Сюзан Саллиз - Дочери Луны

– Дорогая, ты совершенно права. Не заставляя, а лишь оказывая поддержку.

– Неужели? – проговорила Миранда, искоса поглядывая на него. Он вел их прекрасную новую машину так, словно это был автобус: склонившись над рулем, сдерживая ее. Внезапно она подумала, что следовало бы поехать одной.

Питер сказал:

– Впервые я реально смог представить твою жизнь вместе с труппой. Я понимал, что это был важный период, однако мне казалось, что это были бесплодные пять лет.

– Как у Мэг?

Почувствовав его колебания, она ободряюще коснулась его рукой.

– Тогда я не говорила ничего особенного, Питер. Мы близнецы, и для тебя было вполне естественно считать, что я лишь ожидала, когда начнется настоящая жизнь. Точно так же, как Мэг. Подготавливая себя… ну, что-то в этом роде.

– Мне кажется… Да, я полагал, действительно что-то в этом роде.

– А теперь?

– Теперь вижу, что все было совершенно иначе, – проговорил он, усмехнувшись улыбкой, лишенной смеха, глаза его продолжали не отрываясь смотреть вперед на дорогу. – Миранда, извини. Я считал твою актерскую деятельность пустяком, чем-то примитивным…

Совершенно искренне она ответила:

– Но я и в самом деле была весьма… примитивна. Однако он решительно запротестовал:

– Нет! Нет, то не было примитивом! Это не примитивно и сейчас! Послушай, дорогая. Ты должна быть свободной для… ну, как это у них называется?.. для собственного творчества! Я действительно так думаю, Миранда! Ты наследуешь эту труппу – это нечто большее, чем просто актерская труппа, не так ли? Она аналогична той, которой руководили твои родители! Получается, что ты словно мост…

Миранда заставила себя рассмеяться.

– Остановись, пожалуйста, Питер! Возможно, в моей крови и есть театр, но во-первых и прежде всего – я мать!

На мгновение она замолчала, колеблясь, следует ли упоминать, что она также еще и жена и лишь потом актриса. Затем решила не говорить этого. Она продолжила:

– Не может быть и речи, чтобы я оставила Себастьяна и Кэти на нежное попечение Дженис!

– Нет…

Он свернул на ближайшую развязку, чтобы двинуться в сторону Плимута и дома мистера Брэкнела.

– Нет. А как насчет школы-интерната?

– Ни за что в жизни! – воскликнула Миранда.

– Прекрасно.

Они замолчали, обдумывая каждый про себя множество вопросов. Подкатив к адвокатской конторе, он откинулся назад с видимым облегчением и совершенно будничным тоном, который когда-либо слышала у него Миранда, спросил:

– А как ты смотришь на то, чтобы время от времени приезжала Мэг и следила за детьми? В конце концов, она может выполнять свою работу где угодно.

Чтобы скрыть свои истинные чувства, Миранде пришлось разыграть целый спектакль с доставанием сумочки с заднего сиденья. В груди что-то больно защемило, пришлось сконцентрироваться, чтобы не сбиться с дыхания. Однако голос ее прозвучал совершенно естественно, и как бы между прочим она сказала:

– Это мысль. Я могу доверить… абсолютно все… Мэг.

Питер вышел и с силой захлопнул дверцу автомобиля.

– Посмотрим, что получится, – проговорил он.

На Рождество от Мэг пришла огромная посылка. Она сделала покупки в Афинах, и подарки получились необыкновенными и волнующими. В коробке для каждого лежал отдельный пирог, испеченный, судя по всему, из фиников, инжира и изюма и пропитанный узо.[4] Также там лежало печенье, бисквиты, экзотические украшения для рождественской елки. Питеру предназначался набор кистей из верблюжьего волоса, рабочий халат и берет, надев которые он, как сказала Кэти, стал похож на «настоящего художника». Алекс получил игрушечную железную дорогу, сделанную в Японии; Себастьян – макет фермы; Кэти – платье из индийского шелка, с многочисленными складками, очень красивое. Миранда получила в подарок костюм греческой крестьянки, с головным убором и лентами для волос.

– Она, наверное, потратила целое состояние, – произнес пораженный Питер.

Миранда, размахивая письмом, лежавшим в посылке, объявила:

– Она вышла замуж за своего босса! Мэг вышла замуж! И я не знала, если бы… – Миранда сделала паузу и пристально посмотрела на Питера. – Осенью был момент, когда я ехала в поезде… Мне показалось, правда, что было нечто иное. Возможно… Во всяком случае, она вышла замуж!

Все были потрясены и озадачены. Детям хотелось знать каждую подробность. В особенности сколь состоятелен муж Мэг. Питер молчал, глядя на Миранду, не веря своим ушам и понимая, что тут что-то не так.

Сглотнув подступивший к горлу комок, Миранда сказала:

– Тихо! Тихо! Сейчас я прочитаю вам письмо от Мэг. Вероятно, он весьма состоятелен – разве не он владеет большей частью фирмы «Макивойс»? Мужа Мэг зовут Чарльз Ковак. Он работал на телевидении… в те годы. Помнишь, Питер?

Наконец Питер обрел дар речи и сказал:

– Читай письмо.

Миранда отодвинула небольшой листок бумаги на вытянутую руку. Она вдруг вспомнила, что Мэг начала носить очки – значит, ей тоже придется носить их.

– «Мои дорогие, – начала читать Миранда, затем судорожно закашлялась. Ей ужасно захотелось увидеть Мэг. – Надеюсь, моя рождественская посылка повеселит вас и обрадует. Я с большим удовольствием выбирала для вас подарки. Целый день мы провели в Афинах. Эми Смизерс сопровождала нас, и мы почти все время смеялись. Вы случайно не слышали нашего хохота?» – Миранда оторвала взгляд от письма. – Она все такая же сумасшедшая, как и раньше, не так ли?

Себастьян и Кэти согласно кивнули головами и одновременно засунули в рот пальцы. Алекс с нетерпением глядел на письмо, Питер разглядывал свои руки. Миранда продолжила чтение:

– «Желаю всем вам счастливого Рождества. Я буду о вас вспоминать».

Миранде вновь пришлось откашляться. Затем она продолжила низким голосом, чтобы собравшиеся лучше поняли смысл написанного:

– «Должна сообщить вам кое-что особенное, о чем давно следовало бы написать. Но здесь время течет как в сказке. Мои дорогие, в октябре я вышла замуж за Чарльза Ковака, и с тех пор мы живем здесь. Как вам известно, он мой босс и долгое время был моим другом. Помнишь, сестра, я говорила тебе, что мне делали предложение? Итак – то был Чарльз. И я согласилась!»

Осторожно Алекс заметил:

– Где-то я видел его имя. То ли на внутренней обложке книги «Яблочный старичок» или еще где-то.

– Он сам иллюстратор, – заметил Питер, – начинал, как мне кажется, мультипликатором. Он известен.

Кэти вынула палец изо рта лишь настолько, чтобы сказать:

– Жаль, что она не сказала нам про свадьбу. Я могла бы быть подружкой невесты.

Миранда продолжила читать:

– «Я написала две детские книги, одна из них называется «Нокомис, дочь Луны», а другая – «Каменный сад». Похоже, я получу за них целую кучу денег, поэтому не беспокойтесь относительно стоимости подарков – я же знаю, вы непременно будете волноваться!»