Морин Мартелла - Девушка хочет повеселиться

Пенелопа не проявляла интереса к пирожным, и я потянулась за третьим эклером, но вовремя спохватилась. Первая кровная родственница, с которой я познакомилась, могла принять меня за обжору. К счастью, Пенелопа погрузилась в описание подробностей предстоявшей мне работы и ни на что не обращала внимания. Моя рука сменила направление и потянулась к молочнику. Слопать все пирожные может только человек с плохими манерами. Но раз уж молочник оказался у меня в руках, пришлось долить молока в уже и без того белесый чай.

— Люблю молоко, — пробормотала я, увидев ее изумленный взгляд.

— Полезно для костей, — понимающе кивнула Пенелопа.

— И зубов, — добавила я.

— И ногтей.

— Для кожи тоже. — Похоже, у нас начиналось соревнование.

— И, конечно, для волос.

— И… э-э… — На этом мои знания о полезных свойствах молока истощились, и я сделала глоток совершенно холодного чая.

Вкус был премерзкий.

Расправившись с большинством пирожных и допив остывший чай, я стала ломать себе голову над тем, как унести отсюда ноги, не обидев хозяйку. Уйти без всяких объяснений невозможно. Если я это сделаю, то могу распрощаться с надеждой вернуться сюда по возвращении миссис Бичем из больницы. На мне будет стоять клеймо человека, который бессовестно сожрал целое блюдо пирожных, а потом удрал, не попрощавшись.

Пенелопа все еще говорила. Кажется, теперь речь шла об условиях.

— Позвольте показать вам комнату, в которой вы будете жить. — Внезапно она поднялась на ноги.

Не успела я что-нибудь выдавить из себя, как мы оказались на лестнице. Я все еще не могла придумать, как выпутаться из сложившейся ситуации.

Беда заключалась в том, что Пенелопа мне нравилась. Да, конечно, она была немного зануда, но симпатичная зануда. По крайней мере в ней не было дерзкого высокомерия Франчески. Не будет ничего плохого, если я взгляну на комнату, которую она так хочет мне показать. Возвращаться на работу я не хотела. Когда в офисе был Ноэль, мне приходилось торчать там чуть ли не до ночи. Это было хуже каторги.

И тут, хоть и поздно, меня осенило. Чем лучше я узнаю дом, тем легче пойму, что представляют собой Бичемы. Чем больше времени я проведу здесь, тем проще мне будет придумать предлог для повторного визита к миссис Бичем. Это было единственное, в чем я не сомневалась. Повторный визит состоится. Я слишком далеко зашла, чтобы отступать.

Пока мы шли по лестнице, я пристально вглядывалась в Пенелопу, пытаясь найти какие-то черты семейного сходства. Увы, это мне не удалось. У меня было больше общего с Фионой, чем с Пенелопой.

Я решила, что ей лет тридцать пять — тридцать шесть. Расцветка почти нордическая; на ген русых волос нет и намека. Кроме того, величественная осанка. Ходит как опытная манекенщица. Или женщина, знающая себе цену.

Вот с Франческой у нас было кое-что общее. Например, рост. И это меня тревожило.

— Кроме того, она со всеми удобствами. Практически это отдельная квартира.

Пенелопа открыла дверь и отошла в сторону, пропуская меня вперед.

Это была любовь с первого взгляда.

В полном смысле слова. Я увидела мечту каждого квартиросъемщика. Только привычка держать себя в руках помешала мне опуститься на колени и поцеловать сверкающий паркет. Сломя голову помчаться к вазам, стоявшим на всех поверхностях, и вдохнуть аромат свежих цветов. В экстазе раскинуться на большой кровати с медными шариками на столбах.

Я несколько недель рыскала по всем зловонным городским трущобам и чуть не плакала при мысли о том, что упустила одну квартиру, хотя ясно видела на полу мышиный помет. Неужели это чудесное жилище предлагают мне!

— Ну что, нравится? — тревожно спросила меня Пенелопа.

Я ничего не понимала. С какой стати ей волноваться? Это был настоящий рай. Вдвое больший, чем все то, что мне доводилось видеть до сих пор, с высокими окнами в задней стене и фонарем в передней. Как минимум восемнадцать метров в длину. Снаружи было пасмурно, но здесь сиял солнечный свет и стояло тепло. Даже в стенах с пунктирным орнаментом было что-то средиземноморское, а довершали это впечатление пышные лианы, обвивавшие стропила высокого потолка.

Пытаясь не дать себе воли, я пересекла комнату и вышла на балкон с чугунной оградой, смотревший в сад. Один этот балкон был больше двух квартир, которые я осматривала в последний раз.

Облицованная терракотой ванная казалась маленькой, но лишь потому, что в стоявшей здесь ванне могло поместиться человек шесть.

А на стенах висели картины, написанные маслом. Не репродукции. Настоящая живопись. Да, на всех этих картинах были изображены очень тучные женщины, у одной из которых было три груди, ну и что? Нельзя иметь все сразу.

— Вы видели встроенный шкаф? — спросила Пенелопа.

Поправка. Оказывается, все-таки можно.

На столике у кровати был поднос с парой чайных чашек из тончайшего фарфора. Черт побери, не может быть… Я начала искать недостатки. Без недостатков не бывает.

Пенелопа увидела, что я нахмурилась, и у нее вытянулось лицо.

— Вам не нравится?

— Очень нравится! — едва не завопила я. Алчность заставила меня забыть, что за такое жилье придется расплачиваться. — Я согласна!

— О, вы не пожалеете! — Пенелопа была готова захлопать в ладоши. — Вот телевизор. Принимает все каналы, в том числе и кабельные. А мама — очень терпимая и снисходительная хозяйка.

И только тут до меня дошло, что я согласилась не просто поселиться здесь, а стать компаньонкой миссис Бичем.

Ну и что? Я ненавидела свою нынешнюю работу. Три раза в неделю сталкиваться с Ноэлем? Слишком жестокое наказание за какой-то дурацкий роман, а жить мне негде… Я снова осмотрела комнату. Разве от нее можно было отказаться?

И разве мне представится лучший случай познакомиться с миссис Бичем? Я смогу стать ее доверенным лицом. Нужным ей человеком. Сначала дам ей возможность узнать и полюбить меня и только потом сообщу радостную весть, что я ее давно потерянная дочь. Может быть, она попросит меня остаться с ней. Может быть, она не из тех людей, которые способны оттолкнуть того, к кому успели привязаться. Того, кто был ее преданной компаньонкой.

Я почувствовала такой прилив адреналина в крови, что едва не воспарила над полированным полом. Должно быть, это судьба. Нет, не чистая случайность привела меня к двери Бичемов именно в это утро! Я не могла дождаться разговора с Джерри, чтобы выложить ему свои потрясающие новости.

— Что? Ты серьезно? — недоверчиво пробормотал в трубку Джерри.

— А в чем дело? — спросила я. — Чем больше я думаю об этом, тем сильнее убеждаюсь, что лучшего шанса мне не представится.