Анита Берг - Неравный брак

— Это что еще такое?! — Он застыл в дверях с джинсами в руках. — Что это ты вдруг решила рыться в моих шмотках?

— Там была дырка, я ее просто заштопала.

— Не смей касаться моих тряпок! — заорал он.

— Но ведь я же хотела как лучше.

— А мне это самое «лучше» даром не нужно.

— Том, но это ведь глупо. Не можешь же ты ходить в рваных джинсах!

— Очень даже могу и буду. Я не хочу, чтобы ты присматривала за мной, мне вовсе не светят семейные сцены! Не желаю говорить «спасибо» за то, что ты для меня делаешь! — Он буквально исходил злостью.

Джейн насухо вытерла пластиковую чашку. Вытерла капли со стола. Затем взяла сумку, пальто и в тот самый момент, когда Том завелся в очередной раз, вышла из квартиры.

Она шла вдоль парков по берегу реки Кем и совершенно не замечала колледжей, не видела и деревьев. Опустившись на ближайшую скамейку, Джейн тупо уставилась на воду. И при этом женщина не плакала, даже слезинки не проронила.

И что вынуждает ее держаться за Тома? Она более не испытывала к нему даже симпатии. Он более не смешил ее, как бывало. Нет, она еще не дошла до крайности, она просто чувствовала себя опустошенной и безвольной.

Удивительно, что после такого человека, как Алистер, она связалась с каким-то Томом! Меж Томом и Алистером не было решительно ничего общего, не считая той мелочи, что оба одинаково откидывали волосы со лба. Может, Джейн просто-напросто хотела наказать себя таким образом? Она и сама толком не знала. Но если наказать — за что именно? За то, что не состоялась как жена Алистера. Она улыбнулась, представив, как обрадовались бы Найджел и другие психиатры, доведись им услышать из ее уст подобного рода трактовку своего поведения.

К берегу подплыл лебедь, выжидающе посмотрел на Джейн. Она тотчас же вспомнила другую реку и другого лебедя — все ее существо наполнилось страданием. Какой же она тогда была счастливой, Господи…

Но что же ей делать? Она знала, что не выдержит одиночества. Ну, и конечно же, секс… Да, Зоя оказалась совершенно права: они лишь совокуплялись, но, как бы то ни было, Джейн получала при этом огромное наслаждение. Более того, она нуждалась в сексе. Без сомнения, Том был превосходным любовником. Как же она будет теперь жить, может, он единственный в целом мире, кто доставляет ей истинное удовольствие? Она пообещала себе избавиться от Тома, но немедленно выгнать его — выше ее сил.

Джейн поднялась со скамьи, повела плечами, поплотнее укуталась в пальто и двинулась к городу.

Без особого труда она разыскала те самые секретарские курсы, на которых когда-то начинала учиться. Записавшись в число студентов, она тотчас поинтересовалась у ректора, можно ли приступить к занятиям немедленно, и вернулась домой. Тома опять не было.

Занятия по стенографии потребовали от Джейн таких усилий, что все житейские невзгоды отошли на второй план. Том, казалось, весьма обрадовался тому обстоятельству, что у Джейн появилось какое-то дело: он меньше зудел и почти перестал кричать на нее, вновь сделавшись вполне приятным молодым человеком.

— Не принимай слишком близко к сердцу, — попытался объясниться он. — Я просто препаршиво себя чувствую, когда изо дня в день вижу одно и то же лицо. Конечно, надо было предупредить тебя заранее. — Странно было слышать от него такое, равно как и странно было получить как-то раз полсотни фунтов стерлингов. Выдавив из себя сардоническую улыбку, он пояснил: — Приятно порой внести собственную лепту.

— Но в этом нет совершенно никакой необходимости! — воскликнула Джейн. Он принялся настаивать, а она задумалась, где и каким образом он сумел раздобыть эту сумму. После этого случая Том регулярно стал приносить кое-какие деньги.

Пока Джейн училась на курсах, он взял себе за правило приводить друзей. Друзья его ей не понравились. Она была уверена, что все они презирают ее, правда, о своем отношении она благоразумно умолчала, ибо Том вполне мог упрекнуть ее в паранойе. Впрочем, ее друзей он тоже не жаловал. Джейн как-то по глупости пригласила к себе на ужин Сандру и Джастина. Вечер превратился в сущий кошмар. Да и на что вообще можно было рассчитывать, сводя вместе таких людей, как Том и Джастин?

Джейн словно бы жила двойной жизнью. Днем она посещала занятия, встречалась с друзьями, а к вечеру превращалась совершенно в другую женщину, стенающую, алчущую. С Томом они встречались разве что в постели. Джейн отлично помнила, что контакты с Томом были сродни капкану, пусть даже этот капкан выдумала она сама.

С Алистером они не виделись месяца три. Снежная буря, эпидемия гриппа, еще что-то — казалось, природа решилась воспрепятствовать их встрече, Лишь в самом конце февраля забрезжила возможность встретиться с сыном. Джейн даже обрадовалась, когда Том заявил, что он оставит их наедине.

Алистер приехал один, и Джейн была весьма удивлена.

— А где Джеймс?!

— Он немного простудился. Я поэтому решил оставить его дома, так будет лучше для мальчика.

— В таком случае, мог бы и сам не приезжать, — сказала она, втайне радуясь его приезду.

— Давно тебя не видел, — без околичностей объявил он. — Как бы то ни было, но я подумал, что нужно привезти тебе картину Пикассо. Я сделал для нее новую рамку. — Он поставил на пол принесенный с собой пакет. — Впрочем, наверное зря. Верно? — Кивком головы он указал на развешенные по стенам полотна Тома. — Кто рисовал?

— Один мой друг. А за Пикассо спасибо. Мне он очень нравится. Это своего рода связь с прошлым. — Она застенчиво улыбнулась.

Алистер пригласил ее в «Паносиз», они пообедали. Из ресторана пошли пешком, не торопясь. Часто останавливались и любовались лебедями.

— А ты помнишь наших лебедей на Темзе?

— Да, и мистера Крысу. Помнишь, как он взглянул на нас своими кругленькими глазками? И тот давнишний завтрак. Мне кажется, это был самый замечательный завтрак в моей жизни, — выпалил Алистер.

Джейн с удивлением вдруг обнаружила, что они могут разговаривать о прошлом, вспоминать людей и события, участниками которых были.

— Тебе уже пора возвращаться?

— Ну, я особенно не спешу.

— Может, тогда заглянем в «Фитцбилиз», возьмем сдобных пышек с горячим шоколадом? Помнишь, мы так и делали, когда ты был еще студентом?

Он взял ее под руку, да так естественно, как если бы делал это ежедневно. Они купили себе пышек, пирожных и вернулись в квартиру Джейн. Казалось, между ними никогда ничего не происходило, ничего не изменялось. Джейн приготовила чай, подогрела на огне пышки. Алистер развалился в кресле, она же уселась прямо на пол. Они смотрели на каминное пламя.