Василий Блюм - Опалённые крылья мечты

Внезапно что-то изменилось, Ольга вынырнула из мира грез. Перед ней стоял мужчина: спортивного телосложения, выше среднего роста, подтянутый голубоглазый шатен в короткой безрукавке и потертых джинсах. Мужчина настолько резко контрастировал с болезненными, измученными обитателями больницы, что она вздрогнула.

— Извините, если напугал, — мужчина улыбнулся, — вы так глубоко задумались, не хотелось мешать. — Меня зовут Олег. Я пришел проведать приятеля, он здесь, в четвертом корпусе, но в отделении процедурный час, придется ждать. Весь день на ногах, хотел присесть, и, как назло, ни одной скамейки. Если вы не против… — он выразительно посмотрел на свободную половину скамьи.

— Конечно, конечно, — опомнившись, Ольга поспешно сдвинула костыли, освобождая место. — Могли бы и не спрашивать. Что тут страшного?

— Ничего. Но теперь я смогу на полном основании пообщаться с приятной девушкой. Ведь вы не торопитесь?

— Не тороплюсь. Немного замечталась, а так… — она кивнула на ноги, — торопиться теперь некуда.

— Благодарю, после таких прогулок сесть — блаженство. А вам, наверное, видится по другому — пришел мужик, ноги целые, а не ходит, — собеседник улыбнулся. — С удовольствием бы поменялся с вами положением… на часок. Только не обижайтесь, правда, очень устал.

— Обижаться? — Ольга рассмеялась. — Вы не представляете, с каким удовольствием я бы сама с вами поменялась! Не смотря на любую усталость.

— Сытый голодного не разумеет, — мужчина трагично заломил бровь, но в глазах блеснули озорные искорки.

— Это точно, — Ольга улыбнулась ему чистой, открытой улыбкой. — Меня зовут Ольга.

— Еще раз отрекомендуюсь — Олег, — мужчина привстал, слегка поклонился. — Ну, раз уж мы оказались друзьями по несчастью…

— То почему не перейти на «ты»? — Ольга закончила фразу за него. — А не рано?

— Что ж, — мужчина печально вздохнул, — наверное, мне тоже придется сломать ногу, чтобы мы могли…

— Нет, нет, нет, — Оля выставила перед собой ладони, — только не это. Вы… — она поправилась, — ты не представляешь, как это ужасно, целый месяц не иметь возможности ходить. Особенно, если до этого занимался спортом.

— Что ж, уже проще, обойдемся без сломанных ног, — Олег кивнул. — Кстати, я тебя понимаю, сам однажды руку ломал — полтора месяца плавать не пускали, тоже извелся.

— Плаванием занимаешься?

— Раньше занимался, теперь больше по работе.

— Тренер? — Ольга взглянула вопросительно.

— Водолаз. Работаю в местном подразделении МЧС.

Оля восхищенно всплеснула руками.

— Потрясающе! Такая романтическая профессия. Наверное, постоянно приходится людей спасать?

— Не так, чтобы совсем романтическая, — Олег невесело усмехнулся. — Чаще вещи разные вытаскиваем, затонувший транспорт, проверяем речное дно. Хотя, конечно, бывает и людей, но об этом я расскажу в следующий раз. Давай лучше о тебе, а то у меня всего… — он мельком глянул на часы, — пятнадцать минут осталось. Бежать скоро, а о прекрасной незнакомке пока никакой информации.

— Хорошо, давай о себе, — легко согласилась Ольга. — Тебе рассказать вообще, или что-то конкретное?

— Конечно конкретное: где живешь, чем занимаешься, на кого учишься. Интересы, хобби, предпочтения…

— Ничего себе конкретное! — Оля заливисто засмеялась. — Это же история жизни получится, на час — не меньше, а то и на все полтора.

Олег нисколько не смутился.

— Ничего страшного. Мой приятель здесь надолго, навещать буду часто, так что увидимся.

— Ну что ж, — Оля возвела глаза к небу, — раз попался такой заинтересованный слушатель, что готов… — она сделала небольшую паузу, глядя, как Олег кивает в такт словам, — готов сбегать для дамы за мороженым, то я просто не смогу ему отказать, и отвечу на все вопросы.

На последних словах мужчина недоуменно посмотрел на Ольгу, мгновением позже в его глазах протаяло понимание, он встрепенулся.

— Легко. Какое мороженное дама предпочитает: пломбир, сливочное, заливное? В шоколаде, без шоколада, с крошеным печеньем?

— Мне, пожалуйста, пломбир — в шоколаде, но без печенья.

— Две минуты и все будет. На входе я видел отличный ларек доверху набитый мороженым. — Он встал, быстро зашагал вдоль аллеи к выходу, на ходу обернувшись, крикнул: — Всего две минуты!

Ольга с улыбкой смотрела вслед, пока Олег не скрылся за поворотом. Затем ее лицо стало задумчивым. Трижды она порывалась встать, но всякий раз останавливалась. Наконец, решившись, Оля взяла костыли, осторожно поднялась, и медленно побрела в сторону больничного корпуса.

Вернувшись через несколько минут, Олег застал скамейку опустевшей. Посмотрев по сторонам, он сел и о чем-то глубоко задумался, глядя в загадочные очертания плывущих в голубой вышине облаков. Мороженое медленно таяло, стекая тягучими белыми каплями в асфальтовую пыль.

Ольга медленно продвигалась вдоль аллеи, механически переставляя костыли. Ее мучили сомнения: правильно ли поступила, верно ли сделала, уйдя не дождавшись? С одной стороны, мужчина показался весьма симпатичным и располагал к общению, с другой, все произошло как-то чересчур быстро, не хватило времени подумать, определиться. К тому же, вполне вероятно, Олегом двигала элементарная жалость — одиноко сидящая девушка со сломанной ногой, что в этом привлекательного? Не хватало только начинать отношения основанные на жалости. Олю передернуло, когда она представила, что любимый человек встречается с ней из сострадания. Сжав губы, она ускорила шаг.

Из тяжелых размышлений вывел невнятный звук. Звук усиливался, назойливо пробивался в сознание, надоедливой мошкой звенел в ушах. Стряхнув тягостные мысли, Оля огляделась. Неподалеку стоят двое: мужчина и женщина. Мужчина кричит. Судя по активной жестикуляции, он в ярости. В женщине Ольга с удивлением узнала Люсю. Поникшая, в больничном халате, с бинтовой повязкой на голове, она казалась особенно несчастной.

— Ты что мне затираешь, тварь? Какой знакомый? Да плевал я на твоих знакомых, на тебя, и на всю твою семью уродов. — Мужчина возмущенно огляделся, словно ища сочувствия. — Это ж надо. Нет, вы только подумайте! Она к своему Коленьке ненаглядному ходит. Дружочка нашла!

Давясь словами, Люся пыталась что-то возразить, но ее не слушали.

— Пошла к черту, потаскуха. Видеть тебя не хочу. И чтобы ноги твоей у меня в доме больше не было! — сплюнув, мужчина направился к выходу.

Залопотав что-то неразборчивое, Люся побежала следом, хватая мужчину за руки.

— Саня, Санечка… это же не то, совсем не то что ты думаешь. Саня, дорогой, любимый, постой, ну подожди, я все объясню!