Луиза Бэгшоу - Дитя понедельника

— Я считаю, что Анна способна на большее, — вежливо замечает Суон. — Вы давно знакомы?

Чарлз улыбается, с нежностью глядя на меня.

— Нет, наш роман был очень стремительным. Правда, дорогая?

— Да, — соглашаюсь я, чувствуя себя жалкой.

— Какие-то пару месяцев, — уточняет Чарлз.

— Приятно сознавать, что и в наши дни страсть заставляет людей совершать безумства. Вам очень повезло, Чарлз, — говорит Суон, глядя мне в глаза, отчего мне хочется поежиться.

Не будь дурой! Это же не какой-нибудь замухрышка Брайан! Это Марк Суон, который может заполучить любую. Ты просто напридумывала себе лишнего.

— Да, мне очень повезло, — соглашается Чарлз, с обожанием глядя на меня. Мне приходится улыбнуться в ответ. — Анна просто создана для меня. Ты согласна, дорогая?

Они оба смотрят на меня с ожиданием, словно мой ответ что-то решает.

— Да, милый. Конечно, согласна. Пауза.

— Э-э… и ты создан для меня, дорогой, — добавляю я, понимая, что от меня ждали большего.

Чарлз вздыхает с облегчением, словно он чувствовал мою нерешительность.

— Что ж, приятно было познакомиться, Чарлз, — оживает Суон. — Мне уже пора, так что прошу меня извинить. Чарлз, вам очень, очень повезло.

И он быстро выходит через кухню, даже не оглянувшись. Чарлз прижимает меня к себе.

— Вечеринка в разгаре, дорогая. Давай сделаем круг по саду, пообщаемся с гостями.

Боже! Только не сейчас!

— Конечно, Чарли, — слабо улыбаюсь в ответ. — Никаких возражений.

Уже после вечеринки мы сидим с Чарлзом на кровати. Его худая рука обнимает меня за талию.

— По-моему, все прошло гладко, а ты как считаешь? — спрашивает он меня. — Пришли все, кого мы приглашали, а это хороший знак. Приятно было слышать столько добрых пожеланий, правда? Ванна так постаралась, устроила все по высшему разряду. Знаешь… — Он едва заметно краснеет. — Руперт сказал, что мы отлично подходим друг другу. Мне было приятно. А твои соседки, кажется, поладили с Эдом и Генри. Здорово, что они познакомились в моем доме! — с гордостью говорит он. — «Чарлз Доусон — известный сводник». — Он смеется. Я натянуто улыбаюсь.

— Да, все было роскошно.

— Пора приступать к подготовке свадебного торжества.

— Я знаю, но, как я и говорила, в связи с поиском работы мне придется много бегать по агентствам и конторам. Боюсь, я буду очень занята.

— Выдели для меня завтрашнее утро, — умоляюще произносит Чарлз. — Я хочу поделиться с тобой своими задумками. Прошу тебя, всего одно утро! Если тебе понравится, я все устрою сам, клянусь. Ванна поможет мне, она обещала.

— Даже не знаю…

— Понимаешь, я уже продумал кое-какие детали. Прикинул меню, подобрал цветовое решение…

Как можно отказать человеку, который смотрит на тебя такими щенячьими глазами?

— Хорошо. Сгораю от любопытства. — Я пытаюсь вложить в свои слова хоть какой-то энтузиазм.

На следующее утро мы оба встаем рано, когда часы с маятником только начинают бить семь. Торопливо завтракаем прямо в кухне тостами с ветчиной и кофе, затем Чарлз принимает душ и отвозит меня домой, чтобы я могла переодеться.

— Ты ведь недолго? — уточняет он. — Не хотелось бы попасть в пробку.

— Я постараюсь управиться как можно быстрее, обещаю. Только душ и все.

Дома мы застаем Лили. Она свернулась на диване, словно большая светлая кошка. Завидев Чарлза, она тотчас грациозно потягивается и встряхивает волосами.

