Только моя принцесса - Инна Стужева

Я сказал, что хочу, Алис.

- Это же одно и то же…

- В твоем мире, определенно, - отвечаю ей. - Но не в моем.

- Игнат, почему ты передумал? Я без тебя не полечу. И Гор…Мы оба…

- Полетишь, Алис. И проследишь, чтобы Гор полетел. Я…выберусь к вам, как только представится возможность.

- Ты врешь!

Определенно, вру.

- Как только смогу…

Безудержно хочется стрясти с нее обещание, что дождется. Ни с кем не станет больше...экспериментировать. Но как назло язык прирастает к небу.

Раз я не могу дать ей никаких конкретных обещаний, то кто я такой, чтобы требовать их у нее. У пятнадцатилетней девчонки, у которой впереди безмятежная и полная удовольствий яркая и красочная жизнь.

- Игнат, но…

Прости, Алис, но не я выбирал такой сценарий. Его мне, так же, как и тебе, навязали.

- Прости…

- Если ты не приедешь в аэропорт, я, так и знай, возненавижу тебя! Так и знай! Возненавижу и больше никогда, ни за что на свете к тебе не подойду!

- Ненавидь.

Главное, чтобы не забывала…

- Игнат, я, - уже намного тише, - хоть и ненавижу, но я тебя люблю…

- И я. И всегда буду, - произношу одними губами, а потом отключаюсь.

Бросаю телефон в бездонный, наполненный стекающей откуда-то сверху водой колодец.

Я не хочу, чтобы люди Демьяна вычислили наше с Седым местоположение.

Чтобы его скрутили и передали полиции раньше времени, а меня насильно отвезли в аэропорт.

Я не могу допустить, чтобы разрушили нарисовавшиеся передо мной перспективы и помешали планам.

Я должен узнать все до конца и отомстить за родителей. Не только должен, но и…Понимаю, что хочу этого.

Хочу, чтобы тот, кто повинен в их смерти, ползал в луже крови и извинялся.

Не передо мной, перед ними…

Хрен знает, что за мысли начинают просачиваться в мою башку…

Но…

Кажется, в тот момент, когда, совершенно не сомневаясь и не испытывая ни одной эмоции, хладнокровно и безжалостно простреливал ногу Седому, я перешел некую черту…

Настал тот момент, когда я готов выпустить демонов, что все эти годы, изгнанные подальше и накрепко запертые в клетку, ждали…

Ждали возможности вырваться на свободу. И вот, эта свобода им, наконец, представляется...

_________

Глава 49

Алиса

В самолете сижу, отвернувшись к иллюминатору и полностью погрузившись в себя.

«Ненавидь», с такой легкостью, словно для него не столь это и важно, только что предложил мне Игнат.

И я, кажется, начала сходить с ума.

Зачем-то выкрикнула, что люблю его, хоть все еще продолжаю ненавидеть.

В ответ на этот отчаянный всплеск эмоций я рассчитывала получить его протест. Ну хоть какую-то реакцию. Но не получила просто абсолютно ничего.

Хотя, зная его, стоило предположить и догадаться.

Ну что за дура, дура, дура…

Надеялась, все равно надеялась, что услышав мое признание, он вдруг передумает, бросит все, отменит. Полетит…

А он, мне кажется, даже не разобрал…

Потому что если услышал, но ничего не сказал в ответ…

Такой позор мне очень сложно пережить. Поэтому я решаю думать, что не услышал.

Надеюсь, очень надеюсь так и оказалось.

Пусть он не знает, пусть не знает, раз ему наплевать.

И вместе с тем все равно, как бы ни сопротивлялась, где-то на глубинном уровне все еще теплится надежда, что ему не все равно.

Но раз ему, по каким бы то ни было причинам, лучше без меня и моей дикой, почти неподдающейся контролю одержимости, пусть так и будет. Что ж.

Я больше не должна рассчитывать на отношения с ним. На него…

Неважно, насколько это сложно, но...

Должна забыть, забыть, забыть…

Я сильная, я все выдержу и не сломаюсь.

Ха, не на ту напал.

…

И все же, как только связь оборвалась, я дернулась с места и что есть сил побежала прочь. Бегом, быстрее. Только вот совсем скоро брат нагнал меня. Да и охрана вокруг нас вся подобралась.

- Лиса, остановись, - бросил отрывисто.

Схватил за локоть и притормозил.

- Поможешь мне сбежать, Игорек? - зашептала тогда взволнованно, и тут же вцепилась в него, с мольбой заглянула в глаза.

Я знаю, когда я так на него смотрю, Игорь совсем не в силах мне отказать.

- Зачем, Алис. Ты же слышала, что с ним все в порядке.

Занервничал, принялся ерошить волосы.

Как будто не он сам всего за каких-то пару часов до этого предпринял несколько попыток сбежать из особняка, а на взлетную полосу прибыл в сопровождении охранников отца.

- Он не летит. Почему?

- Не знаю, Лиса.

- Я так и знала. Но его нельзя оставлять здесь, нельзя!

- Он уже взрослый мальчик, Алис. Отец сделал все, что мог.

И даже тебя обработал.

- Ах-ха. Если так рассуждать, мы тоже взрослые. Но нас заставляют!

- Послушай. Сейчас для всех самое главное вывезти тебя и младших подальше отсюда. Дед и родители знают, что делают. И Игнат тоже. Мы должны ему доверять.

Черта с два я ему что-то должна.

А еще зря, как дура, размечталась.

Я и сейчас, когда мы уже в воздухе и поменять ничего не получится, злюсь.

Злюсь на себя. На то, как сердце пропускает удары лишь от одной мысли, что мы могли бы полететь все вместе, и вместе же поселиться. В нашем загородном доме в моей любимой солнечной Испании.

Хочешь не хочешь, но были бы вынуждены много общаться, гулять (я показала бы ему все любимые места). Стали бы держаться за руки, и, конечно же, я так надеялась на это, целоваться.

Черт…

Пусть идет…

Раз все в порядке с его жизнью и здоровьем, то пусть идет…

Зато у меня есть самый лучший в мире брат.

Гор сидит рядом, плечом к плечу, его молчаливую поддержку я ощущаю остро, как никогда.

Мне жаль, что расстроен и задумчив он не меньше моего.

Вдруг упираюсь взглядом в украшение, что Игорь все это время вертит в пальцах. Цепочка, а на ней переливающийся бликами и неровными гранями розовый камушек, который я не перепутаю ни с каким другим даже в темноте.

Мой талисман на удачу! Такой до боли знакомый и родной.

- Что это у тебя? - в волнении выпаливаю я.

Как коршун набрасываюсь на украшение. Хватаю, сгребаю в пальцах, и первым делом прижимаю кулончик к груди.

Мой! Мой!

О, боже, как же мне не хватало