Счастье для Хулигана - Настя Мирная

Киваю и, поздоровавшись со всеми, сажусь за столик. Перекусываем достаточно быстро и расходимся.

— Девочки налево, мальчики направо. — угорает Настя, схватив меня и подружку под локти.

— Я тебе устрою налево, Северова. — рычит её муж, с такой страстью целуя, что даже парни глаза отводят.

— Дикарка… — с тем же шутливым предупреждением притягивает меня к себе жених.

— А что поделаешь, если свадебный салон налево? — смеюсь, подставляя губы для поцелуя.

Рассаживаемся по разным машинам. Мы с девочками едем покупать мне свадебное платье, а парни отправляются за смокингом.

Я уже говорила, как ненавижу шоппинг? Если нет, то скажу сейчас. Я терпеть не могу бесконечные шатания из магазина в магазин, безостановочные примерки, одевания и раздевания. Я ненавижу шоппинг! А сейчас и подавно. Каждый из дюжины салонов, которые мы посещаем, слепит белизной платьев, переливами камней, бисера и стразов, золотом и серебром шаров и колец. Да настолько сильно, что уже после половины магазинов у меня кружится голова, желудок скручивает спазмом, а к горлу подкатывает тошнота. От контраста удушающей жары на улице и холода, разносимого кондиционерами в помещениях, с кожи не сходят неприятные мурашки.

— Обратите внимание на этот фасон. А ещё померяйте вот это платье. Уверена, что в нём вы будете просто неотразимы. — эту трескотню я слушаю из раза в раз, а голова от неё просто раскалывается, мозг пульсирует, рискуя разнести мне череп.

Войдя в очередной раз в примерочную, смыкаю веки и круговыми движениями массирую пальцами виски.

Это сводит меня с ума. Тошнота усиливается. В груди скапливается давление. Странное чувство, которое я не могу распознать, вызывает необъяснимую тревогу.

Мне просто надо выбрать это чёртово платье, и всё закончится. Не так уж это и сложно.

Спускаю бретельки и стягиваю сарафан, чтобы сменить его очередным свадебным платьем. Стоит только натянуть его, и лицо тут же кривится в непринятии, но я всё равно выхожу и кабинки, чтобы показаться девчонкам. Они внимательно разглядывают меня и кусают губы.

— Просто неподражаемо. — льёт мёд продавщица.

Я хмурю лоб, отчего головная боль усиливается.

— Я похожа на сладкую вату. — бурчу недовольно, прожигая тяжёлым взглядом дыру в голове консультанта.

Вика с Настей переглядываются, смотрят на меня и расходятся ржачем.

— Егор же любит сладкое. — хохочет Настя.

— Боже, сними его сейчас же. — выбивает Вика, утирая слёзы.

— Вот это я с удовольствием. — выпаливаю, сама начиная смеяться.

Стремительно скрываюсь за ширмой, чтобы избавиться от этого облака шифона. Только расшнуровав корсет, глубоко вдыхаю. Кажется, ещё немного, и я грохнусь в обморок. Примеряю ещё три платья, и мы выходим из салона, чтобы поехать в следующий.

— Этот последний. — рычу раздражённо. — Если и там ничего не подберу, то замуж буду выходить, в чём мать родила.

— Это же самый счастливый день в твоей жизни. — с непониманием шелестит Вика. — Как можно так относиться?

— У меня болит голова и меня тошнит. Я устала. А от корсетов уже дышать не могу.

— Тогда надо передохнуть немного. — примирительно предлагает Северова, сворачивая в парк.

Мы спускаемся к реке, скидываем обувь и опускаем ноги в прохладную воду. Болтаем, потягивая ледяные молочные коктейли, а потом закусываем их мороженным, которое Настя заедает крекерами.

— Божечки, я смотрю, как ты это ешь, и мне уже плохо. — секу, косясь на её довольное лицо.

— Вот как забеременеешь, поймёшь. — смеётся она, надкусив новый крекер.

Ещё несколько дней назад я бы расстроилась, а то и психанула, но сегодня поддерживаю её таким же звонким смехом. Охладившись и передохнув, едем в ещё один салон.

— И всё же это последний. — буркаю, щурясь от нового ослепительного убранства помещения. — И не думай меня переубеждать. — предупреждаю резко, и блондинка сдаётся.

Знаю, что если не настою на своём, то она готова таскать меня всю ночь по круглосуточным салонам, а этого я точно не переживу.

Единственное, чего хочу сейчас, разгребстись с платьем и аксессуарами и прижаться к любимому. Рядом с ним вся усталость проходит как по волшебству.

Разбредаемся по магазину, переходя от манекена к манекену. Мне нравится, что персонал не старается навязать свой вкус и всучить, что подороже. Девушка внимательно оглядывает меня взглядом опытного профи, а потом переводит его на платье, на которое я смотрю.

— Это не ваше. На пышные и короткие даже не смотрите. Только прямое или "русалка". Я бы отдала предпочтение второму варианту. На вашей фигуре будет смотреться изящнее. У вас длинные ноги и круглые бёдра, которые такой фасон отлично подчеркнёт. А вот грудь лучше всего выделит "сердечко". Если не хотите выглядеть слишком откровенно, то можно прикрыть сеткой, но, как по мне, такую грудь грех прятать. — улыбается она.

Не удержавшись, выдаю короткий смешок и качаю головой.

— Прятать я ничего не собираюсь. Мне надо свести будущего мужа с ума.

— Тогда пройдём сюда.

Следую за ней в другую комнату. Глаза сами застывают на платье цвета слоновой кости без лишних украшений. Только мелкие блестящие камушки на юбке и по краю лифа. Сзади шнуровка из лент. Плечи, спина, руки и ключицы остаются открытыми.

— Примерьте его. Шлейф можно отстегнуть. — ловко снимает слой шифона, крепящегося в районе бёдер, и платье становится ещё более сексуальным и притягательным.

Кажется, я влюбилась с первого взгляда.

— Я померяю его.

— Посмотрите другие варианты, чтобы было с чем сравнить? — предлагает продавец.

Качаю головой и поднимаю уголки губ.

— Я уже столько перемерила, что, поверьте, сравнений хватит.

Переодеваюсь и выхожу из примерочной. Девушка помогает зашнуровать корсет и пристёгивает шлейф, чтобы я имела возможность оценить, как оно выглядит в обоих вариантах. Настя с Викой зависают, не отводя от меня глаз. Я же свои не могу оторвать от отражения.

— Идеально. — выдыхаю одно единственное слово, проводя ладонями по гладкому шёлку вниз.

Касаюсь пальцами камней. Края декольте. Грудь идеально ложится, создавая два манящих полушария, но при этом не выглядя пошло.

— Идеально. — подтверждают девчонки в одночасье.

— Беру! — вскрикиваю