Шейла О'Фланаган - Замужество Изабель

А вдруг я не найду дома работы? Сколько там людей, образованных не хуже меня, а может быть, даже лучше, которые не могут найти себе работу? Я вздохнула. Конечно, оставался вариант беременности. Можно сказать, что работа не являлась для меня сейчас первейшей необходимостью. Я почесала нос. Браслет соскользнул по руке глубоко в рукав.

Когда я вошла в дом, сеньора Карраско вынимала корреспонденцию из своего почтового ящика. Мы поздоровались. Немного поговорили о моих сборах.

– Ты пришлешь мне фотографию своей свадьбы? – спросила она.

Я радостно заулыбалась и нажала кнопку лифта.

– Разумеется!

– Нам всем хочется увидеть этот торжественный день.

Пока лифт скользил на пятый этаж, меня вдруг обуял приступ страха: а вдруг лифт застрянет между этажами, мы просидим в нем пару часов и Тиму придется меня ждать в аэропорту? Интересно, что он при этом подумает, мелькнуло у меня в голове. Скорее всего будет нервничать. Терпением он никогда не отличался.

К счастью, лифт не застрял. Мы попрощались с сеньорой Карраско и разошлись по квартирам.

Дома было тихо. Это тишину я одновременно любила и не любила. Когда мне необходимо было спокойствие, она приносила мне спокойствие. Но когда я жаждала общения, она вселяла в меня ужас. Когда я буду жить с Тимом, все будет по-другому. Интересно, стану ли я для него занозой в печенках? Я так привыкла разбрасывать по всему дому вещи, недочитанные книги, журналы. Кроме того, у меня был один пунктик: я считала, что в раковине не должно оставаться ни одной грязной тарелки или кружки. Все надо было прополаскивать немедленно.

Конечно, Тим жил в одиночестве дольше, чем я. Неряшливый, легкомысленный Тим вряд ли, очевидно, придет в восторг, когда я начну настаивать на том, чтобы посуда стояла в буфете в аккуратных стопках, картинками наружу.

Я покачала головой. В первую попытку своего замужества такие мысли мне в голову не лезли. Очевидно, сказывалось напряжение последних дней.

Я переоделась в мягкие черные брюки и красный джемпер. На ноги надела блестящие черные ботинки, сверху – черную куртку на меховой подкладке. Видок тот еще, подумала я, вертясь перед зеркалом. В черном моя бледность казалась совсем потусторонней. Я завернула вокруг шеи красный шерстяной шарф. Это помогло. Своей внешности я придавала сейчас особое значение. Для встречи с Тимом мне хотелось выглядеть правильно.

В аэропорту я долго оглядывалась по сторонам, боясь, что невзначай могу его пропустить, потом остановилась посередине зала, постукивая каблуками, чтобы согреться. Он появился внезапно и тоже начал оглядываться по сторонам. Я замахала руками:

– Я здесь, Тим! Иди сюда!

При виде меня лицо его просветлело. Очевидно, я произвела на него сильное впечатление.

– Изабель! – Он бросил на пол свои чемоданы и обнял меня.

– Ты должен сказать, что рад меня видеть! – Я решила его немного подразнить. – А потом сказать, что думал обо мне день и ночь.

– Так и есть. Разве ты не получала моих посланий?

– Конечно, получала.

– Тогда ты должна была заметить, что у меня душа поэта.

– Ну последнее послание было не слишком поэтичным… "Амбары ломятся от запасов, а я голодаю".

Он улыбнулся.

– Что поделаешь, у меня растущий организм. Я схватила его за руку.

– Представляешь, я сделала гуляш. Его надо только разогреть.

– Вот это женщина, – бормотал он, когда я вела его к такси.

Мы уселись на заднее сиденье, и он обнял меня за плечи.

– Ну и холодища здесь у вас, – сказал он. – Дома и то не так холодно.

– Ты что, не учил географию? – спросила я. – Континентальный климат: жарко и сухо летом, холодно и сухо зимой. Именно это мы здесь и имеем.

Он прижал меня к себе еще сильнее.

– Хорошо, что я знаю тысячу способов согреться.

Я фыркнула в его куртку.

– Хорошо, что мне они нравятся.

Он с интересом осмотрел мою квартирку.

– Я думал, что она поменьше, покомпактнее.

– Куда уж меньше, – сказала я, переступая через коробку с книгами.

– Я думал, что она в стиле студио.

– О нет, мне нравится, чтобы спальня занимала отдельную комнату. Я не могу жить в одной большой студии.

– Спальня, очевидно, здесь. – Он толкнул одну из дверей.

– Кровать скрипит, – предупредила я.

Он сел на край кровати и несколько раз подпрыгнул.

– И правда скрипит, – согласился он. – Только мне это вряд ли помешает.

– Ты привыкнешь.

– А что, ей часто приходилось скрипеть?

Я почувствовала, что краснею.

– Нет.

Он обнял меня за талию и привлек к себе.

– И многим приходилось привыкать к этому скрипу?

– Не знаю.

Он слегка меня отстранил и посмотрел в глаза.

– Она не знает! Сколько мужчин спало в твоей кровати с тех пор, как ты сюда приехала? Я думал, что только один. – Он спрашивал как будто в шутку, но вопрос был серьезным.

– Вряд ли только один, – улыбнулась я, смело возвращая ему взгляд.

– Ну хорошо. – Он снова прижал меня к себе. – Я зря спросил. Это несправедливо. Мне остается только надеяться, что все они были хуже меня.

Изабелла, нежная моя… Мне вдруг показалось, что Нико стоит рядом в комнате. Я даже вздрогнула. Потом еще крепче обняла Тима и поцеловала его.

– Изабель! – Голос его звучал сипло.

– Тим! – Я расстегнула ремень на его брюках.

– Изабель. – Он стащил с меня джемпер через голову.

– Тим. – Я расстегнула его рубашку.

– О Изабель!

Все получилось быстро и неистово. Кровать скрипела безбожно, и в самых кульминационных местах я едва сдерживалась, чтобы не расхохотаться. Тим сжимал меня с такой силой, что, я думала, он меня покалечит. Впрочем, я тоже прижималась к нему изо всей силы.

– Господи, как же я по тебе соскучился! – взволнованно сказал он уже после того, как обрел дар речи. – Я столько раз воображал себе этот момент, и он доводил меня до безумия.

– Надеюсь, что он того стоил.

– Он всегда того стоит.

– Вот и хорошо.

Тим перекатился и лег поперек меня. Через некоторое время я начала задыхаться.

– Тим! – позвала я негромко. – Мне нужен ингалятор.

– Извини. – Он снова лег рядом на кровати. – Как ты себя чувствуешь?

– Хорошо. Просто мы слишком активно… двигались.

Он засмеялся.

– Иди сюда, я покажу тебе по-настоящему интенсивную двигательную активность!

На этот раз все произошло медленнее и раздумчивее. Зато с большим удовольствием. И скрипа пружин я на этот раз не слышала.

На следующий день я повела его по магазинам. На Пласа де Колон мы зашли в мебельный магазин и долго рассматривали обеденный гарнитур из темного дерева. Тим спросил, как я собираюсь переправлять его в Дублин.

– Я не собираюсь никуда его переправлять. Я просто привела тебя сюда, чтобы показать, как живут испанцы.