Kim Pritekel - Исход

Но я сама заварила эту кашу, теперь пришло время ее расхлебывать. И кому какое дело, что она оказалась горькой, как полынь, и мне не избавиться от этой горечи до конца своих дней?

Мы влезли в машину, захлопнули дверцы, и это звук прозвучал для меня так, будто захлопывалась дверь тюремной камеры. Ага, конечно, я все слишком драматизирую и преувеличиваю, но что делать, если именно так я все и воспринимаю? Каждая мысль, каждое чувство, каждая боль – все резало по живому.

Мы ехали в Винстон и подавленно молчали. Хотелось бы верить, что Хейли так же тяжело, как мне. Она отвернулась к окну и наблюдала за пролетающим мимо пейзажем, но ее рука лежала у меня на колене. В последние несколько недель, стоило нам оказаться вместе, она все время норовила хоть как-то прикоснуться ко мне. Я упивалась этим, нуждаясь в утешении и контакте не меньше, чем она, но в то же время я стала и отстраняться. Я поймала себя на этом пару недель назад.

Раньше я не позволяла себе всерьез думать об отъезде Хейли. После первоначального шока и боли я успешно вытеснила из своего сознания все мысли о скорой разлуке. Уж в этом-то я была профессионалом. А теперь я просто не могла и дальше себя обманывать. Она уедет. По-настоящему, без дураков. Она скоро уедет, как ни крути.

Так что, чем раньше я подготовлю себя к расставанию, тем лучше.

- Энди? – я глянула в сторону Хейли, отбрасывая мрачные мысли. Додумаю их потом, времени будет предостаточно.

- Да?

- Спасибо, - негромко и спокойно сказала она.

- Это еще за что?

Она улыбнулась и пожала плечами.

- За то, что ты – это ты. За то, что помогаешь мне. За то, что не ненавидишь меня.

- Ненавидеть тебя? Да, знаешь, у меня к тебе прямо противоположное чувство. Мне больно, да и тебе тоже, но я все понимаю. На твоем месте я поступила бы так же.

- Правда?

Я кивнула.

- Да. И у тебя, и у меня есть обязательства и, хоть я и думаю, что у нас сходные жизненные приоритеты, но вот жизненные пути у нас разные.

Она ничего не ответила, только сжала мое колено и провела пальцами по коже.

Скоро мы приехали к дому Торрини. Кендалл знала, что мы заедем, но не знала, зачем. Я уже переговорила с Винсом и Мишель и попросила их разрешения взять Кендалл с собой в Калифорнию на летних каникулах.

Входная дверь распахнулась, едва мы подошли к дому. Мишель встретила нас с улыбкой. Она потянулась к Хейли, обняла ее и похлопала по спине.

- Удачи тебе, Хейли.

- Спасибо. И спасибо, что разрешили Кендалл приехать ко мне.

Мишель сжала ее руку и улыбнулась.

- Энди! Хейли! –шаги маленьких, но громко топочущих ног промчались вниз по лестнице, и перед нами появилась взволнованная девчонка.

- Ну привет, привет! – я опустилась на колени и прижала ее к себе изо всех сил. Кендалл повернулась к Хейли, и та крепко обняла ее и зажмурилась. Ох, ей тоже непросто.

Появился Винс, пожал Хейли руку, а потом мы отбыли. Мы впихнули мою дочь на заднее сиденье и отправились в ее любимое кафе. Кендалл, естественно, тут же спросила, а зачем все эти коробки и что в них такое.

В кафе я усадила Хейли рядом с Кендалл, а сама села напротив. Мне хотелось, чтобы они могли побыть вместе как можно дольше. Я честно верила, что Хейли любит мою дочь, как свою собственную. И за это я любила ее еще больше.

Они немного поболтали о школе, о планах Кендалл на лето и о том, как здорово, что учеба скоро заканчивается. Мы поели в мире и спокойствии, пока, наконец, Хейли не обратилась к ней:

- Кендалл, мм, детка, я должна тебе кое-что сказать.

- Ага, - ответила Кендалл, радостно досасывая через соломинку густой шоколадный молочный коктейль.

- Я уезжаю.

Девочка уставилась на нее:

- Что?

- Я возвращаюсь в Калифорнию, солнышко. Домой, туда, где я и жила, пока не приехала сюда прошлым летом.

- Ты уезжаешь?

Я видела, как Кендалл расстроилась, как ее зеленые глаза наполняются слезами, брови сходятся на переносице, господи, совсем как я, когда расстраиваюсь.

- Но почему? Разве ты больше не хочешь дружить с Энди?

- Ох, дорогая, я всегда буду дружить с Энди, и с тобой тоже.

По лицу Кендалл побежали слезы. Она повернулась ко мне, я улыбнулась ей, и она снова посмотрела на Хейли.

- Я не хочу, чтобы ты уезжала, Хейли! Я не хочу, чтобы ты бросала меня!

Этого я уже не выдержала. Я встала и сбежала в туалет. Я всегда знала, что как бы мы с Винсом и Мишель ни старались, как бы ни пытались отдать Кендалл все самое лучшее, мы не могли исправить изначальный ущерб, и она все равно чувствовала себя брошенной. Боже, когда же я перестану делать больно собственной дочери?

Я оперлась на раковину, опустила голову и задержала дыхание, пытаясь совладать с эмоциями. Ни за что на свете я не могу позволить, чтобы Кендалл увидела меня расстроенной. На ее долю выпало и так достаточно боли, хватит уже.

На обратной дороге Кендалл вела себя очень тихо, и только время от времени я слышала приглушенное всхлипывание. Я поглядывала на нее в зеркало заднего вида, иногда наши глаза встречались, но чаще всего я видела, что она сидит, опираясь на руку, и смотрит в окно, где уже начинало темнеть.

Мы приехали, и она молча вышла из машины, обогнула ее и подошла к моей дверце. Я выбралась наружу, опустилась на колени и крепко обняла ее. Я гладила ее по голове, а потом поцеловала в щеку.

- Мы поговорим с тобой позже, малыш. Ладно?

Она кивнула и повернулась к Хейли, которая к тому времени тоже вышла из машины и стояла чуть в стороне. Я вернулась за руль, чтобы они побыли без посторонних. Я видела, как Хейли что-то говорит Кендалл, а та время от времени кивает, и по ее щеке скатывается слеза. Хейли смахнула ее, и обняла мою девочку.

В итоге, мне пришлось отвести взгляд. Я слышала, что Хейли вернулась в машину, но смотреть на нее было выше моих сил.

- Теперь на почту, - тихо сказала она, и голос ее дрогнул. Я глянула на нее. Она сидела, зажав рот ладонью, и невидящими глазами вглядывалась в рано наступившие сумерки.

- Ты как? – выдавила из себя я.

Она покачала головой, глубоко вздохнула и отвела руку.

- Господи, как тяжко. Я и представить не могла, насколько эта девочка запала мне в душу, представляешь? – она повернулась ко мне. Я кинула:

- Вообще-то, я как раз представляю.

На почте Хейли выложила около двух сотен, и весь ее скарб отправился домой. Она получит его через три дня, когда сама прилетит в Калифорнию.

Это будет через три дня. Во вторник. Черный день. И хотя сейчас был вечер субботы, я чувствовала себя так, будто меня зажали в тиски, и я не могу ни пошевелиться, ни отреагировать, ни что-либо предпринять.