Джулия Ортолон - Даже не мечтай

Эллисон подошла снять с огня подогревавшийся серебряный кофейник, чтобы налить кофе, и Скотт, улучив момент, когда она оказалась возле него, беззвучно шепнул ей на ухо:

— Готов поделиться этой историей с вами — вы сделаете из нее роман, а денежки поделим пополам.

Ничего не поняв, Элл и, растерянно моргая, уставилась на Скотта.

— Эй, у меня тут мелькнула одна мысль, — слегка оживившись, продолжал полковник Граббс. — Я расскажу вам, как было дело, вы напишете очередной бестселлер, а гонорар поделим пополам. Ну как — идет?

Глаза у Эллисон стали круглыми. Скотт выразительно поднял одну бровь, от души наслаждаясь своим триумфом.

К счастью, Скотту не пришлось ломать голову, как половчее отказаться от столь великодушного предложения, — на пороге столовой появилась весьма привлекательная молодая пара, и внимание полковника переключилось на них.

— Доброе утро, Кеша, Франклин, — с радушной улыбкой приветствовала их Эллисон. Сняв кофей ник, она двинулась в обход стола, предлагая всем кофе. — А вы сегодня ранние пташки!

— Слишком ранние! — Молодая женщина, подавив зевок, вместе со своим спутником подошла к столу с закусками, возле которого стоял Скотт. — Вообще-то, раз уж мы вчера приехали так поздно, я рассчитывала сегодня поспать подольше. Но нет — Франклин уже чуть свет вытолкал меня из постели! Можно подумать, если он с утра пораньше не схватит свой акваланг и не спустится под воду, то его сокровище уведут у него из-под носа.

— Ну-ну, крошка. — Франклин, улыбнувшись, притянул к себе Кешу. — Тебе ведь самой нравится нырять с аквалангом!

— Да — среди коралловых рифов, там хоть есть что посмотреть, — надулась молодая женщина. — А не в мутной воде залива Галвестон!

— Вообще-то, — вмешалась Эллисон, — в бухте вода на удивление прозрачная, просто как стекло. А потом, кто знает — вдруг вам повезет и вы отыщете золото, которое оставил там какой-нибудь пират.

Кеша нахмурилась:

— Да? Вы думаете, это пиратский корабль? А я решила, что это одно из судов конфедератов!

— Так и есть, — кивнула Эллисон. — Но его капитан, Джек Кингсли, был внуком одного из людей Жана Лафита[2]. И кое-кто до сих пор думает, что часть пропавших сокровищ Лафита была на борту «Свободы», когда она пошла ко дну. К несчастью, из-за случившегося в 1900 году урагана судно погрузилось в ил, так что осталось практически нетронутым.

— Золото пиратов?! — воскликнула Кеша. В глазах ее вспыхнул огонек. — Ну, думаю, ради этого стоит встать пораньше.

Скотт, наложив полную тарелку закусок, подошел к столу, где его уже ждала чашка с горячим кофе.

— Ну, есть там сокровище или нет, не знаю, однако мне просто не терпится своими глазами увидеть этот корабль. — Франклин уселся напротив Скотта, но, прежде чем приняться за еду, протянул ему руку: — Будем знакомы — Франклин Прескотт.

— Скотт Лоренс. — Скотт пожал протянутую руку, решив, что в подобном месте не стоит и пытаться сохранить инкогнито.

— Писатель? — Брови Кеши удивленно взлетели вверх. Скотт кивнул, и Кеша, послав ему ослепительную улыбку, уселась напротив. — Вот уж повезло так повезло! А я — Кеша Прескотт. — Она энергично встряхнула руку Скотта. — Собираю новости для Кей-эс-и-ти в Хьюстоне. А знаете, мой продюсер как раз упоминал, что неплохо было бы сделать целую передачу: интервью с известными авторами и все такое… Хотя… держу пари, вы вряд ли согласитесь дать интервью.

— Кеша, мы в отпуске, — перебил ее муж.

— Помню. — Кеша улыбнулась Франклину. — Но я же не имею в виду — прямо сейчас! Просто закидываю удочку, вот и все. — И снова повернулась к Скотту. — Ну так как?

— Я не даю интервью для телевидения.

— Но почему?

«Потому же, почему запрещаю публиковать свою фотографию на обложке моих книг», — подумал Скотт, но не стал говорить этого вслух. Если честно, ему просто не хотелось, чтобы на улице каждый второй прохожий кидался к нему в надежде взять автограф. И потом, перед камерой он почему-то всегда чувствовал себя неуверенно. Хотя… отказываться от интервью, может, и не стоит — любое интервью резко увеличивает тиражи.

— Послушайте, я согласен об этом подумать, — улыбнулся Скотт. — Но у меня есть два условия. Во-первых, давайте планировать интервью на осень — кстати, к тому времени должна выйти моя последняя книга. И во-вторых, ваше интервью не должно выходить за определенные границы, которые установлю я сам.

Кеша прищурилась:

— И насколько они узкие — эти ваши границы?

— Будем говорить только о книгах. Никаких вопросов о личной жизни, понятно?

Лицо Кеши сделалось кислым. Естественно, ей это не понравилось, поскольку личная жизнь известных людей — лакомый кусочек для любого репортера.

— Ладно, — неохотно согласилась Кеша. — Хотя есть один вопрос, который мне хотелось бы задать сейчас.

— Кеша… — строго начал муж.

— Всего один! — взмолилась она. Потом повернулась к Скотту. — Во «Флайере», помните, где вы пишете о летчике, у которого похитили дочь, — роман заканчивается погоней в воздухе — так вот, во время финальной сцены у меня чуть сердце не разорвалось, клянусь! Потрясающе! Как вам удается столь живо все описывать? И где вы находите сюжеты для своих романов?

Скотт покосился на Эллисон. Она смотрела на него, и глаза ее лучились смехом.

— Сюжеты.ком? — весело подмигнув, подсказала она.

— Конечно. Или просто заказываю их по электронной почте из каталога, — с улыбкой ответил Скотт. — Но для этого нужно знать пароль и логин.

— Ладно, все ясно. — Кеша примирительно подняла руки. — Я подожду.

Чтобы сгладить неловкость, Эллисон взялась знакомить Прескоттов с полковником и его женой. Облегченно вздохнув, когда внимание остальных постояльцев переключилось с него на кого-то еще, Скотт принялся за еду, незаметно разглядывая своих соседей и мысленно собирая материал для следующей книги. Но даже если не думать о ней, его новые знакомые до крайности заинтересовали его: их жесты, выражение лиц, голоса — все казалось ему новым и необычным. Собственно, именно поэтому он всегда предпочитал жить во Французском квартале. А когда приезжала его племянница Хлоя, они даже ели на балконе и часами играли в придуманную им самим захватывающую игру под названием «Расскажи о нем».

Однако сегодня утром его вниманием целиком владела Эллисон. Она двигалась с непринужденной грацией и уверенностью танцовщицы, так что он даже решил, что в свое время она занималась балетом. Интересно, а чем еще? — задумался он. Возможно, брала уроки фортепьяно? Или пения? Скотт смотрел, как Элли ловко и быстро переставляла чашки, убирая грязные, расставляя чистые, руки ее мелькали над столом, не делая ни одного лишнего движения, и невольно попытался представить себе, как эти изящные руки ласкают его тело…