Кейт Грин - Падающая звезда

Ния перевернула страницу журнала, выглянула в окно. Западная Калифорния, Мойаве. Пустыня. Красный песок. Потрескавшаяся земля.

Он был рад, что они снова в движении. Остаток воскресенья они провели в гостинице. Телефонные звонки Куинтане. Примирение с Дьердь Файн. Объяснение, почему он не пришел в кафе «Роз». Он рассказал ей вполне достаточно, но сохранил при этом секретность дела. Файн сообщила, что тоже возвращается в Санта-Фе. Она была в возбуждении от того, что это – самая грандиозная история в ее жизни. Она решила остаться в Санта-Фе до тех пор, пока не найдут виновного.

Ния не захотела прощаться с матерью.

– Хватит, – сказала она. – Я не могу видеться с ней, пока она не вылечится от алкоголизма, Но такое маловероятно, – добавила она.

Харм плотно задернул шторы на окнах. В перерывах между ласками, любовными играми и близостью, Ния дремала под монотонное жужжание кондиционера. А Харм снова и снова просматривал информационные карточки, перемешивал, тасовал и снова раскладывал в различные модели на письменном столе. Внутреннее чувство подсказывало, что он приближается к разгадке. Единственное, что надо – улики, на которые можно было бы опереться.

…Самолет резко наклонился, снижаясь к горам. Харм вспомнил, как два года назад он летел в Аризону на встречу в Темпе. Чувство возбуждения в животе. Но утром перед встречей он был совершенно спокоен, идя со своим портфелем, полным бумаг и денег. Он спокойно прошел, не задумываясь, не опасаясь, прямо в западню. У него плохой нюх на ловушки.

Ния в самолете спала. Спала она и в машине по дороге из Альбукерке. Проснулась только, когда они въехали в Санта-Фе. Куинтана ждал их возле дома Харма. Он сидел в машине без опознавательных знаков и читал газету. Они поздоровались. Куинтана обратился к Нии:

– Я понимаю, вы испугались. Но, пожалуйста, не сбегайте никуда больше, как в тот раз. Если дело, действительно, обернется плохо, мы кое-что предпримем.

– Например, спрячете меня? – спросила Ния. – Я и пыталась залечь на дно.

– И без особого успеха, верно? – сказал Куинтана. – Забавно. Одни пытаются спрятаться, и их очень легко найти. Другие исчезают, и их невозможно обнаружить. Обычно исчезают дети. Стычки с опекунами, похищение. Но, мисс Уайтт, если вы вновь почувствуете охоту к перемене мест, то я вам посоветую следующее – сообщите мне или мистеру Боланду, что случилось. Нам тоже нужна ваша помощь.

Харм открыл дверь и улыбнулся Куинтане. Дом был в безупречном порядке. Все прибрано и расставлено по местам.

– Спасибо, – поблагодарил он.

– Никаких проблем, – ответил Куинтана. – Не знаю, понадобится ли нам план мисс Уайтт. Я не отбрасываю его, но у нас есть кое-что сейчас, над чем можно было бы поработать. Я послал человека за письмами и отчетом из судебной лаборатории сегодня утром, как вы и просили меня. В некоторых письмах обнаружены образцы волос, мы провели их анализ. Готовится ордер на обыск не только помещений Джакобсов и комнат Дэна Хоува, но и на личностный осмотр. Это означает, что мы можем обыскать человека. Нам необходимо получить образцы волос, чтобы сравнить их с найденными в письмах. А также снять отпечатки пальцев. Все это займет немного времени. Мы не хотим ввязываться неподготовленными. Нам еще предстоит получить разрешение судьи и доказать, что наш случай правдоподобен. Очень важно, каким способом мы получаем информацию. Можно собрать достаточное количество улик, чтобы пригвоздить обвиняемого, а на суде он опровергнет все наши доказательства.

Куинтана походил по комнате, осмотрелся.

– Я бы на вашем месте не оставался здесь. Сюда уже врывались однажды. Понадобится место для жилья, дайте мне знать. У меня полно родственников. Может быть, это – не четырехзвездочный отель, мисс Уайтт, но в тех домах готовят лучшие блюда, какие только можете представить. И большинство моих родственников чертовски здорово стреляют. Особенно женщины, – он направился к двери, потом обернулся. – И еще одно. Я даже не знаю, почему эта штучка привлекла мое внимание. Мы нашли, когда убирали здесь, – он вытащил из кармана маленькое черное перо. – Это единственная вещь, которая выделялась среди остальных, – сказал он. – Ния, у вас нет шляпы с перьями? Или платья?

Ния взглянула на Харма.

– Шляпа из фильма. Из истории, которую мы отсняли в Нью-Йорке. Она была у Мануэля Моравио в тот вечер за обедом. Он просил меня надеть ее.

– Так, – сказал Куинтана. – Теперь у нас кое-что появилось. Я могу включить в ордер на обыск костюмерную и комнату Моравио. Я поеду в Тесукве чуть попозже, когда будут готовы все ордера.

– Мы тоже туда поедем, – сказал Харм. – Мирина собирает весь состав «Визионфильма». Она хочет поговорить о продолжении работы над фильмом.

– Будьте там поосторожней, – предупредил Куинтана. – Держите глаза открытыми.

Харм остановил машину перед ранчо, поставил ее возле колеса от автофургона. Джек Дризер появился из распахнутой двери, пошел навстречу Нии. Она выбралась из джипа. Джек подошел и обнял ее. Харм машинально прижал руку к боку, где под курткой у него находился револьвер. Ему захотелось оказаться в самолете. Там было спокойнее и безопаснее.

Джек взял лицо Нии в ладони, заглянул в глаза. Харм почувствовал, что вернувшись сюда, Ния как бы утратила уверенность. Дризер тихо произнес:

– Мне очень жаль, что так случилось. Знаешь, я думаю, никто из нас не понимал, как обстоят дела с Леонардом. Насколько плохо у него, в действительности, обстоят дела.

– Ты, правда, хочешь закончить фильм, Джек? Ты думаешь, что сможешь сниматься?

«Молодец, – подумал Харм. – Ния начала свою игру».

– Да, хочу, – ответил Джек. – И скажу тебе честно, не ради Леонарда или Тэсс. И даже не ради Мирины. Я – эгоист. И хочу закончить фильм, потому что это моя первая настоящая главная роль. Потому что я снимаюсь в нем с тобой. И считаю, что картина должна получиться чертовски хорошая.

Ния вошла в дом вместе с Джеком.

– Я рада, что ты здесь, – сказала она Джеку.

– Черт побери! Что ты сделала со своими волосами? – спросил Дризер.

Прямо за дверью на длинном столе располагалась целая выставка из глиняных чаш, плетеных корзин, сухих букетов. В квадратной корзине рядом с деревянной фигуркой койота, стопкой лежала почта. Харм наблюдал, как Ния потянулась, быстро просмотрела конверты.

– Все за домом, возле бассейна, – сказал он.

– Мы будем там через несколько минут, – отозвалась Ния.

Харм пошел вслед за Нией через гостиную во внутренний дворик, вышел через застекленные двери, резко остановился.

– «Что такое? – подумал он. – Вернись назад на минутку». – Он повернулся. Странное ощущение – вернуться за чем-то забытым и никак не вспомнить, за чем именно. В вестибюле под столом на терракотовых плитках лежала одна-единственная кожаная перчатка. Он поднял ее и сунул в карман.