал плечами. Но Брей ждала четкого решения.

– Что тут думать? Приходите, – сказала Джана, упирая руку в бок. – Мы планируем заторчать там на весь уик-энд. Так что захватите палатку. Пойло, как всегда, каждый приносит с собой. Там будет Аллан, а это кое о чем говорит.

Джана снова посмотрела на меня. Так, мельком. Но Брей, конечно же, заметила.

– Мы придем, – объявила Брей.

Я молчал. Похоже, Брей вела с Джаной тайный поединок и в моей помощи не нуждалась. Молчание в данной ситуации представлялось мне наиболее безопасной линией поведения.