Фиона Уолкер - Среди самцов

У Одетты от щек отхлынула кровь. Она не знала, что и ответить.

— Так… догадалась, — после минутной запинки проблеяла она.

Она думала, что Джимми одарит ее недоверчивым взглядом, но этого не случилось. Наоборот, он посмотрел на нее с уважением, как бы отдавая дань ее проницательности.

В тот вечер на ферму приехал Калум — хотел забрать оставленных ему Сид щенков. Одетта сидела в кабинете за компьютером и передавала одной из клиенток Сид результаты гадания. Именно в эту минуту раздался стук в дверь, и Одетта услышала голос Калума: он разговаривал с Сид.

Одетта торопливо закончила передачу, выключила компьютер, допила стоявшую перед ней в жестянке кока-колу и спустилась вниз. Калум расположился на диване, ласково поглаживая щенков.

— Налицо некоторые признаки улучшения, — произнес он вместо приветствия, увидев у Одетты новую стрижку. — Теперь ты, можно сказать, выглядишь почти что по-человечески.

Одетта не хотела вступать с Калумом в перепалку, как, равным образом, спрашивать в его присутствии у Сид, почему она решила с ним работать. «Пусть играют в свои игры, — подумала Одетта, — а я понаблюдаю, чем все это у них закончится».

— Спасибо за комплимент, — сказала она, сухо улыбнувшись Калуму. — Выглядеть почти что по-человечески — это единственное, к чему я сейчас стремлюсь.

Ее холодность, более того, равнодушие неприятно задели Калума. Он насупился и больше с ней не заговаривал. Одетта еще некоторое время посидела в гостиной, прислушиваясь к разговору, который Сид вела с Калумом. Ей хотелось выяснить, как проходит съемка сериала. В ее присутствии, однако, Сид и Калум деловых вопросов не рассматривали и вели обычную, не слишком содержательную светскую беседу.

Одетте стало скучно. Ей захотелось вернуться к себе, поесть шоколаду, немного послушать музыку и лечь спать. Улыбнувшись Сид и Калуму и пожелав им хорошо провести время, Одетта отправилась на мельницу. Она не хотела больше видеть мужчину, который говорил ей мерзости и не ставил ее ни в грош. Ненавидевшая Калума Эльза была бы ею довольна.

…Лидия безрезультатно пыталась связаться по компьютеру с гадальной конторой «Форчун фарм», но там работу, похоже, уже закончили. Воображение Лидии волновал «Князь пик», о котором ей сообщила гадалка. По представлению Лидии, светловолосый миляга Финли никак не соответствовал мрачной сущности этого знака, и она хотела получить дополнительные разъяснения. Так и не сумев снова связаться с гадалкой, Лидия отключила модем, потянулась и откинулась на спинку стула. В эту минуту зазвонил телефон. Звонил Финли.

— Эти курсы такая скукота, — пожаловался он. — Едва челюсть себе от зевоты не вывихнул. Сижу вот теперь у себя в отеле и потихоньку опустошаю мини-бар. Никак не мог до тебя дозвониться. С кем это ты все время разговаривала?

— Не разговаривала, а сидела в Интернете. Интернет — это будущее секс-терапии. Хочу, знаешь ли, открыть свой сайт.

— Отличная мысль. — Фин всегда с энтузиазмом реагировал на любую ее идею, какой бы нелепой она ни была.

Пока Фин рассказывал ей во всех подробностях о проводившихся в Бернмуте курсах по преодолению психологических проблем при общении с клиентом, Лидия смывала ацетоном алый лак у себя с ногтей.

— Какие-нибудь планы на вечер есть? — осведомился Финли, закончив рассказывать свою бернмутскую одиссею.

— План у меня один — завалиться спать, — вздохнула она.

— Ладно, не грусти. В пятницу наверстаем. Мне приехать в Лондон и захватить тебя или сразу встретимся у родителей Джун?

— Как хочешь, — сказала Лидия. Она была бы не прочь, если бы Финли вообще не приезжал к Джун. По ее мнению, без Финли на вечеринках было куда веселей. Не то чтобы он был глуп или скучен — совсем нет. Просто он вечно таскался за ней, как щенок за своей мамашей, и мешал флиртовать с приглянувшимися ей молодыми людьми.

— Ты скучаешь по мне? — игриво осведомился Финли. — Я, во всяком случае, по тебе скучаю — и очень. Тут в отеле такая широкая кровать… Не хочешь вскочить на поезд и приехать сюда, чтобы согреть мне постельку?

— Мне завтра рано вставать, — сухо сказала Лидия, которая отлично знала, что Финли предлагал ей согреть ему постельку в прямом, так сказать, смысле и на нечто большее с его стороны ей рассчитывать не приходится.

— Тогда, может быть, займемся сексом по телефону?

Лидия стиснула зубы. Она знала, что секс по телефону — это часть прописанной Финли терапии, но заниматься этим не хотела.

— Ладно, — сказала она, минуту помолчав. — Займемся, но быстренько. По укороченной программе. — Лидия достала флакончик с розовым лаком для ногтей. — Итак, я расстегиваю бюстгальтер…

— Подожди! Мне надо еще снять штаны и забраться в постель…

…В четверг вечером Сид ворвалась, как ураган, на мельницу к Одетте и накричала на нее.

— Хватит копаться в моих счетах! Я ясно выражаю свою мысль?

— Но они в ужасном состоянии…

— Ну и пусть, — нелогично сказала Сид. — Пусть все идет, как раньше.

Высказав, таким образом, свое отношение к деятельности Одетты, Сид принялась прохаживаться по комнатам, отмечая изменения, которые претерпело ее жилище. Одетта молча наблюдала за хозяйкой, чувствуя, что та пришла к ней не просто так, а для того, чтобы сбросить какой-то груз с души. Прежде чем исповедаться. Сид всегда вела себя очень агрессивно.

— Что ты делаешь завтра вечером? — неожиданно спросила Сид.

— Завтра прощальный вечер у Джун. Они с Джеем уезжают в Штаты, — сказала Одетта, сразу сообразив, откуда ветер дует. Если Сид предложит ей завтра поработать, она пошлет ее к черту — вот и все. — Я вам давно об этом вечере говорила, — добавила она.

К большому ее удивлению, Сид прямо-таки расцвела при этих словах.

— Разумеется, поезжай. Прощальный вечер все-таки… — Сид провела затянутой в кожаную перчатку рукой по новому подоконнику. — Назад можешь не торопиться. Я отлично справлюсь здесь со всем сама. Если хочешь, возьми машину. Я имею в виду джип.

Одетта вздохнула. Американский армейский джип времен Второй мировой войны был самым древним и ненадежным в техническом отношении экспонатом автомобильной коллекции Джоба. В нем было холодно, неудобно, но, что самое главное, через каждые двадцать миль в нем обязательно что-нибудь ломалось.

43

Пятница, когда должна была состояться прощальная вечеринка у Джун, выдалась на удивление ясной и солнечной. Джун крутилась по хозяйству уже с самого утра — помогала матери готовить угощение на двадцать человек. Из всех установленных в доме динамиков — а их здесь было не меньше дюжины — звучала бравурная, а главное, очень громкая музыка.