#ЛюбовьНенависть - Анна Джейн
Однако почти сразу нам помешали. В сауну заглянул Димка. Увидев нас, он присвистнул:
— Простите, ухожу!
И закрыл дверь. Однако волшебство, окутавшее нас с Даней, стало пропадать. Матвеев встал на ноги, пытаясь выровнять дыхание, и протянул мне руку.
— Идем, засиделись, — сказал он.
— А дальше?..
— Даш, — вытер он лоб тыльной стороной ладони, — я же не железный. Не хочу, чтобы ты потом жалела. Да и я тоже. Идем.
Я вздохнула, вложила пальцы в его ладонь и тоже встала. А он смазанно поцеловал меня в висок. Спустя несколько секунд мы уже были в комнате отдыха — и нас с головой накрыла долгожданная свежесть. Только тогда я поняла, как же жарко мне было в сауне. Я сразу же залезла в спасительный бассейн, кайфуя от прохлады, а Даня с разбега нырнул в открытую воду — к ней вела специальная дверь с лесенкой: хочешь — спускайся по ней, хочешь — бросайся в воду с порога.
Димка с веселыми криками поспешил за ним. А мы с Лизой в холодную воду прыгать не рискнули — остались в чистом бассейне. Лиза была так добра, что доплыла до противоположного бортика и принесла мне кусочек ароматно пахнущего арбуза и бокал с соком.
— Освежись, — улыбнулась она. — Вы в сауне так долго сидели… Соблазняла Даньку?
— Или он меня, — ответила я, релаксируя в воде — какой приятный контраст с парилкой!
— Димка сказал, у вас было жарко. — Она протянула свой бокал и стукнула о мой, который я держала в руке. — За любовь!
— За любовь, — повторила я.
— Никогда не видела, чтобы Даня на девушек смотрел так, — призналась вдруг Лиза.
— Как? — уточнила я.
— С нежностью. И тоской, что ли. Не обижай его. Данька у нас, конечно, здоровый мужик, но с хрупкой душевной организацией, — хмыкнула Лиза. — Даже стихи пишет — только тс-с-с, а то меня Димка убьет.
Стихи… Точно, он же писал стих Каролине. Боже, и почему я ее вспомнила в такой чудесный момент?
— Попытаюсь, — ответила я и нырнула в воду с головой.
Глава 23
Млечный Путь
САУНУ МЫ ПОКИДАЛИ на закате, отдохнувшие, расслабившиеся и довольные. Мы шли вдоль воды, окрашенной заходящим апельсиновым солнцем в оранжевый цвет, и молчали — так красиво и упоительно было вокруг, что слова казались лишними. В домике парни почти сразу принялись за шашлык — мангал стоял рядом с деревянной верандой со столом и лавочками. А нам они поручили накрыть на стол и сделать салат. Мы с Лизой, включив радио, принялись за дело. Она рассказывала забавные истории про них с Димой, а я — про наше с Даней общее детство. В воздухе витал аромат дыма и готовящегося мяса.
Шашлык, надо сказать, у парней получился на славу. Да и наш поздний ужин был потрясающим. Приятная компания, отличная еда, холодные напитки, свежий сосновый воздух, чудесный водный пейзаж — что могло быть лучше? Я с ногами сидела на лавочке рядом с Даней, смеялась так, что начали болеть щеки, и на душе было легко и светло.
Над водой завис холодный тонкий полумесяц, и на воде серебрилась узкая тропинка, ведущая, казалось бы, прямо в сказку. Издали доносились веселые выкрики — кажется, какая-то компания праздновала чей-то день рождения. По небу стрелами проносились летучие мыши — их, к слову сказать, я не боялась, в отличие от мышей обычных.
Стояла настоящая загородная идиллия. Начало моей разрушенной мечты. Мы сидели до самой ночи. Первыми пошли спать Дима и Лиза, многозначительно переглянувшись — так, будто им двоим была известна какая-то тайна. А Даня пригласил меня погулять. И я согласилась — на охраняемой территории да еще и с ним рядом бояться мне было нечего.
— Куда пойдем? — спросила я с любопытством, держа его за локоть. — К причалу?
— Нет, — ответил Даня. — Хочу отвести тебя кое-куда. — И он направился к «тропе здоровья», на которой мы сегодня уже были.
— Хочешь увести меня в лес и сделать что-то плохое? — со смехом спросила я.
— Конечно, — ухмыльнулся он. — Не боишься?
Он внезапно включил на телефоне фонарь и осветил им свое лицо снизу — получилось пугающе. Я подпрыгнула от неожиданности, а Клоун весело рассмеялся.
— Идиот, напугал!
— Возвратил должок из детства — я уже говорил, как мне было страшно, когда ты выключила свет в туалете ночью?
— Если бы я тебе все долги возвращала, ты бы с ума сошел, — проворчала я. И мы пошли дальше.
Минут десять мы шагали по «тропе здоровья», которая все сужалась и сужалась, а потом вдруг Даня повернул влево, на узкую, едва заметную дорожку, ведущую наверх холма, вокруг которого рос лес. Путь он освещал все тем же фонарем телефона. В какой-то момент я споткнулась о корягу, но Даня вовремя поймал меня, не дав упасть.
— Осторожнее, Даш. — И он крепче взял меня под руку.
Мы шли еще минут десять или пятнадцать, поднимаясь вверх, и, надо сказать, я успела выдохнуться, но молчала — было интересно, куда ведет меня Даня. Лес вокруг нас казался сказочным — густым, темным, непролазным — таким, что даже неба не было видно. Кое-где возмущенно ухала сова, и, кажется, в какой-то момент вдалеке треснула ветка, но страшно не было. Я чувствовала себя защищенной рядом с уверенным Даней.
Неожиданно мы вышли на небольшую полянку на самой верхушке холма.
— Закрой глаза, — вдруг попросил Даня.
— Точно что-то плохое решил сделать, — хмыкнула я, но глаза закрыла, изнывая от нетерпения.
Судя по звукам,
