Ирина Токарева - Темная Душа

- Нет, - она тоже замерла в кокетливой позе, - хочешь угостить меня кофе?

Он прищурил пустые, почти бесцветные глаза.

- Вроде того. Поедешь со мной?

"Ого! - внутренне Мэри уже во всю выплясывала чечетку, - какой разворот событий! Кажется, мне светит не только кофе! Кажется, это шанс утереть нос шлюшке Кэт"!

- Почему бы и нет?

Дальше все пошло споро. Он поймал такси, почти силой втолкнул ее на заднее сиденье.

"Нетерпение - хороший знак", - ухмыльнулась про себя Мэри, двигаясь вглубь салона, чтобы он мог устроиться рядом. Глубоко вдохнула запах его парфюма, почувствовала, что возбуждается.

- Куда едем? - спросил таксист.

- В Сохо, - ответил он, отворачиваясь от Мэри к окну.

Это ее немного обидело. Мэри поддернула повыше плащик, его полы разошлись, открывая стройные, покрытые тонким капроном колени. Подействовало, он покосился на ее ноги.

"Лакомый кусочек, знаю, - Мэри слегка развела колени, - Дотронься, разрешаю. Я тебя не укушу за это".

Ее ментальный сигнал не подействовал, он снова отвернулся и всю дорогу молчал.

Они приехали к дому, что располагался во втором кольце кварталов, окружающих Центральный Парк. Район Сохо.

"Здесь недвижимость стоит баснословных денег,- думала Мэри, выбираясь из такси вслед за своим кавалером, и идя за ним к парадному подъезду, - Что за талант у Кэт цеплять богатых красавцев"?!

В фойе ей понравилось. Из-за стойки их поприветствовал швейцар. Лифтер в синей ливрее и феске, нажимая кнопку вызова, вежливо кивнул:

- Здравствуйте, мистер Карвер.

И исподтишка оценил взглядом точеную фигурку Мэри. Она приняла надменный вид.

В отделанном деревом и зеркалами лифте фирмы "OTIS" они поднялись на самый верх, вошли в квартиру, спрятанную за тяжелой двустворчатой дверью с инкрустациями и выкованной из латуни ручкой.

Мэри плавно пошла по полированному паркету, озираясь по сторонам.

"Как тут шикарно"!

- Мило у тебя.

- Благодарю, - он с грохотом закрыл дверь. Расстегнул и сбросил на пол пальто, оставшись в белой майке и джинсах. - Раздевайся.

Не прекращая дефилировать по проходу, Мэри развязала пояс, расстегнула плащик и по примеру хозяина скинула его на пол. Идя за ней следом, он переступил через плащ.

- Дальше.

Она стала послушно расстегивать блузку, пуговицу за пуговицей. В образовавшемся на груди декольте завиднелся черный кружевной бюстгалтер. Мэрии высвободила плечики.

- Не хочешь помочь?

Он подошел вплотную, но не коснулся ее. Его мускулистое тело излучало силу и приказ. Пальцы Мэри, которыми она пыталась освободиться от ткани, начали подрагивать. Пятясь и извиваясь перед ним, она наконец-то сбросила блузку. Слева от нее оказалась лестница, ведущая наверх.

Мэри вступила на первую ступеньку, легла грудью на перила, оттопырив задок.

- А спальня у тебя наверху?

Вот тогда он впервые дотронулся до нее. Без лишних церемоний схватил за предплечье и стащил с лестницы.

- Тебе не туда. Вот сюда.

Он распахнул перед ней дверь, за которой оказалась спальня. Оценив ее размеры и обстановку, Мэри перестала дуться на него за грубость. Он подтолкнул ее к широкой кровати, она свалилась на покрывало, как безвольная кукла, дразнящее рассмеялась. Сразу же подобралась, встала на колени, поворачиваясь к нему красивым задом.

- Хотя бы юбку-то поможешь снять?

