Ольга Дервиш - Положительная нота

– Станислав, – предупреждающе позвала мать.

– А как же дом? – не унимался старший Речинский. – Оставила ключи?

Сын на это достал из кармана джинсов связку и бросил на стол, пытаясь скрыть триумф на лице.

– Запасные, – прокомментировал.

– Мальчики мои… Вы сейчас напоминаете двух петухов! Стас! Хватит. Всё. Она носит под сердцем твоего внука! Попытайся принять это. Вы будете общаться, видеться, воспитывать его. Не стоит ссориться с сыном, иначе ты можешь потерять гораздо большее!

Стас прикрыл глаза, пытаясь успокоиться. Илья так и стоял у стола, сунув руки в карманы.

– И ты, сынок, хватит дразнить. Ничем хорошим это не закончится! Твой отец смирится и привыкнет. Возможно, переключится на кого-нибудь другого. Имей терпение! Боже, как я вас тут оставлю!?

– Оставайся с нами, – хмыкнул Илья. – Может, папочку отвлечешь? Ну, чтоб он побыстрее «переключился»!

– Ты сейчас договоришься! – с угрозой в голосе проговорил Станислав.

– Всё-всё! Брейк! Илья, садись за стол! – снова попыталась упокоить мужчин Елена.

– Вот видишь, об этом мы с тобой вчера и говорили.

– И о чем же вы говорили? – парень наконец сел, дожидаясь, пока мама сделает ему кофе.

– О том, что ты неуважителен с женщинами. Даже собственную мать оскорбляешь, и ни в одном глазу!

– Мама, извини.

– Мы с тобой потом поговорим, Илья. – Лена поставила перед ним чашку и снова села завтракать. – У меня есть много, что тебе сказать.

Сын лишь поиграл желваками. А утро так хорошо начиналось…

Глава 61

Разговор не заставил себя ждать. Не спасло даже то, что Илья первым позавтракал и заперся в своей комнате. Мама постучала в дверь.

– Итак, – строго начала, как только показалась во владениях сына.

Речинский младший закатил глаза и застонал.

– Может, не надо? У нас уже все хорошо, правда! И вообще, это, как бы, только наши дела…

– Сейчас хорошо, и это – хорошо. Но, Илья, честно, я тебе удивлена! Я думала, что вырастила настоящего мужчину, а получается…

Парень встал у окна, отвернувшись от матери.

– Ну, давай-давай! Продолжай. Что же получается? Даже интересно послушать…

– Ты давай мне не выступай! А слушай, что говорят взрослые!

– Начинаааается… Что не так?

– А не так, сынок, то, что увидела. И услышала. Расскажи-ка мне… какие у вас с Ксенией отношения?

– Нормальные отношения.

– Такие нормальные, что она съехать отсюда собирается и тебя, – она ткнула пальцем в направлении сына, – с собой не зовет! Это ты называешь нормальным?

– Я что могу сделать, если она так решила?

– Переубедить! Куда ей ехать из такого дома? Чтобы ребенок в каменных джунглях рос вместо загородной усадьбы? И вообще… ты когда ей, до вчерашнего, цветы дарил? В кафе приглашал? Когда? Я, как дура, задаю вопрос, а девчонка краснеет сидит, не зная, как бы тебя выгородить.

Илья резко развернулся.

– Выгородить?

– Ну, я не знаю. Она же слова не сказала! Хоть я и так по лицу все поняла. Ты что, разучился ухаживать? Не знаешь, как с девчонками дружить?

– Умею я дружить.

– Не цепляйся к словам! Ты понял, о чем я!

– Ну не было возможности у нас! Сначала несерьезно всё, потом она с отцом... авария…

– У нее скоро пузо на лоб полезет, а ты всё возможность выискиваешь? Долго раскачиваешься, сын! Дождешься, умыкнет отец у тебя ее. И не щурься! – заметила она выражение его глаз. – Уведет! Спит и видит! Затих, потому что все-таки отец тебе, иначе давно бы подвинул. И получилось бы у него! Потому что он знает, что надо делать, а ты, выходит – нет!

– Давай еще ты мне отца в пример поставь! Сговорились, что ли?

– А ты смотри и учись! А не обиженного из себя строй! Ты бы видел себя, когда я про каникулы твои упомянула! Хоть бы постеснялся так открыто недовольство выказывать! А ты думал – что!? Она родит, съедет, а тебе – гуляй-вася?

– Нет. Я просто не думал еще.

Елена подняла брови.

– Так пора, Илья, пора! Ребенок ждать не будет, пока ты что-нибудь придумаешь. Ксении поддержка нужна, положительные эмоции, радость какая-то. А я так поняла, с ее слов, у вас одни стрессы. Ладно, авария. Но в остальном тебе надо стараться всё сглаживать! Она беременна! Ты это понимаешь? Беременна! От тебя! Ты отец ее будущего ребенка! Не кто-то там, а ты! И именно тебе надо быть с ней сейчас. И не ругаться, не выступать, а горы для нее сворачивать! Вот ты не любишь сравнений, а отец твой, когда ты у меня под сердцем был, пылинки с меня сдувал! Что ни пожелаю – всё делал! Бедно жили, а он всё равно старался меня чем-то порадовать. То тюльпан где сорвет, то мороженое притащит. А ты… чем ты Ксению радуешь?

Илья молчал. Что ему теперь, посреди зимы, тюльпаны бегать искать? Он ей еду привозил два раза…

Глупо как-то всё.

– Молчишь? Вот и помолчи. Подумай, только недолго. Потому что времени у тебя не так и много. Нет его у тебя. Раз уж получилось так, что забеременела она, пора взрослеть. Я вот не поверила, когда отец на тебя тогда взъелся, что безответственный ты. А теперь вижу, что он был прав. Но я не ругать тебя за это хочу. А научить, раз до сих пор не сделала этого. И отца не драконь. Вам еще жить тут вместе. Получилось так, что ты в споре вашем победил, хоть и, Господи, не нравится мне всё это очень, так делай всё, как надо. Чтобы и сомнений не возникло у Стаса, что он не зря отступил. Он, так или иначе, счастья хочет. И тебе, потому что ты его сын. И ей…

– Я понял, мам…

– Хорошо, что понял. Я рада.

Елена наконец села, выдохнув. Покачала головой.

– Знала бы я, куда еду… – тихо себе под нос.

– Не приехала бы?

– Да нет… Морально бы подготовилась. Как вы прожили эти четыре месяца?

– Нормально. Я ж не пытался ничего поделать, когда узнал, что они встречаются. Просто отошел в сторону.

– Побоялся противостоять?

– Нет. Просто принял как данность. Я и не претендовал особо: у нее тогда дочь была.

Мама прикрыла глаза, потирая виски.

– Ох, сын. Видела я фотографии у нее. Симпатичная девчушка была. Как она это пережила? Не представляю. Случись, вот, что с тобой… я, наверное, тоже умру!

– Перестань. Ничего со мной не случится.

– Вот будут у тебя свои дети, поймешь…

Ксения вышла с работы, пробираясь на стоянку, где оставила свою Хонду. Уже стемнело, но уличные фонари, подсвечивая искристый снег, рассеивали мглу. Кутаясь в ворот пуховика, Лесина завернула за угол и наткнулась на человека. Подняла глаза – Илья.

– О! Привет, что ты тут делаешь?

– Привет, – он взял ее за руку и развернулся обратно. – Приехал за тобой.