Патриция Хилсбург - Изгнание из Эдема Книга 1

— Ну что ж, прощайте, Ребекка. Думаю, что расстаемся друзьями.

— Конечно, Уилфред. Пусть у вас все будет хорошо.

Ребекка протянула ему руку.

— До свидания.

На несколько секунд он задержал ее ладонь.

— И вам я желаю счастья. Прощайте.

Он поспешил к машине. Ребекка долго смотрела ему вслед, пока автомобиль не скрылся из виду. На душе было горько, как будто в чем-то она чувствовала свою вину. Ребекка медленно пошла в дом — готовить паштет для гостей.

Глава 15

Возвращение Джилли из психиатрической лечебницы. Мейганы переезжают на новую квартиру. Джилли намерена начать новую жизнь.

Уилфред быстро шагал по больничным коридорам с большим чемоданом в руке. Наконец, все проблемы с переездом закончились. Все улажено и готово к приезду Джилли. Он открыл дверь палаты.

— Здравствуй, Джилли.

— Здравствуй.

— Сегодня у нас большой день, — радостно сказал он.

Она сидела на кровати, настраивая приемник. Уилфред подошел к ней и чмокнул в щеку. Она обвила руками его шею.

— Я очень рад тебя видеть, Джилли.

Он положил чемодан на кровать и открыл его.

— Сколько ты всего принес! — воскликнула Джилли. — Умница!

Увидев собственные вещи, она оживилась, глаза ее заблестели. За два месяца заточения она соскучилась даже по собственной одежде. Она бережно взяла в руки рубашку.

— Моя любимая рубашка!

— Посмотри поглубже, — сказал Уилфред. — Я привез еще и голубую.

Джилли покрутила блузку в руках, автоматически отметив, что на груди не хватало двух пуговиц. Их вырвал Джейк в порыве страсти во время их встречи в гостинице. Она нежно прижала рубашку к себе.

— Она мне очень нравится.

Затем Джилли стала перебирать вещи дальше — чулки, юбки, белье.

— Ты привез даже мой плащ! — радостно воскликнула она.

Они покупали его вместе перед самой больницей. Тогда она еще не знала, что попадет сюда.

Джилли встала с кровати и прошла в ванную комнату.

— Какую юбку мне одеть — прямую или плиссированную? — спросила она.

— Одень плиссированную.

Пока она переодевалась, Уилфред прохаживался по комнате взад-вперед. Он думал о том, как они будут жить на новом месте и сможет ли оно спасти от бед, смогут ли они вообще начать новую жизнь сначала. Он, конечно, готов все забыть, но Джилли… Вряд ли.

Но самое главное — она поправилась. Как она оживилась, когда увидела одежду. Это хороший признак. Джилли очень любит наряды. А ведь как долго она лежала со стеклянными глазами, безразличная ко всему и ко всем. Сколько он пережил тогда… Теперь он молил бога, чтобы этот кошмар больше никогда не повторился. Никогда. Пусть все останется в прошлом. А оно не вернется.

Джилли вышла из ванной. В голубой шелковой блузке и серой юбке, она снова стала той красивой жизнерадостной женщиной, которую он любил.

Она бросилась в его объятия.

— Увези меня, — шептала она, прижимаясь к его груди. — Увези.

Уилфред вел машину по оживленным улицам центральной части Аделаиды.

Они проехали мимо огромного фонтана на площади Виктории. Джилли сидела рядом и смотрела на спешащих куда-то пешеходов, несущиеся с бешеной скоростью автомобили, городскую суету.

Она отвыкла от такого скопления народа, от шумной сутолоки большого города.

Уилфред без умолку болтал о новом доме, как они будут там жить. Новое место всегда меняло образ жизни, но Джилли не слушала его.

Они проезжали по оживленным улицам, минуя вереницу аптек, кафе, маленьких магазинчиков и пивных. Здесь все было небольшим и уютным, как и та гостиница «Старый лев» в районе Хандорф, в которой они часто бывали с Джейком.

У Джилли при воспоминании об этом невольно защемило сердце.

В этом небольшом здании с прелестно скрипящей старой лестницей, ведущей на второй этаж, несколько месяцев назад она предавалась сладким минутам любви, воруя у судьбы крохотные кусочки счастья.

Тело вновь стала пробирать дрожь. Она еще раз съежилась, прижимая к груди сумочку, в которой лежали предписанные доктором Каммингзом лекарства.

Уилфред повернул налево. Это уже была более современная улица с густой тенью деревьев и зеленых газонов. Возле высокого дома из красного кирпича он остановил машину.

— Прошу.

Уилфред открыл дверцу и подал руку Джилли.

— Это наш новый дом. Но, разумеется, не весь, наша квартира на четвертом этаже.

Джилли взглянула наверх. Широкие окна, занавешенные белыми шторами, показались ей отталкивающими и чужими. Здесь все было по-другому, все было не так.

Это чисто городское жилье не шло ни в какое сравнение с милым серым особнячком в тихом пригороде. Но, так как все произошло по ее вине, не оставалось ничего другого, как тяжело вздохнуть и войти в подъезд.

Уилфред заметил, что жена не в большом восторге от его находки. Но не подал виду. Взяв ее под руку, он повел Джилли в дом.

Новая квартира выходила окнами на солнечную сторону. Две спальни, гостиная, библиотека и даже рабочий кабинет для Джилли. Он был небольшой, оклеенный нежно-голубыми обоями в мелкую крапинку.

В углу стоял стол, на котором возвышалось новое фотографическое оборудование, купленное Уилфредом специально к приезду Джилли. На стенах размещались аккуратные белые полочки, на которых лежали пачки фотобумаги.

— Ну как? Нравится? — спросил он.

Джилли поцеловала мужа.

— Ты просто гений, Уилфред. Спасибо тебе за все.

На глазах у нее выступили слезы.

— Ну что ты, что ты, Джилли…

Уилфред нежно обнял жену и прижал к себе.

— Не надо… Теперь все будет хорошо. Идем, я покажу тебе, как я обставил нашу спальню.

Комната, действительно, получилась великолепной. Она была побольше, чем в доме в пригороде. И белый гарнитур выглядел здесь особенно шикарно.

— Обои здесь я переклеил, тут были какие-то песочного цвета и не очень хорошего качества.

Джилли провела рукой по стене. Белые, с выпуклым рисунком и нежно-голубоватыми разводами обои были просто прелестными. Наверное, Уилфреду пришлось солидно потратиться на ремонт. Все это стоило приличную сумму.

— Твои вещи я сложил в шкаф, — сказал он. — Если хочешь, конечно, можешь все переложить.

Она кивнула.

— Да, да, конечно. Все замечательно, Уилфред. Тебе пришлось здорово потрудиться, чтобы сделать все так.

Уилфред подошел к Джилли, нежно коснулся ее щеки, провел рукой по волосам.

— Ты мне очень дорога, — ласково сказал он. — И я хочу, чтобы мы были счастливы.