Джастин Валенти - Одна лишь ты

Суббота выдалась дождливой. Мередит ушла побродить по магазинам, а Дженнифер, занимаясь уборкой квартиры, то и дело бросала взгляды на занавеску в дверном проеме, за которым располагалась гостиная. Там работал Патрик, сочиняя музыку для частной радиостанции.

Вернувшись, Мередит быстро переоделась и побежала в театр на дневной спектакль. Потом ушел Патрик на деловую встречу. Дженнифер, оставшись одна, ощутила острую тоску и одиночество. Правда, она договорилась с Мередит и Патриком, что днем, во время перерыва между двумя спектаклями, они пойдут в кафе «Борджиа». Однако перспектива лицезреть Патрика, смотрящего влюбленными глазами на Мередит, удручала Дженнифер.

«Что я здесь делаю? — со злостью подумала она. — Валяю дурака!»

Этот очевидный ответ показался ей единственно верным.

Раздался телефонный звонок, но Дженнифер не сняла трубку. Как говорить любезно и бодро, когда к горлу подступают слезы? На пятый звонок она все-таки подняла трубку, решив, что это может быть Патрик или Мередит.

Звонил адвокат ее дедушки. Он сообщил, что утром, во время завтрака, со стариком случился удар и его срочно отвезли в больницу. Губы Дженнифер задрожали. Судорожно сцепив руки, она заметалась по комнате. Почему она не выполнила просьбу дедушки и не приехала домой, сославшись на какие-то нелепые причины? Ведь последствия удара могут оказаться фатальными. Застанет ли она деда в живых?

Дженнифер позвонила в аэропорт, заказала билет на ближайший вечерний рейс до Сан-Франциско, поспешно собрала необходимые вещи и прямо с дорожной сумкой побежала в кафе «Борджиа».

Патрик уже был там. Увидев взволнованную Дженнифер с дорожной сумкой, он вскочил и встревоженно спросил:

— Что случилось?

Дженнифер, разрыдавшись, сбивчиво рассказала ему обо всем. Патрик обнял ее и ласково погладил по голове, нашептывая успокаивающие слова, но от этого она зарыдала еще громче. Мысль, что Патрик обнимает ее только из жалости, была невыносима. Внезапно Дженнифер охватил стыд: ведь она так рыдает не из-за дедушки, а оплакивает свою безответную любовь!

Наконец Патрик убедил ее сесть за столик и выпить кофе. А потом предложил поймать такси и проводить Дженнифер в аэропорт.

— Нет, спасибо, не надо. — Она избегала его взгляда, стыдясь своих рыданий.

— Дженни, но почему?

— Нет, Патрик. Я сама доберусь, а ты оставайся и жди Мередит. Как только что-либо прояснится, я позвоню вам.

Патрик взял ее сумку, они вышли из кафе и направились на стоянку такси. Дождь, накрапывающий весь день, усилился, и они мгновенно промокли, хотя и не заметили этого. Остановилось такси. Патрик распахнул дверцу и крепко прижал к себе Дженнифер.

— Надеюсь, все обойдется, Дженни. Дай-то Бог! Позвони нам, как только прилетишь в Сан-Франциско. Мы будем ждать!

Она села в такси, захлопнула дверцу, и машина тронулась. Дженнифер глянула в окно и сквозь залитое дождем стекло увидела быстро удаляющегося Патрика. Когда его силуэт растворился в мутных потоках дождя, она вдруг подумала, что встретится с Патриком, вероятно, очень не скоро. Если вообще когда-нибудь встретится.

Восемь лет…

Дженнифер взглянула на часы: Патрик запаздывал. Промокнув влажные от волнения ладони бумажной салфеткой, она глубоко вздохнула. Господи, какой смешной и нелепый у нее, должно быть, вид! Волнуется, будто юная неопытная девушка перед первым свиданием. А ведь ее короткий, в сущности, несостоявшийся роман был так давно…

А вскоре после поспешного отъезда Дженнифер из Нью-Йорка Мередит О'Нил вышла замуж за Патрика Латтимора.

Кафе «Борджиа» постепенно заполнялось шумными, веселыми студентами Нью-Йоркского университета. Глядя на них, Дженнифер размышляла о том, что десять лет назад и сама была такой же: оптимисткой, с уверенностью смотрящей в будущее. Теперь ей тридцать, она пережила страшную трагедию. Бодрость и оптимизм иссякли, но Дженнифер до сих пор не разучилась радоваться жизни в любых ее проявлениях.

Дженни Райленд была наивной идеалисткой, мечтающей о большой, настоящей любви. Дженнифер де Пальма давно уже знает цену глубоким чувствам и хорошо представляет себе их печальные последствия.

И тут перед Дженнифер появился улыбающийся Патрик Латтимор и протянул к ней руки — ласковые и сильные руки, прикосновения которых она помнила все эти восемь лет.

Глава 2

Патрик взял Дженнифер за руки, и она поднялась из-за стола.

— Дженни! Ну наконец-то! Как живешь?

Патрик наклонился, поцеловал Дженнифер в щеку и, отступив на несколько шагов, оглядел ее. Она смущенно улыбалась, а ее сердце билось так часто и гулко, что, казалось, всем посетителям кафе слышен этот стук.

— Как живу? Прекрасно, — чуть слышно отозвалась Дженнифер.

Ее вдруг охватила слабость, колени задрожали, и она ухватилась за край стола.

— Ты замечательно выглядишь, Дженни, и совсем не изменилась! — искренне воскликнул Патрик. — Вот только волосы покрасила в другой цвет. Но мне нравится! Неужели ранняя седина? — шутливо добавил он.

— Старость не радость! — в тон ему ответила Дженнифер и, улыбнувшись, отвела взгляд.

Две крошечные слезинки появились в уголках ее глаз, и она испугалась, что Патрик заметит их.

Патрик… Он по-прежнему был красив. Только пшеничного цвета волосы теперь были аккуратно подстрижены. Патрик выглядел очень молодо, лишь возле глаз и в уголках губ появились маленькие, едва заметные морщинки. Он не пополнел: остался таким же стройным, хорошо сложенным, широкоплечим. Дженнифер показалось, что Патрик стал даже выше ростом: это впечатление создавали со вкусом подобранный серый в елочку твидовый пиджак, темно-серые брюки и черный шерстяной свитер с высоким воротом. Патрик был без пальто. Поверх пиджака он набросил шарф, когда-то подаренный ею на Рождество. Возможно, Патрик уже и не помнил, откуда у него этот шарф.

— Присядем? Или так и будем стоять? — улыбнувшись, предложила Дженнифер.

— Конечно!

Дженнифер успела заметить, что на нем кожаные туфли от де Пальма, с их характерной деталью — пряжкой сверху. Она усмехнулась, вспомнив, что Мередит всегда придавала большое значение обуви и другим аксессуарам одежды.

— Как поживает Мередит? — спросила она.

— Прекрасно! Шлет тебе большой привет и надеется на встречу с тобой и… твоим мужем.

Патрик с улыбкой коснулся обручального кольца Дженнифер.

— Прими мои поздравления!

— Спасибо, но наш медовый месяц давно закончился. Я замужем уже семь лет. Мой муж — Тони де Пальма. Ты наверняка слышал о его кожаных изделиях.