Эль Море - Нити Жизни

Голос сверху с шутливым выражением лица застал нас врасплох:

— Отдыхаем?

И в следующее мгновение через нас буквально перешагнули со словами:

— Я тут помешаюсь немного.

Я подскочила и стала изучать обстановку своими заспанными изумрудными глазами.

Он, казалось, забавлялся происходящим. Тишина. И чуть позже тот же задорный голос:

— Это так-то ты проводишь свои выходные, Итан? — подтрунивает он. — Или это сверхурочные смены?

Итан утвердительно кивает головой и смотрит на меня. Я сглатываю, пытаясь рассуждать спокойно.

— Ну, а вы, юная леди, чем объясните своё поведение? — круглое лицо оторвалось от шкафа, в котором что-то старательно пыталось отрыть, уставило два глаза на меня.

Я неподвластно себе расплываюсь в улыбке до ушей:

— Беру пример с тапок!

Итан сгибается пополам и его смех наполняет кабинет.

— Вижу, коллега, у вас напряженный график работы и скучать некогда, куда там нам… — он хлопнул его дружески по плечу, придержав гору папок в руках коленом. — Пойду спасу еще парочку жизней, а вы развлекайтесь, детишки. — Он подмигнул мне. И насвистывая припев какой-то старой мелодии, гусячьей походкой пошел по коридору.

— Он это серьезно?

Итан качнул головой:

— Вполне.

Я посмотрела в окно. На стеклах плясали солнечные зайчики.

— По-моему, день будет замечательным и солнечным.

Итан склонился к моему уху и с непривычки я даже вздрогнула:

— А у меня как раз выходной…

Я выгнула свою бровь в дугу:

— Это намек?

— Предложение.

Лицо мое просияло:

— А вы оказывается опасный тип…

— Вы?

— Ты, ты, ты… — пропела я, чувствуя себя необыкновенно счастливой. Захлопнула дверь кабинета и поцеловала его.

Это был конец июля, а у меня в душе царила весна…

Шел август. Это был вечер. Солнце уже садилось за углы высотных зданий вдали. В тот миг он закружил меня в воздухе и тихо прошептал:

— Я боюсь, что ты ошиблась на мой счет?

— Ты — риск, на который я всегда отважусь.

— Я, должно быть, сплю в глубоком коматозном сне.

— Нет, мы бредем вместе и наяву.

— Мы должны сказать твоим родителям.

— Не, так не пойдет.

— Это будет правильным.

— Мы никому ничего не должны.

Мы были рядом друг с другом, а все остальное для меня не имело значения.

Но, правда была другой. Догадывалась ли я в тот момент, что смерть притаилась в уголке? Увы.

Я «живу» в сети с Кристиной. У неё каникулы, мы переписываемся по сменам: ночь — лунатик я, а ночь — она. Всё из-за часовых поясов, но я не жалуюсь.

Я: У меня есть потрясающая новость.

Она: Какая?

Я: Я влюбилась по уши!

Она: Наконец-то! Йе-еху-у! Кто, кто, кто он?

Я: Мужчина моей мечты.

Она: Вы «ЭТО» уже сделали???

Я: Иди ты!!!

Суббота

Место преступления — 6 этаж. 15:30 Мы угнали: одно ведро на колесах, пару резиновых перчаток, две половых тряпки и две швабры уборщика. На этаже разлили воду, подрастерли и катались по коридору.

Нейлу влетело — он попался. Пришлось драить не один этаж. Но, так как равнодушие должно топиться, как лёд на солнце, я по-товарищески морально поддерживала. Ха-ха.

Воскресное утро. 6:25

Первые лучи солнца заполнили палату мягким светом.

Я улыбаюсь.

Сегодня мне приснилось, что я летала. Это было чудесно.

Сентябрь. Один из будничных дней.

Мари принесла домашних гренок. Мы хрустели и перемывали кости всему кардиологическому отделению. Не повезло особо — главврачу. Он половину дня икал. И как так?! Наверно, мы перестарались…

15 сентября, среда. Регистратура. 12:30.

На моих глазах Нейла официально изгоняют из рядов больных. Он недоволен. Но здоров. Теперь целыми днями закидывает меня сообщениями и звонками, а в часы посещения торчит в моей палате. Кое-кто из медперсонала предложил ему поработать на полставки. Он согласился. Я отвесила ему подзатыльник.

24.10 — 30.10. 2010 г.

Листва шуршит под ногами. Мы гуляем. Вот уже седьмой день, который я провожу с семьей. Когда я столько раз гуляла по Нью-Йорку, была в забегаловках, и жевала хот-дог на ходу, смеялась от души и без всяких сожалений…

Можно ли это считать за счастье?

Да! Да! И еще раз — да!

Я в окружении тех, кого люблю, мне двадцать и я живу. Живу!

5 ноября. Вечер пятницы. 19:00.

У меня поднялась температура, тело ломило, голова болела. Врачи со скорой сказали, что это просто простуда. Мне тоже так казалось…

13.11.2010 г.

Кое-кто сказал мне: «В тебя трудно не влюбиться. Именно потому, что я такая, какая есть».

17.11.2010 г.

Я не желаю большего, чем то, что у меня есть сейчас.

Я желаю — пусть это длится и длится…

Всегда…

26.11.2010 г.

Я ощутила это явственно, что-то близкое к отчаянию. В сердце кольнули иглы тревоги.

Не это ли было то самое — шестое чувство?

28.11.2010 г.

Эта действительность действенно беспощадна. Когда доходишь до определенного пункта в своей жизни.

02. 12.2010 г.

Я простонала от неожиданно нахлынувшей боли, у меня перехватило дыхание и ослабели колени, и я упала на асфальт, корчась от боли, которая чувствовалась всё сильнее: грудь раздиралась на части, сердце бешено билось в груди, словно прося, чтоб его выпустили, а голова закружилась с новой силой, выдирая меня из этого мира…

02.12. 2010 г. Больница. 17:33

Глядя с больничной койки, размытые лица близких становились узнаваемые.

03.12.2010 г.

Я уставилась на темный экран ноутбука и испугалась отражения. В темно зеленых глазах — боль, тревога, отчаянье.

На сайте я вывесила запись:

«Ну почему все должно рушиться в самом конце.

Страшно умереть и заново не родиться».

04.12.2010 г.

«Я хочу быть чем-то более значимым во вселенной и за её пределами».

05.12.2010 г.

Я стала сильнее, но мой организм начинает умирать. Эта боль, которая постепенно обладает всем моим телом — ноет, ноет, ноет во мне.

И что мне делать этими страшными ночами в этой глухой бездонности?

За мной смерть ведет слежку.

Я пытаюсь заглушить свой страх. Но он растекается по всему телу.

Если приложить руку к моему сердцу, нельзя почувствовать стук. Можно почуять, как будто, что-то перекатывается внутри, медленно, с треском…

Да. Моё сердце уже не стучит. Оно тихо влачит своё существование.

Хватит бояться. Хватит!