Грейс Металиус - Пейтон-Плейс

— Газетный репортер, да? — спросил Клейтон.

— Да.

— На кого?

— Бостонская «Дейли Рекорд».

— А, одна из этих криминальных газет.

— А что тут такого?

— Ничего, если вам это подходит. Читал как-то что-то написанное парнем по имени Артур Дж. Пеглер. Готов поспорить, он уже умер. Как-то Артур Пеглер сказал, что «криминальный журналист похож на орущую женщину, которая бежит по улице с перерезанным горлом». Я думаю, он прав, туловища достаточно для такой работы.

Не моргнув глазом, Томас Делани поднял чашку кофе.

— Я бы пошел дальше, чем мистер Пеглер, — сказал он. — Я бы сказал — обнаженная женщина, бегущая по улице и так далее.

— Конечно, — сказал Клейтон, — я не говорил, что для такой работы не нужно воображения. Если вы чего-то не знаете, вы можете придумать, тут без воображения не обойтись.

— Нужно не столько воображение, сколько нервы, мистер Фрейзер, — сказал Делани. — Обыкновенные железные нервы.

— Кто вам сказал мое имя? — спросил Клейтон.

— Тот же парень, что сказал мне, когда вы вошли, что я сижу на вашем месте.

Клейтон и Фрейзер стали друзьями, хотя тот, кто слышал, как оскорбительно они разговаривали друг с другом, никогда бы этого не заподозрил. Репортер оставался в Пейтон-Плейс в течение всего времени до суда над Селеной Кросс. Он исписал груды бумаги о городе и его жителях, так как этот материал, как он говорил Фрейзеру, мог пригодиться для написания романа.

— Почему Пейтон-Плейс? — спросил он однажды Клейтона Фрейзера. — Чертовски странное название. Кажется, здесь никто не горит желанием говорить на эту тему. Единственное, что можно узнать, это то, что город назван в честь человека, построившего замок. Так что это за человек и что за замок?

— Пошли, — сказал Клейтон. — Я покажу тебе это место.

Они вдвоем шли по шоссе, Клейтон шел впереди. Солнце раскалило дорогу и голую местность вокруг. Вскоре Делани снял галстук и пиджак и шел дальше, перекинув его через плечо. Наконец, когда дорога немного повернула и вышла к мосту через реку Коннектикут, Клейтон остановился и показал на самый высокий холм. На вершине холма возвышались башни из серого камня, которые и были замком Сэмюэля Пейтона.

— Желаешь подняться на этот холм? — спросил Клейтон.

— Да, — ответил Томас, даже на жаре представляя мрачное, таинственное место. — А кто был этот Сэмюэль Пейтон? — спросил он, когда они с Клейтоном взбирались по крутому, заросшему ежевикой склону холма. — Английский герцог-изгнанник, граф или кто-то еще?

— Все так думают, — сказал Клейтон, остановившись и вытирая рукавом пот со лба. — Дело в том, что замок был построен трахнутым негром и город назван его именем.

— Эй, послушайте… — начал Делани, но Клейтон отказался произнести хоть слово, пока они не добрались до замка.

Стены были такими высокими, что, стоя рядом с ними, невозможно было увидеть сам замок, и толстыми. Все ворота, расположенные через равные промежутки, были надежно закрыты на засовы. Клейтон и Делани сели на землю, прислонившись к серой стене, и Клейтон откупорил припасенную для этого случая бутылку виски. Здесь, на холме, в тени деревьев, было почти прохладно.

Клейтон отпил виски и передал бутылку Делани.

— Факт, — сказал он. — Трахнутый негр.

Делани выпил и вернул бутылку Фрейзеру.

— Продолжайте, — сказал он, — не заставляйте меня вытаскивать всю историю по слову.

Клейтон выпил, вздохнул и поудобнее расположился у стены.

— Ну, — начал он, — незадолго до Гражданской войны там, на Юге, жил негр. Он был раб и работал на плантатора по имени Плейтон. Этот негр, звали его Сэмюэль, родился раньше своего времени, или уж называй это, как тебе вздумается. Так или иначе он жил в то время, когда еще никто слыхом не слыхивал о парне по имени Авраам Линкольн. Я говорю, что Сэмюэль жил раньше своего времени, потому что у него были странные идеи. Он хотел быть свободным, а тогда все смотрели на негров как на рабочих лошадей или мулов. Ну, в общем, Сэмюэль решил бежать. Некоторые говорят, что он украл у своего хозяина Пейтона много золота. Не спрашивай меня, потому что я не знаю. Никто не знает. Никто не знает и как он это сделал. Сэмюэль был рослый, крепкий самец. Наверняка он таким был, потому что иначе я не представляю, как мог убежать раб с Юга в то время. В общем, он сбежал и сел на корабль, направляющийся во Францию. Не спрашивай, потому что я и этого не знаю. Некоторые говорят, что капитан этого корабля был полукровка, или как там вы их называете?

— Мулат? — предположил Делани.

— Да, — сказал Клейтон, выпил и передал бутылку — Именно. Мулат. Ну вот, некоторые говорят, что капитан был мулат. Я не знаю. Никто не может поручиться. В любом случае, Сэмюэль добрался до Марселя во Франции. Это было не так-то легко, я бы сказал, потому что Сэмюэль был большой и черный, как пиковый туз. Он добрался туда и через несколько лет преуспел в морском бизнесе. Никто не знает, как он начал, хотя многие говорят, что у него еще оставалось золото этого парня Пейтона, когда он добрался до Франции. Он, наверное, был большой выдумщик, этот Сэмюэль, скажу я тебе. Он решил, что раз он свободен и у него есть куча денег, — он такой же, как белый, и он женился на белой девушке. Она была француженка. Звали ее Виолетта. Не так, как мы пишем, а с двумя «т» и с «а» на конце. Француженка. Говорят, она была очень хрупкая, как китайский фарфор. Я не знаю. Никто здесь этого не знает, потому что все это было очень давно. Потом Сэмюэль решил вернуться в Америку. Когда он вернулся, шла Гражданская война. Леди из Массачусетса по имени Стоу уже написала эту книжку о рабах, и многие люди сразу начали любить негров. Во всяком случае, они любили их на словах. Ну, Виолетта и Сэмюэль приехали в Бостон. Готов поспорить, Сэмюэль, наверное, думал, что раз у него так много денег и все любят негров, он замечательно устроится. Ну, а вышло так, что он даже не смог найти себе хоть какой-нибудь дом в Бостоне. Если бы он был в лохмотьях, а спина его была бы вся в шрамах, и если бы его Виолетта была черной и выглядела так, будто ее травили собаками, может, им пришлось бы полегче. Не знаю. Думаю, Бостон тогда еще не привык видеть нефа в накрахмаленном жабо, вышитом вручную жилете и в ботинках по сорок долларов каждый. Сорок долларов — по тем временам — куча денег. Ну, со всеми своими деньгами, свободой и белой женой Сэмюэль не нашел себе места в Бостоне. Все, что я знаю, — он явился сюда. Некоторые говорят, он хотел уехать подальше от Бостона, чтобы больше никогда не видеть белых людей. В общем, он появился здесь. Здесь тогда не было никакого города, только холмы, леса и река Коннектикут. Конечно, к югу были города, но здесь ничего не было. Ну, Сэмюэль выбрал самый высокий холм и решил построить замок для себя и для своей жены Виолетты. Они жили в хижине, потому что, чтобы построить замок, потребовалось много времени. Дай-ка мне бутылку.