Месть королевы мафии - Шивон Дэвис

донну Греко в комнату ожидания, — он обводит взглядом других незваных гостей. — Остальные должны уйти. Подождите в приемной внизу, но ни при каких обстоятельствах никто не должен врываться сюда. Ясно?

Все кивают и медленно выходят из комнаты. Фиеро обменивается безмолвным разговором с Массимо, прежде чем уйти. Затем Лео отводит нас в комнату, оставляя вооруженного охранника снаружи.

— Иди сюда, — Массимо прислоняется спиной к стене и пристально смотрит на меня. — Давай, mia amata. Хочу обнять тебя.

Я бросаюсь в его объятия. Несколько минут мы молчим. Я сжимаю его бока, а он проводит рукой вверх и вниз по моей спине и покрывает поцелуями мои волосы.

— Я чуть не умер, когда позвонил Гейб и объяснил, что происходит.

— Я чуть не умерла, когда ты предложил себя в качестве жертвенного ягненка, — я прищуриваюсь, глядя на него снизу вверх. — Больше так не делай. Это моя вина, и я заплачу за нее.

— Я не позволю им убить тебя, любовь моя, — он убирает волосы с моего лица.

— Твое вмешательство изменит ситуацию. Они не убьют меня. Найдут какое-нибудь другое наказание. Не уверена на сто процентов, но интуиция подсказывает. — Не могу поверить, что Нат и Сьерра приехали сюда, чтобы защитить и поддержать меня. Даже после того, что я натворила.

— Они были шокированы, когда я рассказал им, но смогли понять. Им важно, что ты изменила свое мнение после того, как познакомилась с Беннеттом. Со мной и моей семьей. Они не будут держать на тебя зла.

— Может быть, — снова кладу голову ему на грудь. Я не буду винить их, если они больше никогда не захотят со мной разговаривать. Я всегда буду благодарна им за то, что они сказали в той комнате.

— Ты очень спокойна, — говорит он, беря меня за руку и подводя к единственному дивану в комнате.

Я пожимаю плечами.

— Я смирилась со своей судьбой. Какой бы она ни была, — мы садимся, и он обнимает меня за спину, а я прижимаюсь к нему. — В некотором смысле, это помогло мне прийти к завершению. Теперь больше нет секретов.

— Не совсем, — он приподнимает мой подбородок. — Ты не рассказала им о Крузе, и я знаю почему.

— Правда?

Он целует меня в щеку.

— Я же знаю тебя. Ты сделаешь все, чтобы защитить свою сестру. Если ты обвинишь Круза, он утянет ее за собой.

— Да. Я не могу так с ней поступить.

— Она не заслуживает твоей любви или защиты. Если ты подтвердишь причастность Круза, попросишь проявить к тебе больше снисходительности или наказать дона и будущего наследника Нью-Йорка, они этого не сделают. Дон Дипьетро взбунтуется.

— Вы с Фиеро уже и так взбудоражили их. Видел, как просияли их лица, когда он объяснил? «Ринасита» и порт слишком ценны, чтобы отказываться от них. Если они хотят использовать возможности, то должны сохранить мне жизнь.

— Верю, но если нет, я брошу Круза на произвол судьбы. Ты не сможешь остановить меня. Я сделаю все возможное, чтобы спасти тебя.

— Кстати, мне было очень приятно, когда ты предложил занять мое место! — я переплетаю наши пальцы. — Это странно, что сейчас я чувствую себя умиротворенной?

Он усмехается.

— Да, mia regina. Странно.

Я ухмыляюсь.

— Я приму любое наказание, лишь бы провести с тобой остаток своей жизни.

Он смотрит на меня с искренним обожанием в глазах.

— Я тоже, милая. Что бы ни случилось, мы будем вместе.

— Навсегда, — шепчу я, и он целует меня.

Эпилог

Катарина — 4 года спустя

Радио-няня потрескивает за долю секунды до того, как пронзительный вопль прерывает наше сексуальное времяпрепровождение.

— Черт возьми, — стонет Массимо, подаваясь бедрами вперед с еще большей настойчивостью, трахая меня сзади. — Иногда я думаю, что наш сын — сущий дьявол. Он превратил «облом» в настоящее искусство.

— Массимо! Не говори так! — упрекаю я, когда его пальцы двигаются к моему клитору, и он сильно трет. — Дети всегда просыпаются, когда хотят есть.

— Я просто шучу, — говорит он между вдохами и выдохами, врезаясь в меня. — Наверное.

Мои руки, прикованные наручниками к кровати, напрягаются, и я вижу звезды за повязкой на глазах, когда муж сжимает мой клитор. Я взрываюсь в тот самый момент, когда он рычит и изливается в меня.

Вылезая, он быстро вытирает меня, встает с кровати, пока наш пятимесячный сын плачет, требуя внимания. Мы недавно переселили его в отдельную комнату, и он теперь просыпается чаще, что своего рода детский протест.

— Массимо! — шиплю я. — Освободи меня сейчас же!

Он шлепает меня по заднице.

— Терпение, mia regina. Я вернусь.

Я проклинаю его, когда дверь открывается, и слышу тихую поступь его ног, когда он уходит, чтобы забрать нашего маленького Рокко.

Массимо по-прежнему называет меня своей королевой, хотя «Комиссия» лишила меня статуса и титула после того, как узнала о предательстве.

Дарио теперь руководит подразделением «Конти» в Филадельфии. Сначала он отказывался из-за лояльности ко мне. Пока я не объяснила, что хочу этого. Я устала, и мои цели изменились. В конце концов, я убедила его, и с тех пор он держит ситуацию под контролем. Он отлично справляется со своей работой, и мужчины уважают его. Мы по-прежнему близки и регулярно встречаемся.

Три года назад у Ник родились близнецы. Мальчик и девочка, и теперь она снова беременна.

Мы усыновили двух сыновей и дочку Ренцо и Марии через три месяца после разрешения «Комиссии». Их бабушка и дедушка слишком стары, чтобы растить их. Особенно, переживая горе по своим детям. Кассио, Армис и Белла знали меня, но Массимо был для них незнакомцем. Им потребовалось некоторое время, чтобы подружиться, и было много проблем, но в конце концов все стало хорошо.

Мое сердце наполняется гордостью и любовью, когда я думаю о них. Они приносят мне много радости, а Массимо — замечательный отец. Кассио сейчас пятнадцать, и он уже прошел посвящение. Он равняется на Массимо, и я надеюсь, что будет продолжать в том же духе, когда станет взрослым. Массимо купил ему мотоцикл, к моему большому ужасу и беспокойству. Но мои требования были отвергнуты, ведь скорость — это их конек. Они вдвоем регулярно уезжаю на несколько часов, катаясь по проселочным дорогам.

В следующем году настанет очередь посвящения Армиса, и он с нетерпением ждет. Армис хорошо поладил с Гейбом. Он лучше всего относится к его чувствительной натуре и помогает ему ориентироваться. А еще, Армис недавно покрасил волосы в пепельный цвет, как у Фиеро.