Фред Стюарт - Остров Эллис

Он внимательно смотрел на нее, впервые начиная понимать ее.

— Ван, — нежно сказал он, — что это за подруга, Уна?

Она посмотрела на него налитыми кровью, виноватыми глазами.

— Ты не сможешь понять. — Это было все, что она сказала, и открыла дверь. — Извини, что побеспокоила тебя.

И она выскочила так же быстро как и вошла.

Марко закрыл дверь и вернулся к себе в кабинет. Он шел медленно, будто в трансе. Он сел за стол и положил пистолет на место.

«Боже мой, — подумал он, — Теперь я понимаю, почему она никогда не хотела заниматься любовью…».

Джейк сидел на пустой постели в комнате своей дочери, глядя на разрисованные Максфилдом Парришем сказочными персонажами стены, и думал, что делать теперь с этой комнатой.

— Джейк, — сказала Нелли, — входя в комнату, — тебе не надо сидеть здесь. Это только может навеять на тебя меланхолию, что ни к чему хорошему не приведет.

Он не ответил, он даже не пошевелился. Она подошла к нему и положила руку ему на плечо.

— Мы ведь говорили, что ей повезет, если она доживет до двадцати, — продолжала она, — так что, может, так и лучше. Возможно, ей так лучше.

— Ей лучше мертвой?

— Да, лучше мертвой. Какая жизнь была бы у нее? Когда я смотрела на нее, у меня разрывалось сердце от мысли, как мало получит она от жизни.

— Нелли, это я, Джейк. Не надо играть роль.

— Это не роль — это правда.

Он встал.

— Во-первых, у тебя нет сердца, чтобы оно разрывалось. А во-вторых, ты никогда и не смотрела на нее. Единственный человек, которому будет лучше, это — ты, потому что у тебя больше не будет этой заботы.

— Это низко говорить такие вещи!

— Но это так. И знаешь, Нелли, меня это больше не волнует. Ты — такая. Я был поражен, что вчера после спектакля ты осталась дома с ней, когда она умирала — я был уверен, что ты пришлешь соболезнование.

— Хорошо, сегодня после театра меня не будет дома, — ледяным тоном проговорила она. — И, если ты заявляешь обо мне такие вещи, можешь заниматься подготовкой к похоронам самостоятельно.

Он печально посмотрел на нее.

— Боже, как я мог когда-то влюбиться в тебя?

— И что это означает?

— Это означает то, что, по моему мнению, нам пора разводиться. Я больше не люблю тебя, Нелли. Внутри меня все мертво, как сама Лаура. Давай разведемся раньше, чем я начну тебя ненавидеть.

На какое-то время она умолкла.

— А может, я не хочу развода?

— Я оставлю тебе кучу денег. Ты будешь богатой женщиной. Зачем тебе жить с человеком, который ненавидит тебя?

Она опустилась на кровать Лауры и, прикрыв рот рукой, зарыдала.

— О Боже, Нелли, перестань играть.

— Я не играю, сукин ты сын, — всхлипывала она. — После стольких лет, как ты можешь быть со мной таким жестоким? Особенно сейчас, когда умерла моя дочь…

Как бы цинично не относился к ней Джейк, сейчас она не играла. С ней вдруг случился эмоциональный сейсмический шок: когда она осознала, что уже не молода, что не имеет той власти над мужчиной, который считается ее мужем, что единственный человек, которого она произвела на свет, мертв — и это словно тряхнуло ее.

Она подняла на него глаза.

— Ну? Скажи что-нибудь, Джейк.

— Что?

— Скажи, что ты еще любишь меня.

— Но я больше не люблю тебя.

И тут произошел второй сейсмический шок: она поняла, что Джейк больше не верит ей, как бы хорошо она не играла.

— Это из-за этой девчонки Вейлер? — спросила она, вытирая глаза.

— Какой девчонки Вейлер?

— О, не надо. Я все знаю. Эта старая глыба, ее мамочка, приходила ко мне на прошлой неделе, пытаясь уговорить меня, чтобы я положила конец тому, что мой муж «завел роман», как она выразилась, с ее дочерью. Она сказала, что ее дочери нет еще и двадцати. Я не знала, что ты увлекаешься несовершеннолетними.

— Я не тронул ее и пальцем!

— Ну, ну.

Он устало посмотрел на нее.

— Чего ты хочешь?

— Меня абсолютно устраивает то положение вещей, которое есть сейчас. Мне нравится быть миссис Джейк Рубин. Ты лучший автор песен во всем Нью-Йорке, а я — лучшая их исполнительница. Мы — идеальная пара.

Она улыбнулась.

— А что, если я перестану писать песни для тебя?

— А почему ты это сделаешь?

— Потому что нельзя писать песни о любви для человека, которого ненавидишь.

— Тогда пиши их для мисс Вейлер. А потом, ты ведь не ненавидишь меня, Джейк. У тебя просто такая сверх реакция из-за Лауры. Как ты можешь ненавидеть мать своего сына?

Он как-то растерялся.

— Моего сына? Что ты хочешь сказать?

Она подошла к нему и взяла его за руку.

— Я была жестока с тобой, — сказала она. — И я не хочу этого больше. Я знаю, как страстно ты мечтаешь иметь ребенка. Может, в этот раз у нас получится лучше?

— Нелли, — прошептал он. — Ты имеешь в виду это?

— Давай попробуем, — она улыбнулась. — Сегодня ночью. После того, как я вернусь из театра.

Она поцеловала его и подошла к двери.

— И чтобы доказать тебе, насколько я великодушна, — добавила она, — я хочу сказать тебе, что я не против, если ты будешь спать с этой девочкой. И как можно ненавидеть такую жену?

Она послала ему воздушный поцелуй и вышла.

Он сидел и повторял себе, что здесь какая-то ловушка. Но он никак не мог сообразить, какая. Похоже, она сказала правду, и она не хочет терять его как мужа. Вопрос был в том, сможет ли он выносить ее как жену, даже если она родит ему ребенка?

И что делать с Виолет?

ГЛАВА СОРОК ВТОРАЯ

— Джорджи, — сказал он тихо. — Это Марко.

Она, сидя за столом, подняла голову. Звук его голоса через столько лет разбудил множество борющихся между собой эмоций, и она знала, какая возобладает.

— Значит, это был ты, — прошептала она.

В библиотеке было мало народа.

— Я так и думала.

— Джорджи, я знаю, что ты обо мне можешь думать, но… я в беде. И мне надо поговорить с тобой.

Она молчала. Затем сказала:

— Марко, ты в самом деле беспринципный человек. После всего того, что ты мне сделал, ты хочешь просить меня, чтобы я шпионила за собственным дядей?

— Это не имеет никакого отношения к политике!

— Потише. Ты в библиотеке.

Он оглянулся на читавших за столами двух слепых женщин, которые повернули головы в их сторону, и посмотрел на Джорджи.

— Это касается моего брака, — прошептал он. — Мне больше не с кем поговорить — не с кем. Пожалуйста, Джорджи. Я понимаю, что ты чувствуешь, но…