- Нет необходимости, - он оперся о матрас коленом, потянулся и зачем-то включил ночник на тумбе, хотя в комнате было довольно светло. Ухватил Мэри за бедра, подтащил на себя. Она порадовалась, что на ней чулки, а не колготы. Юбку задрал, трусики спустил пониже.

" Черт возьми, - подумала Мэри, хватаясь обеими руками за резную спинку кровати и слыша, как он звенит пряжкой ремня, расстегивая джинсы, зубами разрывает упаковку презерватива, - этот подонок даже раздеться не потрудился. Даже не снял ботинки"!

В следующее мгновение она громко и протяжно крикнула.

- Вот это да...

Мэри раскинулась на кровати, потная, растрепанная в задранной до талии юбке, медленно приходила в себя. Ее длинные волосы разметались по подушкам. На тумбе горел ночник.

- Вот это да, - повторила она вслух. В ушах звенело. Кровь постепенно отливала от таза, истомой растекаясь по телу.

- Никогда меня так не трахали.

Тот, кому ее слова были адресованы, не мог слышать Мэри. Закончив дело, он толкнул ее на матрас, поднялся, застегнул штаны и вышел из комнаты, прикрыв дверь.

Тем не менее, она говорила в слух, теша себя надеждой, что он слышит ее там в гостиной, где готовит кофе для них двоих.

Кофе однако не пахло. И вообще в гостиной было подозрительно тихо. Мэри приподнялась на локтях, прислушиваясь. Дьявол, этот мужик очень, очень странный... Вдруг он задумал расчленить ее и расфасовать по мусорным пакетам? С него станется... Один замораживающий взгляд, от которого продирают мурашки, чего стоит.

Она не успела принять решения, как он заглянул в спальню.

- Прикройся, - первое, что посоветовал он ей.

Мэри положила ногу на ногу, даже не думая следовать совету.

Он подобрал сорванное покрывало.

- Ты слышала, что я сказал? - в голосе звякнул металл.

- Мы что же не повторим все сначала? - раздраженно спросила Мэри, поднимаясь и одергивая юбку.

- Не сегодня, - ответил он.

Ответ несколько примирил ее с тоном его голоса. Не сегодня, значит завтра или послезавтра. Ну держись, шлюшка Кэт. Скоро одним ухажером у тебя будет меньше.

- Блузку не принесешь?

- Ты бросила ее в коридоре, - он развернулся и вышел. Мэри вышла следом. У лестницы подобрала блузку, оделась. Нет, кофе не пахло.

- Я вызвал тебе такси, - сообщил он, возвращаясь к ней из затененного конца гостиной и неся плащ, - поездка оплачена, тебя отвезут, куда скажешь. Если хочешь успеть, поторопись.

Мэри промолчала. Пока он помогал ей надеть плащ, в злобе кусала губы. Развернулась, хлестнув его волосами по лицу, он с недовольной гримасой отодвинулся. Хотела сказать что-нибудь колкое, но не посмела.

Сидя в отъезжающей от подъезда машине, Мэри, как кошка, точила наманикюренные когти о свою кожаную сумку.

- Не сегодня, так завтра. Не завтра, так послезавтра, - повторяла она, - обещаю, мы с ним еще не раз спляшем этот темпераментный танец...

Она не ошиблась.

Всю следующую неделю сценарий этого дня повторялся. Повторялся с завидным постоянством. Вплоть до мельчайших деталей. Она видела его сидящим на скамье, и только к галерее подъезжал кортеж шейха, выходила. Опять было такси, его квартира, эта комната. Та же поза. Он не раздевался, ее раздевал по минимуму. Мэри с готовностью ему отдавалась, и ждала, что он заговорит, улыбнется, хоть как-то обозначит свое отношение к происходящему. Но он был бесстрастен. Вызывал такси и не утруждался провожать даму до машины, когда все действо, занимавшее минут пятнадцать, завершалось.