Роберта Ли - Притворство

Войдя в гостиную. Пол Моллинсон раздраженно огляделся в поисках секретарши. Комната была пуста, и он, буркнув себе под нос нечто малоприятное, прошел к письменному столу. Полуобернувшись, чтобы взять сигарету, он увидел краем глаза через французское окно на лужайке голубое пятно и вышел в сад посмотреть, что там такое. Ботинки на резиновой подошве бесшумно ступали по плиткам дорожки, и он успел пройти несколько ярдов, прежде чем понял, что это мисс Лестер. Она лежала на траве и спала, положив руку под голову. Он подошел поближе и наклонился к ней. Пожалуй, это была единственная возможность как следует рассмотреть эту девушку, таким странным образом вошедшую в его жизнь. С закрытыми глазами она казалась моложе и не такой бойкой, и выражение лица было мягче, не надменное, как он уже привык видеть. Одна стройная нога была поджата. Бретелька платья соскользнула с плеча, нескромно открыв загорелую шею и нежный изгиб груди.

Когда он стал над ней, разглядывая, он заслонил солнце. Энн зашевелилась, открыла глаза и посмотрела прямо ему в лицо.

Она покраснела от его напряженного взгляда и, быстро поправив бретельку, вскочила на ноги, стараясь одновременно пригладить растрепавшиеся волосы.

– Вы делаете так только хуже, - с юмором заметил он. - И еще в них полно травинок.

Протянув руку, он вытащил из ее волос несколько стебельков:

– Зеленое с золотом - очень приятное сочетание.

Энн шагнула в сторону.

– Я ждала вас все утро.

– Меня задержали. Если бы я знал заранее, я сказал бы, что вы сегодня свободны.

– Еще есть время после полудня.

– Я сегодня работать не буду. Они двинулись к дому, и Энн остановилась, увидев, что в гостиной сидит какая-то женщина.

Пол Моллинсон прошел в комнату впереди нее.

– Ты быстро справилась, Сирина.

– Я только попудрилась, дорогой. У тебя там все приготовлено для гостей-женщин, - голос был легким и приятным. Он чем-то напоминал голос Энн, но на этом сходство кончалось.

– Энн, это Сирина Браун. Возможно, вы видели ее в новой пьесе в Олдвиче?

– Она должна быть очень ярой театралкой, чтобы увидеть ее, - протянула Сирина, а ее большие голубые глаза при этом внимательно оценивали Энн. - Так вы и есть та новая секретарша, о которой мне рассказывал Пол? Та, которая помогает ему с пьесой?

Энн покраснела.

– Я не уверена, что это так называется. Сирина Браун рассмеялась.

– Я просто стараюсь быть тактичной, дорогуша. Пол говорил об этом не совсем в таких выражениях. Но должна заметить, вы резко отличаетесь от мисс Финк, - актриса обернулась к Полу. - Я всегда говорила, что тебе надо избавиться от этого дракона, правда?

– Я не избавился от нее, - возразил Пол. - Она попала в больницу с аппендицитом. Сирина сделала гримасу.

– Ты хочешь сказать, что я снова увижу ее.

– Если к тому времени мы еще будем друзьями.

– Как ты ужасно говоришь!

– Можно ли меня в этом винить? - голос Пола звучал резко, почти грубо, и Энн почувствовала себя неловко, как будто она подслушала что-то очень личное.

– На ланч мне оставить вас, мистер Моллинсон? - в растерянности спросила Энн.

– Разумеется, нет, Смизи накрыла на всех в столовой.

– Тогда пойдем и поедим, - заторопила Сирина, - я умираю с голоду.

Актриса поднялась на ноги, и Энн увидела, что она очень маленького роста, едва ли больше пяти футов. Все в ней было миниатюрным: нежное овальное личико, капризно изогнутые пухлые губки, вздернутый носик, изящная фигурка танагрской статуэтки и ладные руки с длинными пальцами и продолговатыми ногтями. Она напоминала миниатюрную, дорогую безделушку. Даже ее волосы воскрешали в памяти пасторали позапрошлого века: они были бледно-рыжими, редкого, прелестного оттенка. Длинные и прямые, они падали ей на плечи, выдавая продуманность имиджа.

"Как Алиса в стране чудес", - подумала Энн, следуя за ней в столовую. - Она знает об этом и умело разыгрывает эту роль.

Ланч не очень удался, потому что Сирина целиком завладела разговором, обсуждая театральные сплетни и людей, которых она с Полом встретила во время уик-энда. Все эти имена людей, которых она знала или о которых слышала, так напомнили об отце, что она с трудом удерживалась, чтобы не вмешаться в разговор.

Вошла Смизи, неся на подносе кофе, и Энн поднялась, чтобы взять его из ее рук.

– Может быть, попьем его в саду? - спросила Сирина. - Тогда мы не помешаем мисс Лестер работать.

Пол поднялся из-за стола.

– Прекрасная мысль. Энн, пьеса на письменном столе. Я там внес кое-какие изменения, - он взял у нее поднос. - Когда кончите печатать, можете быть свободны - работу продолжим завтра.

Он прошел в сад, и Энн наблюдала, как он поставил поднос на маленький столик около розовой беседки. Сирина изящно свернулась в уголке садового диванчика, а он разлил кофе и, подав ей чашку, присел около нее.

– Значит, она опять вернулась, - пробормотала, убирая со стола, Смизи. - Интересно, сколько это продлится теперь?

Энн удивленно посмотрела на нее.

– А она что, старая подружка мистера Моллинсона?

– Можно сказать и так. - Смизи выкатила сервировочный столик из комнаты. Энн стряхнула крошки со стола и, взяв с него салфетки, последовала за ней на кухню.

– Она очень красивая. Как вам кажется?

– Если вам нравится такой тип, - фыркнула Смизи. - Я сама маленькая и люблю высоких, как вы, если мне позволяется заметить, вы красивая. Вы свободно могли бы стать манекенщицей.

– Я предпочитаю работать у мистера Моллинсона! - Энн потянулась за посудным полотенцем и стала вытирать посуду. - А как получилось, что он так и не женился?

– Может быть, времени не хватило, - уклончиво ответила Смизи. - Боже, были бы вы здесь, когда к нему пришел первый успех. Телефоны не переставали звонить, дверной звонок тоже. А женщины!., она закатила к небу глаза. - Каждая красивей, чем предыдущая, и все хотят роль в его пьесе. И готовы ради этого на все. Иногда мне было просто стыдно за свой пол. Нет, ничего, на что не пошла бы женщина, чтобы добиться того, чего хочет!

– Если ценой было ухаживать за мистером Моллинсоном, то мне их очень жаль. С моей точки зрения, он не очень похож на героя девичьих грез, - вытерев последнюю тарелку, она поставила их на сушилку. - И по-моему, он прекрасно может о себе позаботиться!

– Только потому, что получил хороший урок. Когда-то его очень сильно обидели.

Энн загорелась любопытством, но сдержалась и не стала дальше расспрашивать Смизи. Закрыв за собой дверь кухни, она вернулась в гостиную. Так значит, в свое время Пол пережил сильное разочарование: по-видимому, это и было причиной его цинизма и недоверия к женщинам. Вздохнув, она взяла со стола пьесу и начала ее читать, хмурясь по поводу изменений, нацарапанных на полях и между строчек.