Кэтлин Корбел - Игра по правилам

— Проводите политику кнута и пряника? Она смерила его оценивающим взглядом.

— Единственное, что я должна вам сказать, — это то, что вы хорошо выучиваете роль, прежде чем выходите на сцену.

Он с облегчением засмеялся.

— Воспринимайте это как путешествие на остров фантазии. В самом деле, неужто вам не хочется провести две недели в непосредственной близости от сливок общества? Подумайте — предстоящие четырнадцать дней станут для вас незабываемыми. Вы на свой вкус выберете экскурсии и развлечения, а я вас туда доставлю. Я буду галантнейшим джентльменом, а от вас потребуется лишь общение с прессой. Это вам вполне по плечу, вы уже доказали. Я предлагаю вам поиграть в игру. Поиграйте в мою игру, Кел!

Только мертвый устоял бы перед таким предложением. Какая женщина откажется пройтись рука об руку с самим Мэттом Хеннеси? Он красив, умен, обаятелен просто сказочный принц. Она будет купаться в неге изобилия и богатства. Раньше ей доводилось лишь слышать о вечеринках и поздних нью-йоркских обедах, где собирались самые громкие знаменитости и высший свет. А теперь Мэтт предлагает все это ей, Келли! Он сам выбрал ее. Келли порой хотелось, чтобы ей завидовали, а не сочувствовали. За это она многое бы отдала…

А в полночь она будет надевать тапочки, вернувшись в свой пустой дом на тихой улице или в больницу в предместье Сент-Луиса. Все предопределено.

Когда закончатся эти две недели, она останется одна в своем доме, опустевшем после гибели Майкла. И тогда, после краткого, подобного ослепительной вспышке, пребывания здесь великолепного Мэтта Хеннеси, дом Келли станет еще более пустым. Она вернется сюда, чтобы снова начать приспосабливаться к одиночеству. Тишина станет еще отчетливее, а ее оковы еще крепче.

Келли поглядела на ярко сияющие глаза Мэтта, на его улыбающиеся губы и подумала, что всего за несколько мгновений он успел разбередить ей душу. И это причинило ей новую боль.

И тут Келли припомнила, что Мэтт уже общался с журналистами, не ставя ее в известность. Словно был уверен в ее мнении или оно просто не имело для него значения. Неужели он такой бесчувственный? Он прожил последние четыре года как баловень судьбы: каждое его желание исполнялось, прежде чем он сам успевал его осознать. Но подобное исключительное внимание и лесть не могут продолжаться вечно. Келли просто не представляла себе, как сложится в дальнейшем судьба Мэтта Хеннеси и что станет с его выверенным амплуа «доброго малого». Она видела его перед толпой поклонников — он обращался к ним, точно духовный целитель. Прессу ослепить труднее, но, без всяких сомнений, этот человек очарует и прессу. Он обаятелен и красив, это свойство он приобрел, став «звездой». Действительно ли она хочет быть втянутой в его игры? Хочет ли одно мгновение пожить его жизнью, а затем вновь остаться одной?

— Нет, — отрезала она, спустившись на землю. Лицо Мэтта погрустнело.

— Келли, подумайте.

— Я не в экстазе от вашего предложения, Мэтт. Мой ответ — отрицательный. Это слишком не правдоподобно. Не думаю, что мне бы понравилась эта затея, будь я на месте Мередит.

— А ей понравилась. — Он поднялся и приблизился к Келли. — Мередит зациклена на неприкосновенности своей частной жизни, и я представляю серьезную угрозу ее спокойствию. Благодаря нашему плану след Мередит будет потерян.

— Вы всегда подгадываете свои поездки к ее гастролям? Или вы случайно оказались на Среднем Западе вместе?

— Нет, мы не планируем совместных поездок. Это получилось только здесь, один-единственный раз. И Мередит уже сказала мне, чтобы я больше не делал ей сюрпризов.

Взгляд, который Келли бросила на Мэтта, не вызывал сомнений в том, как она реагирует на его предложение.

— Наймите актрису на мою роль, — предложила она сухо, — которая выглядит более подходяще.

Он остановился перед ней, глядя сверху вниз. За спиной у нее стоял стул, и это отрезало ей путь к отступлению. Снова она остро ощутила его близость и какой-то жар во всем теле.

— Более подходяще, чем что? — спросил он. Его голос звучал как музыка: убедительная декламация, беспокойный и искренний ритм речи. Келли печально усмехнулась, разведя руками:

— Нужно, чтобы нам поверили, как вы понимаете. Кто из них, будучи в здравом уме и твердой памяти, поверит, что я — последнее сердечное увлечение Мэтта Хеннеси?

Мэтт коснулся ее подбородка двумя пальцами и приподнял его — так, чтобы ей пришлось смотреть прямо в его тихо смеющиеся глаза.

— Не принижайте себя так, Келли. Если бы вы не были такой, какая вы есть, я бы выпрыгнул из вашего автомобиля и обратился в бегство.

Искренность его зеленых глаз помешала ей ответить сразу. Наконец Келли справилась со своим волнением.

— Сомневаюсь, — едва слышно промолвила она. — Вы бы уехали и со слонихой, будь у нее скоростной автомобиль.

Теперь в его глазах застыл ужас. Она почувствовала, как напряглась его рука. Но у нее не хватило бы сил вырваться, даже если бы близость Мэтта начала искушать ее.

— Разве ваш муж не говорил вам, как вы прекрасны? — требовательно спросил он. Келли отшатнулась, сверкая глазами:

— Иногда вы деликатны, как молоток, вы знаете об этом? Вламываетесь в мою жизнь, будто имеете Богом данные права! Я не раз уже говорила вам об этом, Мэтт. Вы яркая личность, но я не могу перестраивать предстоящие две недели моей жизни исключительно ради ваших нужд. Это мне не подходит. — Мягкость ее тона сгладила резкость слов; — Вы должны объяснить репортерам, что они заблуждались и до вчерашнего дня мы с вами не знали друг друга.

И тут раздался телефонный звонок. Оба посмотрели на телефон.

— Можете начать прямо сейчас, — заявила Келли. Отстранив Мэтта, она гордо прошествовала к аппарату, подняла трубку — и протянула ему. В этом и заключалась ее ошибка, следовало быть осмотрительнее.

С триумфальной усмешкой он взял трубку. И в следующую минуту возбужденно приветствовал звонящего:

— Да, о да… истинная правда. Я приехал в Сент-Луис только вчера. Я надеюсь видеться с Келли две следующие недели, поскольку график ее работы позволяет это.

— Эй, погодите! — возмущалась Келли, пытаясь выхватить у Мэтта трубку. Не говорите гак! Черт возьми, я же не согласилась!

Однако ее отчаянные протесты ни к чему не привели. Мэтт словно и не слышал, он так и не подпустил ее к телефону.

— Нет, я сейчас уезжаю. Я приму во внимание вашу просьбу об эксклюзивном интервью, если вы не станете беспокоить Келли. Обсудим при первом удобном случае — видимо, в пятницу. Уверен, что мы увидимся в городе… Да, благодарю… И вам того же. До свидания.