Скарлетт Эдвардс - Признание

Нет, не в безопасности. Не далеко. Стоунхарт найдет меня. Он будет в ярости. Я видела степень его гнева. Я вздыхаю и оседаю обратно. Я не могу сейчас сбежать. Нужно дождаться более подходящего момента. Кроме того, я хочу больше, чем просто сбежать. Я хочу вернуть Стоунхарту все, что он сделал со мной. Мне нужно вернуть Стоунхарту все, что он сделал со мной. Для этого мне нужно оставаться как можно ближе к нему. Я провожу следующий час или около того направляя водителя по улицам. Портленд довольно маленький по сравнению с другими городами. Через какое-то время мне становится скучно, я хочу размять ноги. Я прошу водителя довести меня до гостиницы. Это займет примерно десять минут. Я мысленно возвращаюсь к разговору со Стоунхартом, который был у нас прошлой ночью. Самый честный разговор. А может быть и нет. Трудно сказать. Он казался искренним, но может быть это была еще одна попытка манипуляции. Мы приезжаем в отель. Высококлассное место. В гараже водитель берет мои сумки и ведет к частному лифту. Он заходит со мной, не проронив ни слова. Нажав на самую верхнюю кнопку на панели, он вставляет маленький ключ. Лифт начинает двигаться. Двери открываются в великолепном пентхаусе. Водитель размещает мои сумки в номере у порога и дотрагивается до фуражки.

- Наслаждайтесь отдыхом, мисс Райдер. - говорит он, а затем исчезает за дверью.

Я жду, не двигаясь, считая до шестидесяти. После я оборачиваюсь и пытаюсь вызвать лифт самостоятельно. Безрезультатно. Свет остается выключенным. Лифт - единственный способ покинуть номер. Похоже мне придётся сидеть здесь, пока не придет Стоунхарт. Я осматриваю новое пространство. Декор значительно отличается от того, к чему я привыкла в особняке Стоунхарта. Вместо холеного минимализма тут все гораздо сложнее и эффектнее. Дорогие картины висят на стенах, позолоченные светильники. Холодный, каменный пол покрыт дорогими персидскими коврами. Я обхожу весь номер, чтобы оценить его размеры. Он огромен. Открытый план первого этажа позволяет увидеть спальню на втором уровне. Я зеваю, проходя мимо роскошной кровати. Смотрю на часы на стене. Несколько минут четвертого. Стоунхарт наверняка будет работать еще нескольких часов, поэтому я опускаюсь на кровать и с облегчением вздыхаю, когда мое тело падает на мягкий матрас. Проверяю брошь, чтобы убедиться, что она на месте. Затем беру один угол одеяла, накрываюсь, закрываю глаза и засыпаю.

***

Что-то туманное и неопределенное выдергивает меня из сна. Я открываю глаза и вижу Стоунхарта, прислонившегося к дверному проему спальни. Я перестаю дышать. Я помню, что случилось в прошлый раз, когда он нашел меня спящей. Я поднимаюсь, но Стоунхарт останавливает меня успокаивающим жестом.

- Лежи, - говорит он. - Расслабься. Я только что пришел. Ты ни коим образом не разочаровала меня.

Он подходит к кровати и садится в ноги. Приталенный костюм подчеркивает форму его тела, благодаря которому он выглядит сногсшибательно. Он кладет руку над моим коленом на внутреннюю часть бедра. Даже через ткань я чувствую тепло его прикосновения. Его глаза осматривают мое тело. Его большой палец движется вверх/вниз по моей ноге. Мы встречаемся глазами, и я вижу одну из его редких подлинных улыбок.

- Привет - мягко говорит он. - Как дела?

- Я...хорошо, - спустя какое-то время говорю я, ещё не до конца проснувшись .

- Мне нужно задать тебе один вопрос, - говорит Стоунхарт. Он берет меня за руку. - И я очень надеюсь, что ты скажешь "да".

По мне пробегает дрожь, когда он подносит мою руку к губам и целует ладонь. Он отпускает руку, но я продолжаю держать ее, задавая щетину на его подбородке. Это что сон? Задать я вопросом. Я до сих пор сплю?

- Что за вопрос?

- Ты согласишься сопроводить меня на ужин сегодня вечером?

- Куда? - спрашиваю я.

Стоунхарт улыбается.

- Очевидно не здесь. За пределами. На публике. В великолепном ресторане с видом на реку Колумбия.

Я заставляю себя посмотреть на него.

- Ты серьезно?

Он лениво улыбается.

- Конечно, серьезно, милая Лилли.

- Все зарезервировано. Все, что требуется - это твое согласие.

- Тогда да, - говорю я, с трудом веря во всё это. - Да, я хотела бы пойти с тобой сегодня на ужин, Джереми.

Он кивает.

- Хорошо, - говорит он.

Кажется, будто он хочет сказать что-то еще, но вовремя трясет головой и говорит:

- Я дам тебе час, чтобы подготовиться. Тебе хватит?

- Даже слишком, - говорю я. - Мне не нужен час. Позволь мне поправить прическу, и я буду готова.

- Лилли, - Стоунхарт останавливает меня. Его голос твердый, но нежный. - Я говорил тебе, что нет никакой спешки. Возьми час. Прими душ. Не торопись. Не сегодня.

Он поворачивается и начинает выходить из комнаты.

- Подожди, - говорю я ему вслед. - Мне нужно придерживаться правил?

Он замедляет шаг. Когда он говорит, он не смотрит на меня, а глядит прямо перед собой.

- Правила...да, Лилли. Я расскажу по дороге.

Он бросает взгляд через плечо.

- Я не хочу, чтобы такие вещи беспокоили тебя.

- Думаю, сейчас будет...

- Нет, Лилли. Я сказал тебе, что расскажу о них позднее, что я и намерен сделать. Не спрашивай меня о таких вещах

- Хорошо, - шепчу я.

Я не хочу спровоцировать его, не тогда, когда он старается держать себя под контролем.

- Эээ, Джереми? Как я приму душ с брошью?

- Она была деактивирована в ту минуту, когда ты вошла в номер. Так же, как и ошейник, - он поворачивается и сталкивается со мной. - Для справки: в любых местах, которые мы с тобой посетим, брошь и ошейник будут работать таким же образом.

- Ты хочешь сказать..., - я щурю глаза от недоверия- ... что ты намерен взять меня с собой и в другие разы?

- При условии, что твое поведение за пределами моего особняка в Сан-Хосе будет образцовым, - он делает паузу. - Перед нами целый мир, было бы подло с моей стороны не поделиться им с тобой. Я хочу, чтобы ты была на моей стороне, Лилли-цветочек. Я хочу показать тебе чудеса Стоунхарт Индастриз. У меня есть недвижимость по всему миру: курорты, особняки и красивые виллы. Я не так часто ими пользовался. Я ждал чего-то или кого-то, чтобы поделиться этим.

- Меня? - говорю я, почти уверенная в том, что это еще одна шутка.

- Да, моя дорогая. Тебя, - усмехается он. - Не стоит так удивляться. Ты что действительно думала, что я буду вечно держать тебя взаперти? Как я мог? Ты так прекрасна, так дорога. Мне нужно поделиться с тобой миром. Я посещал торжественные вечера и мероприятия с десятками великолепных женщин, но однако ни одна из них не сравнится с тобой, - он касается груди. - Ты в моем сердце.

С этими словами он отворачивается.