Луиза Бэгшоу - Высокие маки

Что ж, время покажет. Не потому ли и она согласилась пойти встретиться с Генри, чтобы оставить прошлое в прошлом и двинуться дальше, как повзрослевшая женщина?

— О, какой приятный сюрприз, — устало сказал Генри, открывая дверь. Он был в джинсах, в выцветшей синей рубашке и выглядел прекрасно, несмотря на красные глаза и многодневную щетину. — Что я на этот раз натворил?

— Ничего. Абсолютно ничего, — успокоила Нина, протискиваясь мимо него в дверь. — Кроме того, что работаешь, как раб на галерах. Вообще-то, Генри, я пришла извиниться.

Он подозрительно посмотрел на нее.

— Или это заговор, устроенный Элизабет, или у меня галлюцинации от перебора кофеина.

— Ты угадал, это первое. Элизабет прогнала меня к тебе. — Нина пошла на кухню, потянулась к банке с кофе. — Я сварю без кофеина.

Она оглядела хорошенькую кухню и заметила невообразимый хаос. Одежда, вещи, остатки еды, кроссовки, небрежно брошенные под столом, — в общем, все по-домашнему. Она поборола в себе материнский порыв убрать все, одернула себя — а какое у нее на это право? У нее вообще нет места в жизни Генри. Элизабет верно сказала: просто ей надо выдержать этот разговор. Нельзя постоянно ссориться с партнером. Это плохо для бизнеса. Но Нина боялась. Ей предстояло прямо и честно посмотреть на то, что она так долго и старательно прятала под ковер.

Генри прошел за Ниной на кухню. Она попыталась сдержать дрожь от его близости. Он стоял рядом, совсем рядом, протяни руку — и коснешься…

— У тебя что-то на уме, Рот, ты постоянно на меня раздражаешься.

— Как раз об этом я и пришла поговорить. Извиниться… — сказала Нина. Во рту у нее пересохло. Она нервничала сильно, как никогда. — Мы партнеры и не должны все время вцепляться в глотку друг другу, как гиены. Ты делаешь такую замечательную работу, Генри Нэймет.

— Ага, ты считаешь, я делаю замечательную работу. — Генри внимательно смотрел на Нину. — Боже, ты хоть понимаешь, о чем ты говоришь?

Нина пожала плечами, — А чего ты ждешь от меня? Что, по-твоему, я пришла сказать?

— Я хочу, чтобы ты сказала мне правду.

— Генри…

— Нет. Я хочу, чтобы ты сказала правду. Ты пришла устранить недоразумение, возникшее между нами. Так ведь? — безжалостно заявил он. — Так что давай, устраняй. Проясняй.

«Так вот оно! Он собирается заставить меня сказать это», — горько подумала Нина. Она больше не могла откладывать на потом ужасный разговор. Но как трудно открыть рот и произнести что-то, когда Генри, такой красивый, стоит рядом и с вызовом смотрит на нее своими карими глазами, опушенными длинными густыми черными ресницами. «Ему никогда не понять, — почему я сделала то, что сделала…»

— О'кей. — Нина глубоко вдохнула. — Я думала, легче быть агрессивной, чем позволять тебе смотреть на меня с презрением.

— Я не смотрел на тебя так.

Она вспыхнула.

— Да ладно. Генри. Я знаю, что Тони Сэвидж рассказал тебе все. И все это правда.

Генри кивнул.

— Я знаю.

— Значит, ты меня должен презирать, — сказала Нина и с ужасом услышала дрожь в собственном голосе, почувствовала, как глаза подернулись пеленой слез.

— Нет. Я хотел услышать объяснения, но ты довольно ясно дала понять, что я не имею на это права. Ты порвала с ним, но я не мог тягаться с привидением. Я надеялся завоевать тебя, когда мы снова стали коллегами, но не вышло. — Он улыбнулся.

— Ты не мог тягаться? Я ненавижу Тони Сэвиджа.

— Должно быть, когда-то ты любила его.

— Не правда! Ты что, не в своем уме? Я ненавижу его за то, что он все тебе рассказал. Он отнял тебя у меня.

В комнате повисло оглушительное молчание. Генри пристально смотрел на Нину. Потом он подался вперед и схватил ее за обе руки.

— Но у вас была связь…

Нина отняла руки.

— Нет, я спала с ним. Потому что была молодая и крепкая — я думала, что я крепкая. Я никого не любила, но была свежая, голодная, все равно все считали, что я сплю с ним, и я подумала: какого черта, можно использовать его для себя.

— Ну так почему ты с ним порвала?

— Мне было плохо от этой связи. Я вдруг поняла, что я талантливая и без этого могла бы подниматься вверх.

— Ты собралась уйти, и ему это не понравилось.

— Сначала он мне угрожал. Потом рассказал тебе.

Потом предложил вознаграждение. А потом уволил.

Генри Нэймет переваривал услышанное.

— Но ты находила его привлекательным?

— Да, сначала. Но никогда не любила.

— А я сумел внушить тебе чувство, что возможно что-то большее между мужчиной и женщиной?

— Да, внушил. Это, видимо, еще одна ошибка. Я должна была научиться доверять своей интуиции. Слушай, Генри, я не буду больше кидаться на тебя. Но я сказала тебе правду. И я не извиняюсь за прошлое. Ты мог бы судить меня, если бы оказался на моем месте. Но не…

— Боже! — воскликнул Нэймет. Он подошел к Нине ближе и закрыл ей рот рукой. — Знаешь, в чем твоя проблема, дорогая? Ты никогда не слушаешь. Я не сужу тебя.

Ты не любишь его?

Он отнял руку.

Нина пробормотала:

— Нет.

— Никогда не любила?

— Нет.

— Тогда на все остальное мне наплевать, — сказал Генри и, прижав ее к плите, поцеловал.

Глава 43

На следующий день Нина не пошла на работу. И через день тоже. Она с вещами перебралась к Генри Нэймету. Когда он не работал над программой, они поднимались наверх и занимались любовью. Она так же таяла, как в Швейцарии. Только на этот раз не было страха и не было привидений, которые тащились за ней из темного прошлого. Генри наполнил ее жизнь чем-то, чего не было у нее никогда. В его объятиях Нина чувствовала себя в безопасности и совершенно расслабленной. Иногда секс переходил в нежность, но большей частью это был грубый секс, животный. Его руки терзали ее волосы, их обнаженные тела извивались перед зеркалом. Он произносил грязные слова ей в уши, пока она не лишалась рассудка, а потом грубо входил в нее, пока она не кончала. Но не было стыда, чувства отвращения или вины после этого. Вот в чем разница между занятиями сексом и занятиями любовью. Нина кончала каждый раз без усилий.

В субботу зашла Элизабет и обнаружила уютно устроившуюся парочку на диване в халатах.

— Эй, вы ничего не имеете против моего появления? — И тут же подняла руку, не давая Нине произнести ни слова. — Вопрос заключается не в «если», а в «когда». Когда свадьба?

— Как только у нас будет время, — ухмыляясь, заявил Генри.

Элизабет в ужасе посмотрела на него.

— Вы намерены так долго ждать?

— Какие новости? — спросила Нина.

— Ребята, буревестники уже на горизонте. Хорошие новости — у нас есть кредит Наше имущество оценивается под заклад в банке на четыре миллиона фунтов стерлингов.