Виктория Рутледж - Взрослая жизнь для начинающих

— У себя на работе он уходит на полчаса в сортир и спит, прямо на горшке. Один его коллега из офиса рассказал мне, как Криса однажды раскололи, когда он вернулся после «производства регламентных работ» с красной овальной вмятиной в центре лба. — Она сделала выразительную паузу. — Все уже было подумали, что его похитили инопланетяне, а мозг откачали для исследований, но оказалось, что он просто сидел, опустив голову на руки, и часы упирались прямо в лоб.

— Не может быть, уже столько времени? — сказал Крис, с деланным удивлением посмотрев на свои часы. — Мне кажется, что Мэри немного устала и как-то взвинчена. Мне пора отвезти ее домой.

— Нет! — запротестовала та, обнимая мебельную подушку. — Ты просто не понимаешь. Здесь же ведется взрослый разговор. Никто из вас не засунул чего-нибудь в ноздрю, не затеял драки в туалете, никого не стошнило в чужую тарелку с завтраком. Да здесь просто рай!

— Честно говоря, за прошедший год Нед и Джим совершали все вышеперечисленное, — уточнила Айона.

— Согласна. — Мэри снова опустилась возле камина и с наслаждением потянулась, зарывшись босыми ступнями в овечью шкуру.

— Кто хочет кофе? Поскольку это, похоже, единственное, что мне доверяют приготовить, — спросил Джим, поднявшись с дивана, где он до этого вполне комфортно умещался вместе с Недом и Ангусом, которые просматривали новогодний фотоальбом Джима и с необъяснимой беспощадностью обсуждали его родственников.

Все апатично молчали.

— Эй, кто хочет кофе?

Последовало невнятное согласие.

— Расскажи нам про ободочное промывание, Там, — предложила Мэри. — Действительно ли с его помощью можно почувствовать себя не такой вялой, не такой, знаешь ли, январской?

— Ну я пошел варить кофе, да? — сказал Джим, ни к кому конкретно не обращаясь.

Тамара облокотилась на один из подлокотников кресла.

— Честно говоря, я чувствую, что внутри у меня стало гораздо чище — особенно после всей этой рождественской еды.

Айона и Ангус тайком обменялись понимающими взглядами. Вовсе не в еде дело, и это было очевидно всем, кто видел Тамарин плоский живот. Отравление организма произошло отнюдь не из-за избытка сарделек с соусом: Тамара, главное украшение любой вечеринки, всегда напивалась до невменяемого состояния на Рождество и под Новый год, а также на еврейскую хануку, индийский дивали и на официальных днях рождения обеих королев, в надежде, что алкоголь придаст ей достаточно уверенности, чтобы справиться с возрастающей в это время года общительностью мужчин, которые, судя по всему, считали, что наступил сезон, когда они имеют право «разочек попробовать».

Как и все видимые блага на свете, внешние данные Тамары, вызывавшие восторг окружающих, таили в себе одно маленькое «но»: ее застенчивость граничила с паранойей. Если мужчины таращили глаза, то она беспокоилась, интересно ли им в ней что-нибудь, кроме содержимого ее лифчика, а если на нее никто не пялился, то Тамара начинала думать, что так никогда и не найдет своего суженого. Поэтому она продолжала пить сотерн с лимонадом до тех пор, пока уже не могла понять, смотрят на нее или нет, и тогда, как правило, Ангусу и Джиму приходилось нести ее домой, и при этом она все еще выглядела как Марианна Фэйтфул[12]! Именно как Марианна Фэйтфул. Айона попыталась растолковать ей новомодную концепцию по поводу ненужности мужчины, но Тамара только отметила, что эта система начинает работать тогда, когда он у тебя уже есть.

— Тебе стоило бы попробовать сделать ободочное промывание. — Тамара массировала Мэри кисть руки, объясняя, как выполняется рефлексологический массаж кишечника. — Это совсем не больно. И выполняется совсем не сложно. Медсестра просто кладет тебя на бочок, потом берет такую трубочку…

— Постой, Джим, я с тобой, пойду помогу, — сказал Ангус, поднявшись удивительно проворно для мужчины его габаритов.

— Но ты обещаешь, что мне от этого прямо сейчас не захочется побежать в туалет? — спросила Мэри, беспокойно посматривая на руки. — Мне не выдержать второго ЧП за один день. Нет-нет, Нед, не надо ничего такого говорить, то, что ты там видел, сделала не я, — у меня снег на площадке такого волнения вызвать не может.

— Вернемся к нашему разговору. Там вначале все-таки используется анальная смазка, правда? — спросил Крис. Он придвинулся поближе.

— Чистых кружек у нас нет, — сообщил, не оборачиваясь, Джим, когда услышал, что Ангус открывает и закрывает шкафчики. — То есть, когда я переехал, их было семь, и я понятия не имею, куда они подевались.

— Ой, — Ангус открыл шкафчик, до отказа забитый печеными бобами, и тут же закрыл его.

— Но в коробке рядом со стиральной машиной есть несколько стильных чашек. Вот в той, нераспечатанной. — Джим стал ложкой засыпать кофе в кофеварку. Три, четыре, пять… его рука замерла в воздухе, когда он отсчитал шестую ложку. Сколько же стоит положить кофе? — Мне их подарила Тамара. То есть мне и Неду. Я еще не отваживался из них пить.

— Разумно, — отозвался Ангус. — Вдруг их разъест твой растворимый кофе. — Он подвинул в сторону кое-какие вещички, которые Джим «собирался» постирать, и с удивлением увидел, что выбор коробок оказался достаточно богат. — Джим, а когда ты сюда переехал? Около стиральной машины примерно полдюжины нераспечатанных коробок.

— Ах да, это же одно из моих предновогодних решений. Новая квартира, Новый год, Новый Джим. — Джим опрометчиво всыпал шестую ложечку и налил воды из своего суперсовременного чайника. — Не хочу загромождать свое жилье ненужными предметами. И сейчас провожу эксперимент — если я не почувствую, что мне какой-то вещи не хватает, значит, без нее можно обойтись. Так что в феврале я это все отсюда вынесу.

Ангус подумал, что в случае Джима можно отказаться и от таких вещей, как стиральный порошок и утюг, а также от свежих овощей и от стремления к достижению поставленных целей, но ничего не сказал, а только спросил:

— Почему сегодня все решили говорить о своих задницах? Просто отвратительно.

— Согласен.

Джим открывал и закрывал выдвижные ящики, пытаясь отыскать убранные Недом пастилки. Вполне оправдывая закрепившуюся за ним репутацию, из случайного набора продуктов, предоставленного Джимом, Нед приготовил ужин, казавшийся таким простым, что все думали: стоит что-нибудь такое приготовить самим, и в то же время понимали — так не получится. Нед как будто случайно носил с собой такие продукты, как трюфельное масло.

— Честно говоря, мне не хочется думать о том, что у Тамары могут быть какие-то физиологические проявления. Такие мысли омрачают все существование параллельного мира, который я для себя придумал.