Лиза Клейпас - Канун Рождества в Пятничной гавани

Пикап свернул на частную, посыпанную гравием дорогу, ведущую к винограднику «Рейншедоу», и направился к дому. Со стороны здание до сих пор выглядело старым и полуразвалившимся, но внутри они уже начали капитальный ремонт. Сначала Марк принялся за спальню Холли, покрасив стены в цвет яйца малиновки, и сделав кремово-белую отделку. Он перевёз мебель из её старой спальни и заново прикрепил на кроватью матерчатых бабочек.

До настоящего времени самым масштабным проектом было восстановление ванной комнаты, достойной Холли. Они с Сэмом полностью ободрали стены, проложили новые трубы, выровняли пол, установили новую ванну, унитаз с высоким бачком и раковину с мраморной столешницей. Они даже позволили Холли выбрать цвет краски, в которую были окрашены стены после того, как их заштукатурили и обработали декоративной шпаклевкой. Естественно, она выбрала розовый.

— Выдержан исторический стиль, — заметил Марк, напомнив Сэму, что все цветовые образцы соответствовали палитре викторианского времени.

— Чертовски по-девчачьи, — ответствовал Сэм. — Каждый раз, когда я захожу в эту розовую ванную, чувствую, что мне нужно сделать потом что-нибудь по-настоящему мужское.

— Что бы это ни было, делай это на улице, чтобы мы тебя не видели.

Следующим этапом стала кухня, где Марк установил абсолютно новую плиту на шесть конфорок и холодильник. Используя инфракрасный строительный фен и шлифовальный станок, позаимствованные у Алекса, он содрал с оконной и дверной рамы, по крайней мере, шесть слоёв краски.

Алекс неожиданно щедро повёл себя в отношении инструментов, материалов и советов. Он объявлялся, по крайней мере, раз в неделю, возможно из-за того, что реконструкция и строительство были сферой его интересов, а в его помощи так явно нуждались. В руках Алекса бесполезные обломки дерева превращались в нечто искусное и удивительное.

Во время своего второго визита Алекс соорудил в шкафу Холли специальные ниши для хранения обуви. К восторгу девочки некоторые полочки выдвигались, демонстрируя потайные отделения[3]. В следующий раз, когда Марк с Сэмом обнаружили, что пара верхних брусьев переднего крыльца прогнулись и крошатся, как пенопласт, Алекс привёз свою строительную бригаду. Алекс с рабочими целый день устанавливал новые крепления, ремонтировал повреждённые балки и сооружал новый водосток. Работа оказалась намного более сложной, чтобы Марк с Сэмом смогли с ней справиться в одиночку, поэтому они искренне ценили эту помощь. Но, зная Алекса…

— Как думаешь, чего он хочет? — поинтересовался Сэм у Марка.

— Чтобы его племянницу не расплющило развалившимся домом?

— Нет, это предполагало бы у него наличие человеческих мотивов, а мы договорились никогда таких за ним не признавать.

Марк попытался, правда, безуспешно сдержать ухмылку. Алекс был настолько невозмутимым и эмоционально сухим, что при случае вы должны были бы поинтересоваться наличием у него пульса.

— Может быть, он чувствует вину, что не часто общался с Вики прежде, до её смерти?

— Может, он использует любой предлог, чтобы провести время подальше от Дарси. Если бы я уже не питал такую ненависть к идее брака, то, уверен, подумал бы дважды, посмотрев на брак Алекса.

— Очевидно, — заключил Марк, — что Нолан никогда не должен жениться на том, кто слишком на нас похож.

— Думаю, Нолан вообще ни на ком никогда не должен жениться.

Но каковы бы ни были причины, Алекс продолжал вкладываться в восстановление дома. В результате объединённых усилий братьев сооружение стало выглядеть значительно лучше. Или, по крайней мере, похоже на то, в котором живут нормальные люди.

— Только попробуй выгнать нас после всего этого, — заявил Марк Сэму, — и ты закончишь тем, что я закопаю тебя на заднем дворе.

Но оба понимали, что никаких шансов на то, что Сэм когда-нибудь выгонит их, не было. Сэм, возможно, даже больше к своему собственному удивлению, нежели к чьему-либо другому, проникся к малышке мгновенной любовью. Как и Марк, он бы умер за Холли, если бы потребовалось. Она разбудила лучшее, что в них было.

Поначалу осторожная в проявлении чувств, Холли быстро привязалась к своим дядюшкам. Хотя от доброхотов и поступали предупреждения по поводу баловства, ни Сэм, ни Марк не могли уловить каких-либо признаков, что их снисходительность наносит какой-то вред. На самом деле они оба были бы просто счастливы, увидев, как Холли хотя бы капельку капризничает. Она оказалась послушной девочкой и всегда делала то, что ей говорили.

Когда Холли не находилась в школе, она сопровождала Марка на его кофеобрабатывающий заводик во Фрайдей-Харборе, чтобы посмотреть, как массивный цилиндрический аппарат для обжаривания кофейных зёрен крутит сырые бобы арабики, пока их бледно-жёлтая шкурка не потемнеет до тускло-светящегося коричневого. Иногда он покупал ей мороженое в магазинчике возле портового дока, и они шли «выбирать яхту» — бродить вдоль длинных рядов парусных судов, стилизованных под траулер или буксир моторных яхт, прогулочных катеров, краболовных ботов с грудами плетёных корзин-ловушек на задней палубе.

Сэм часто брал с собой Холли, когда отправлялся ухаживать за виноградными лозами или охотиться на морских звёзд и морских ежей во время отлива в Фолс-Бей. Он носил галстуки из макарон, которые она делала в школе, и развешивал её рисунки на стенах по всему дому.

— Я и не представлял, на что это похоже, — однажды вечером обронил Сэм, занося Холли в дом после того, как она уснула в машине. Они провели послеполуденное время в Английском лагере, местечке, в котором разбили лагерь британцы во время оккупации острова, прежде чем он перешёл к американцам. Национальный парк, включавший в себя две мили берега, был идеальным местом, чтобы устроить пикник и побросать «летающую тарелку». Прикидываясь, как прыгающая за тарелкой Холли изображает акробатические трюки, они заставляли её хихикать. Они купили племяннице маленькую коробку с рыболовными снастями и удочку, и Марк учил её ловить на удочку каменных окуней[4], которые водились вдоль берега.

— Что на что похоже? — Марк открыл входную дверь и включил освещение на крыльце.

— Иметь маленького ребёнка под боком, — как-то застенчиво пояснил Сэм. — Иметь маленького ребёнка, который любит тебя.

Присутствие Холли в их жизни подарило им ту особую радость, которой ни один из них прежде не знал. Напоминание о невинности. Они обнаружили, что когда тебя одаривают безоговорочной любовью и верой ребёнка, происходит что-то особенное.

Ты желаешь быть достойным их.