Барбара Брэдфорд - Удержать мечту. Книга 2

– Я по-прежнему владею девятью процентами этой компании. Следовательно, ты не имеешь права уволить меня. По существующим правилам нельзя выставить за дверь держателя акций.

– Бабушка установила такой порядок в 1968 году, когда она написала завещание и разделила свои сто процентов между нами четырьмя. Однако до дня своей смерти она оставалась единственной владелицей всего пакета и, следовательно, всей компании. В качестве полновластной хозяйки «Харт Энтерпрайзиз» Эмма Харт могла поступать по своему усмотрению, как тебе хорошо известно. И поэтому, перед отъездом в Австралию, бабушка изменила все наши внутренние законы. Фактически она произвела структурную перестройку и велела подготовить новый Устав. Согласно ему я в качестве управляющего, председателя правления и держателя основного пакета акций могу делать практически все, что захочу. Я обладаю почти неограниченными полномочиями. Я могу выкупить акции у акционера, если он согласен. Я могу принимать людей на работу. И увольнять их. – Александр облокотился руками на стол и обжег Джонатана взглядом. – И поэтому я увольняю тебя. – Он обратил взор мимо Джонатана, на Сару. – Ты тоже уволена. Ты вела себя столь же бесчестно, как и Джонатан.

Сара не могла вымолвить ни слова. Казалось, она окаменела на своем стуле.

– Чушь собачья. Мы еще во всем разберемся, – взревел Джонатан. – Отсюда я сразу же направлюсь к Джону Кроуфорду. И Сара тоже пойдет со мной. Есть еще…

– Всенепременно повидайся с ним, – отрезал Александр и бросил стопку акций на стол. Он засунул руки в карманы брюк и принялся раскачиваться на каблуках. – Он с готовностью подтвердит мои слова. Кстати, он так я так хотел с тобой побеседовать. Джон присутствовал на моих двух встречах с руководством «Вкладов и Займов» и его несколько обеспокоил вопрос о процентах, которые ты им должен. Они – подозрительные типы, Джонатан. Лучше тебе им заплатить, и побыстрее.

Джонатан открыл было рот, но ничего не сказал, лишь в бессильной ярости смотрел на кузена.

Сара немного отошла от потрясения и бросилась к столу.

– Но я же ничего не сделала со своими акциями, – со слезами на глазах взмолилась она. – Я не сделала ничего плохого. Почему ты увольняешь меня?

– Потому что ты совершила дурной поступок. Ты вкладывала деньги в компанию – непосредственного конкурента отдела недвижимости «Харт Энтерпрайзиз». Ты вела себя нелояльно. Ты такая же предательница, как Джонатан. Прости, но, как я уже сказал, я не могу простить такого.

– Но я люблю мою «Леди Гамильтон», – всхлипнула она и затряслась в рыданиях.

– Тебе следовало подумать об этом, когда ты вступала в сговор со своим безответственным кузеном, – ровным голосом ответил Александр, нимало не смягчившись при виде ее слез. – И одному Создателю известно, зачем ты так поступила.

– Я собираюсь подключить к делу другого адвоката, – злобно зашипел Джонатан. – Я вовсе не уверен, что документы, подготовленные бабушкой, настолько законны, как ты утверждаешь.

– Уверяю тебя, они совершенно законны. Джон Кроуфорд и Генри Россистер как директора «Харт Энтерпрайзиз» одобрили их, и я тоже. Не пытайся даже оспорить что-нибудь из того, что сделала Эмма Харт, ибо, уж поверь, ты ничего не добьешься. Она всегда оставит тебя дураках.

Внезапно Джонатан потерял контроль над собой и зашелся в истерике.

– Ты у меня еще попляшешь, негодяй! – Он развернулся на каблуках и погрозил кулаком Поле – И ты тоже, сука!

– Пошел вон! – Александр сделал шаг по направлению к Джонатану. – Не дожидайся, пока я сам не схвачу тебя за шкирку и не вышвырну за дверь.

Пола вскочила на ноги и, подбежав к Александру, успокаивающим жестом положила руку ему на плечо.

Она смотрела на Джонатана и Сару, стараясь подавить охватившие все ее существо презрение и возмущение. Спокойным голосом она произнесла:

– Как вы могли? Как вы только могли так поступить по отношению к ней? К той, кто столько вам всего дала, кто всегда проявляла к вам щедрость и доброту? Задолго до смерти она начала подозревать тебя, Джонатан. А в последнее время и тебя тоже, Сара. Однако, не имея твердых доказательств, не стала ничего против вас предпринимать. Она не отняла у вас ваши фонды, не потребовала назад акции «Харт Энтерпрайзиз», столь великодушно подаренные вам. – Пола осуждающе покачала головой. – Вы оба олицетворяете все то, что бабушка ненавидела и презирала… Вы предатели, хитрецы, бесчестные люди, обманщики и лжецы.

Никто не произнес ни звука. Дикая ненависть исказила черты Джонатана, а Сара, казалось, вот-вот упадет в обморок.

Пола продолжала, и в ее голосе появились новые нотки спокойной, но твердой решимости:

– Боюсь, я не так великодушна, как Эмма Харт. Она терпеливо отнеслась к предательству ваших отцов. Но я вас терпеть не собираюсь. Мне осталось сказать только одно… отныне вас никто не ждет на наших семейных собраниях. Запомните раз и навсегда.

Услышав слова отлучения, бледная и дрожащая Сара забилась в истерике. Она повернулась к Джонатану и закричала:

– Ты, ты во всем виноват! Мне не следовало тебя слушать. Я потеряла не только деньги, но еще и отдел «Леди Гамильтон», и даже семью. – Продолжать она не смогла из-за рыданий.

Джонатан не обратил на нее ни малейшего внимания. Он шагнул по направлению к Поле. Глаза его метали молнии, на лице застыла маска ненависти.

– Ты мне за все заплатишь, Пола Фарли. Мы с Себастьяном отомстим тебе!

Наконец Александр потерял терпение. Он ринулся вперед, мимо Полы, грубо схватил Джонатана за руку и поволок к двери.

– Убери от меня свои грязные лапы, мерзавец. И не думай, что тебе нечего бояться. Не забывай, что я тебе сказал. Я отомщу и тебе тоже, Баркстоун. Даже если для этого потребуется вся моя жизнь.

Джонатан пинком распахнул дверь и выбежал прочь.

Сара подбежала к Александру, все еще стоявшему около дверей.

– Что же мне теперь делать? – завыла она, размазывая слезы по щекам.

– Не знаю, Сара, – ответил Александр холодным и спокойным голосом. – Правда, не знаю.

Она беспомощно посмотрела на него, затем перевела взгляд на Полу и на Эмили. Их отчужденный вид яснее слов сказал ей, что мольбы тут бесполезны. Призывая проклятия на голову Джонатана, она нашла свою сумочку и быстрым шагом покинула кабинет, безуспешно борясь со слезами.

Александр вернулся на свое место за столом и потянулся за сигаретами. Зажигая спичку, он заметил, как сильно дрожат у него руки, но не удивился.

– Довольно неприятная сцена, – наконец произнес он. – Но не хуже, чем я ожидал. Должен признаться, у меня возникло такое чувство, что Сара влипла в историю, сама того не подозревая.