— Привет обоим, — мурлычет она. — Рано, пташки, проснулись. Небось всю ночь прыгали в постели? Анна, я ревную!

Еще бы! И дело отнюдь не в постели.

— Присаживайся, Чарлз, — предлагает Лили, похлопав ладонью по дивану рядом с собой. — Дай Анне возможность переодеться.

У Чарлза затравленный вид, но спасать его я считаю нелепым.

— Я мигом, — заявляю я специально для Лили, чтобы не расслаблялась. — Не точи о Чарлза свои коготки.

— И не собиралась! — Она жеманно потягивается. — Чарлз, расскажи мне о Генри. Его семья ведь богата?

— О да, — подтверждает Чарлз. Вижу, что Лили навострила уши. — Генриетта и Фред Марш просто купаются в деньгах, но это совершенно не испортило Генри, можешь мне поверить.

— О, я верю и совершенно не беспокоюсь на этот счет!

Я хватаю полотенце и сменную одежду, стремясь быстрее залезть под душ и не слышать этих пошлых расспросов. Иногда мне становится жаль Лили. Даже такие дурочки, как она, однажды взрослеют и понимают, что не все в жизни решают деньги. Лишь бы к этому моменту не наделать непоправимых ошибок А может, ее счастье, если она так и не прозреет?

Я быстро намыливаюсь и принимаюсь изо всех сил растирать тело мочалкой. Мне неприятно вспоминать вчерашний вечер и хочется поскорее смыть впечатления, связанные с нашей стычкой с Суоном.

Обтеревшись, лишь слегка подсушиваю волосы, предоставляя им возможность лечь так, как они пожелают. Я выбрала новый костюм из числа одобренных Джанет. Это красная юбка, чуть расширяющаяся книзу, кремовый джемпер с короткими рукавами и широкой красной вертикальной полосой от ключицы, светло-бежевые туфли на низких каблуках и бежевая замшевая сумка. Бросив придирчивый взгляд в зеркало, остаюсь весьма довольной собой.

— О-ля-ля! — восклицаю я, появившись в гостиной и картинно подняв руки. Я даже готова перебороть свое обычное смущение и покрутиться в новом наряде перед Чарлзом, если он меня попросит.

— А, ты готова! — обрадованно говорит он, бросив на меня лишь беглый взгляд. — Тогда пошли. — Взглянув на часы, он кивает на дверь.

Только и всего…

Когда в поле зрения оказывается забор, окружающий Честер-Хаус, я облегченно вздыхаю. Во-первых, мне хочется размять ноги, а во-вторых, я ужасно устала от болтовни Чарлза.

Всю дорогу он только и делал, что вспоминал подробности вчерашней вечеринки или начинал мечтать о грядущей свадьбе. Список приглашенных, торжественная музыка, украшения, меню… Конечно, по мере сил я старалась вносить и свою лепту, поддакивая в нужных местах или качая головой. Хорошо, что на мне темные очки — Чарлз был бы очень удивлен, узнав, что я смотрю вовсе не на него, хотя голова и повернута в его сторону. На самом деле мне куда больше по душе пейзажи предместий Лондона, чем обсуждение свадебного торжества.

Что ж, болтовня Чарлза по крайней мере отвлекает от мыслей о Суоне.

Наш разговор постоянно вертится у меня в голове, всплывая яркими картинками в самые неподходящие моменты Вот его рука перехватывает мою ладонь. Вот сильный подбородок и плотно сжатые губы А как он смотрел на меня! Настойчиво, со злостью, почти с бешенством. Совсем не так, как смотрит на меня Чарлз.

Если Суон хотел сказать мне что-то личное, то почему не сделал этого? Или я все придумала от одиночества? Ведь если бы он хотел объясниться, если бы чувствовал ко мне хоть что-то, то давно нашел бы возможность поговорить. Значит, это лишь игра моего воображения?