Люсинда Райли - Цветы любви, цветы надежды

Наконец в окнах палаты появились охряные отблески заката. Лидия заворочалась. Вошла медсестра и жестом велела Биллу уйти. Он купил на улице пиво, миску лапши и сел поесть на ступеньку больничного крыльца. За годы заключения в Чанги ему довелось пережить немало страданий, но он еще никогда не испытывал такого чувства безнадежности. И такого одиночества.

Через час Биллу разрешили вернуться в палату. Лидия сидела в постели, опершись на подушки, и казалась совсем слабой, но ее взгляд стал более осмысленным и спокойным.

— Пожалуйста, сядьте, мистер Билл. — Она указала на стул. — Врач сказал, что вы были очень добры. Вы привезли меня сюда, ухаживали за моим ребенком и каждый день меня навещали. Он говорит, вы хороший человек.

— Я сделал все, что мог, мисс Лидия. А она... — Билл показал на малышку, — просто чудо!

Лидия с улыбкой взглянула на девочку.

— Как вы думаете, она похожа на папу?

Билл думал, что она копия мамы, но все равно кивнул:

— Да, похожа. Все это время мне хотелось узнать, как ее зовут.

— Жасмин. Ее зовут Жасмин. Гарри рассказывал, что его мама выращивает жасмин в своем саду, в Англии. Здесь он тоже растет. Красивый кустарник с душистыми цветами.

— Мне тоже нравится, мисс, — согласился Билл. — Хорошее имя.

— Надеюсь, Гарри оно понравится. А вас зовут Билл?..

— Стаффорд, мисс Лидия. Мы с лордом Гарри вместе сидели в Чанги. Помогали друг другу... — Билл поморщился, вспомнив жуткие годы. — Но дома, в Англии, я работаю у него садовником.

— Садовником? — Лидия удивилась. — Он послал за мной садовника?

— Он знал, что мне можно доверять, мисс Лидия. Ради него я готов на все.

Взгляд Лидии смягчился.

— Да, он замечательный человек. Мне не терпится его увидеть и показать ему нашу дочку. Из писем я поняла, что он не может сюда приехать. У него умер отец. Значит, вы собираетесь отвезти меня в Англию, к Гарри?

— Лидия, я...

— Но я не могу сейчас ехать в Англию, мистер Билл. — Лидия покачала головой. — Доктор сказал, после родов у меня возникли серьезные внутренние повреждения, мне нужна срочная операция. Ее не сделали раньше, потому что я была слишком больна и могла умереть. Врачи говорят, пройдет много недель, прежде чем я поправлюсь. Если поправлюсь вообще. Так что нам придется подождать. Я пока не могу ехать так далеко.

Билл судорожно сглотнул. Какая храбрая девушка! Только бы она выздоровела!

— Мисс... то есть Лидия... я... — Он осекся, и она прочла в его глазах страх.

— В чем дело?

— Ох, мисс, даже не знаю, как вам сказать. Я...

— Он больше не хочет меня видеть? — Ее лицо исказилось от боли.

— Нет, мисс, он вас любит, очень сильно любит. Дело не в этом... Я...

— Если он меня любит, значит, все о’кей. Ну же, мистер Билл, рассказывайте, что случилось с моим бедным Гарри.

Билл видел, как свято она верит во взаимную бессмертную любовь, и эта наивная решимость еще больше обескураживала.

— Знаете, я лучше приду после того, как вас прооперируют, — предложил он. — Вы немного окрепнете, и я вам все расскажу. Сейчас не самое удачное время.

— Мистер Билл, я чудом осталась жива. И еще могу умереть — во время операции или после нее. Доктор уже предупредил меня об этом. Операция назначена на завтра. У меня нет времени. Рассказывайте! Пожалуйста, мистер Билл. Я должна знать.

— Я... ох, мисс...

Чтобы его успокоить, Лидия протянула к нему свою худенькую дрожащую руку.

— Понимаю, вы хотите рассказать мне что-то плохое. Не волнуйтесь, я готова. Я знаю, что он меня любит, остальное не важно. Пожалуйста, говорите.

Билл заговорил: его внутренняя сила не шла ни в какое сравнение с волей этой хрупкой маленькой женщины, жизнь которой он собирался разрушить. Бедняга произносил страшные слова, но ее лицо не выдавало эмоций, лишь руки сжимались в кулаки и снова разжимались от отчаяния. Потом Билл взглянул на крохотное существо — драгоценное свидетельство всепоглощающей любви Лидии, спящее у нее на руках, и понял, что не сможет рассказать ей всю правду. Он умолчал о том, что далеко отсюда, в Англии, у его светлости скоро родится другой ребенок.

— Вот такие дела. У Гарри есть жена, и теперь, после смерти отца, вся ответственность за поместье легла на его плечи. Не могу вам передать, как мне жаль вас, мисс Лидия. Гарри страстно желал к вам вернуться, правда. Хотел все рассказать жене и подать на развод. Но сейчас даже он понял, что не может это сделать. Гарри просил вам передать, что будет любить вас вечно, — закончил Билл. — Поверьте, мисс Лидия, он очень несчастен — так же как и вы. Я... сочувствую вам обоим.

Лидия смотрела в пространство перед собой.

— Он знает про ребенка? — наконец спросила она шепотом.

— Нет.

Лидия задумчиво кивнула.

— Он не сможет на мне жениться. Даже если я останусь жива.

— Не сможет, мисс Лидия, при всем желании.

— А он возьмет своего ребенка, если узнает о нем?

Лицо Лидии серело с каждой секундой, и Билл смягчил свой ответ.

— Вряд ли, мисс, — тихо отозвался он.

— Я хочу, чтобы вы спросили его об этом. — Она вдруг привстала и схватила Билла за рукав. — Пошлите ему телеграмму — сегодня же вечером! Спросите его, пожалуйста, мистер Билл! Вы должны это сделать. У меня нет времени. Мне надо решить судьбу Жасмин. — Силы оставили бедняжку, она выпустила руку Билла и закрыла глаза. — Обо мне не беспокойтесь. Я уже смотрела в лицо смерти, и, возможно, мне суждено скоро покинуть эту землю. Но наш ребенок... наша малышка... Она не должна страдать. Гарри этого не допустит, я знаю. Вы должны отвезти ее к нему... к родному отцу...

Билл сглотнул. Ему не хватало смелости сказать, что ее просьба невыполнима.

Лидия открыла глаза и взглянула на свою маленькую дочь.

— Она должна жить, мистер Билл. Даже если не умру, я не смогу как следует о ней позаботиться. Дайте ей то, что нужно для жизни. У меня сейчас нет ни дома, ни работы, ни денег. Мне придется отправить ее с вами в Англию. Тогда у нее появится шанс.

— Мисс Лидия, — произнес Билл хриплым от волнения голосом, — девочке нужна мать. Я думаю...

— Я думаю, что могу умереть и у девочки вообще не останется близких. — Она поцеловала Жасмин в макушку и накрыла своей ладошкой миниатюрные пальчики — копию собственных. Ее глаза, затуманенные слезами, умоляли о помощи. — Возьмите ее, пожалуйста. Так будет лучше. Если оставлю малышку у себя еще хотя бы на день, вряд ли смогу... отдать.

Она нагнулась и что-то зашептала на ушко Жасмин. Билл не понимал и не хотел понимать этих слов. Он знал, что Лидия прощается с девочкой. Дрожа от усилия, Лидия подняла малышку и протянула ее Биллу. По щекам тихо катились слезы.