Эстер Росмэн - Колыбельная для мужчин

– Мэнни следит за воротами, а автоответчик позволит нам не упустить нужные звонки. – Зак пристроился рядом с ней, поставив ногу на нижнюю жердь. Делая вид, что рассматривает что-то на горизонте, он спросил: – Как ты себя чувствуешь?

– Как будто меня переехал грузовик. – Она слегка улыбнулась, и на ее подбородке появилась небольшая ямочка, которую он находил очень сексуальной. – Но я выживу, и, боюсь, что это доставит огорчение многим людям.

– Не говори так.

Но она еще не закончила.

– Ты же знаешь, Зак, – продолжила она, повернувшись к нему; ветер играл с нежными завитками волос, выбившихся из-под ленты, которой они были подвязаны, – я не могу оставаться здесь вечно.

– Но прошло всего два дня.

– У меня есть своя жизнь.

– Ты хочешь сказать, жизнь Лонды? – Он сдвинул брови и хмуро посмотрел на несколько белых облачков в небе и на стаю гусей, безуспешно пытавшихся выстроить на ветру свой клин.

Она загородилась рукой от лучей заходящего солнца.

– Пора уже мне установить это.

– Каким образом?

– Думаю, мне надо нанять адвоката и частного детектива.

Она пристально смотрела на него, переводя взгляд с глаз на подбородок, и его вдруг охватило желание, подобное горячему ветру прерий. Желание, с которым не мог бы справиться ни один мужчина, контролировать которое не в состоянии был ни один смертный. Он вспомнил, как целовал ее, как почти овладел ею, и, чтобы скрыть реакцию своего тела, вынужден был засунуть руки в карманы. Ему хотелось схватить ее в объятия, прижать свои губы к ее и целовать до тех пор, пока хватит дыхания. Зак представил себе, как склоняет ее назад, до тех пор пока ее волосы не коснутся земли, а упругие груди не окажутся направленными прямо в ясное небо Орегона. Тогда он погрузит лицо между ними и…

Черт побери, что толку в этих мечтах!

А она все говорила о необходимости нанять детектива:

– …Так будет лучше для всех нас.

– На Джейсона уже работает один парень – некий жулик по имени Освальд Свини. Он все сделает.

– Для Джейсона. И для тебя.

Он непроизвольно поджал губы.

– Ты же говорила, что хочешь знать правду.

– Я и сейчас хочу этого, – сказала она, прищурившись от солнечного света. – Но поправь меня, если я ошибаюсь, ладно? Свини работает на семью, верно? Он рыщет повсюду, пытаясь доказать, что я обманщица. Поэтому он вряд ли сообщит мне – или семья не сочтет нужным проинформировать меня, – если найдет доказательства того, что я Лонда. – Она вытерла пыльные руки о джинсы. – Так что пора мне набирать свою команду. Хороших парней в белых шляпах.

Он копнул землю носком башмака.

– Насколько я понимаю, ты можешь себе позволить не слишком многое.

Адриа ожидала этого, но не от Зака. От других – конечно, но только не от него. Внутри нее, как заноза, сидела мысль о том, что, узнав что-то про нее, он не доверился ей, что поделился с этим только с узким кругом членов своей семьи. С избранными. Адриа почувствовала комок в горле. Ей всегда казалось, что Зак – чужой среди Денверсов. Но, как ни болезненно было это осознавать, на самом деле посторонней оказалась она. И она одна. Были, очевидно, и еще какие-то секреты, которые Зак утаивал от нее. Интересно было бы узнать, что все они говорили о ней за ее спиной. Пересказал ли он им то, что Адриа поведала ему о доме в Монтане? Смеялся ли, узнав о том, что она почти разорена? Светились ли от злорадства его глаза, когда он намекал им, что она почти отдалась ему?

Находиться рядом с Закари Денверсом было все равно что идти по изношенному канату, туго натянутому над разверзнутой пропастью. Один неверный шаг вправо или влево, и она разобьется о крутые скалы эмоций. Если же натянуть канат слишком сильно, он порвется. И она не столь наивна, чтобы ожидать, что Зак окажется внизу и подхватит ее.

– Чего тебе от меня надо?

Пристально глядя на нее, он помедлил немного, и ей показалось, что он читает все ее мысли.

– Я хочу только, чтобы ты была в безопасности.

– Пока твоя семья будет собирать доказательства того, что я лгу? – Между ними как будто пробежала кошка. – Ты не можешь удерживать меня здесь против моего желания.

– Разве я это делаю?

Она облизнула пересохшие губы.

– Да. Мне кажется, да.

Его глаза стали цвета кремня, брови раздраженно насупились, хотя она и не могла определить, против кого это раздражение было направлено – против нее, его семьи или всего мира в целом. Они стояли на расстоянии вытянутой руки друг от друга, но он внезапно придвинулся еще ближе. Выражение его лица внезапно стало суровым и жестким, на него словно легла тень. Пальцы вцепились в воротник ее старой кожаной куртки.

– Ты что, уже забыла, как тебя пытались убить? – спросил он хриплым шепотом. – Не прошло еще и двух суток.

– Я не могу отступить. – Ее дыхание стало неглубоким и частым. От него исходили запахи кофе, кожи и резкий аромат мужского одеколона.

Глаза Зака вспыхнули от гнева, и он слегка встряхнул ее.

– Ты помнишь, что почувствовала, когда тебе чуть было не вышибли мозги?

Она побледнела.

– Конечно.

– И, как ты думаешь, кто это мог сделать?

– Я… я не знаю.

– Я тоже не знаю, но он все еще где-то здесь, поблизости, и, мне кажется, что так просто он не отступится.

– Мне тоже так кажется.

– Ну хорошо, – сказал он, придвигаясь так близко, что она могла видеть в его серых глазах прожилки зеленого. – Давай поговорим о простынях – простынях на кровати в мотеле. Ты внимательно смотрела на них?

Она с трудом сглотнула комок в горле, но не поддавалась желанию отступить назад.

Его пальцы сильнее сжали воротник.

– Они были разорваны на полосы. Как будто какое-то разъяренное животное с острыми, как бритва, зубами довело себя до исступления и, начав рвать их, никак не могло остановиться.

Он притянул ее еще ближе, так что ей пришлось встать на цыпочки, и приблизил свое лицо к ее.

– А может быть, ты заметила адресованное тебе послание на зеркале? Что там было написано?

– Это не имеет никакого зна…

– Что там было написано? – повторил он громче.

– Что-то о…

Не что-то о… Там было написано: «Смерть суке». По-моему, вполне понятно. Ясно как день, Ты представляешь, каким психом надо быть, чтобы сделать такое?

– Я… я не хочу даже думать об этом.

– Я тоже, но приходится, потому что это еще не конец. Она с трудом подняла голову и заглянула в его горящие решимостью глаза.

– Я не могу просто взять и бросить все это, Закари. Раз уж я начала дело, то должна и покончить с ним.

– Если только оно не покончит с тобой, – прорычал он и посмотрел на ее губы так, что она вся обмякла от желания. Потом, так же быстро, как и схватил, отпустил ее, так что Адриа, ударившись пятками о землю, чуть было не упала.