Сюзанна Брокман - Опасная любовь

— Ну да, чего же еще ожидать от такой наглой скотины, как ты, — нервно рассмеялась Кейт.

— Эй, не заводись! Я же просто шутил!

— А я — нет!

— Стало быть, так! — Он плюхнулся на диван и положил ноги на свой стол. — Джерико Бомон. Я хочу его снимать. Ты не хочешь. И что нам теперь делать?

— Стреляемся на рассвете? — осведомилась Кейт, присев напротив.

— Пришли мне своих секундантов, крошка!

Кейт не спускала с Виктора напряженного взгляда. Он с легкостью включился в предложенную игру, однако от нее не укрылась тревога в его глазах. Неужели Виктору так нужен этот Бомон, что он готов ради него отказаться участвовать в съемках? Виктор поерзал на своем месте и сказал:

— Не сочти это попыткой уйти от главной темы, но я все же не могу не напомнить, что ты до сих пор не свела нас с автором сценария. Как бишь его зовут? Ник Чендлер?

— Он все еще за границей, — ответила Кейт, внимательно разглядывая свои ногти.

— Он болтается там слишком долго, — сказал Вик и закинул руки за голову. — А мне нужно обсудить с ним кое-какие изменения — у сценария неверный конец.

— Как ты сказал? — Кейт подняла на него глаза. — Ты собрался изменить концовку?

Невероятная, потрясающая ирония! Свой последний фильм, «Двадцать слезинок», Виктор снимал для одной известной студии, и им не понравилась именно концовка. Совет директоров предпочел нанять другого режиссера, когда Вик отказался внести изменения. Таким образом, грандиозный труд, на который он положил почти два года жизни, был завершен кем-то другим, а Виктор даже не имел права протестовать.

Именно из-за неудачи с «Двадцатью слезинками» Виктор так решительно вернулся в мир независимых продюсеров. И с такой охотой взялся за «Обещание». Потому что, когда заключается контракт на съемки независимого фильма, источник его финансирования находится за пределами Голливуда и студии подключаются к процессу уже под конец, когда пленка отснята и упакована. Если студии нравится тот или иной фильм, она может получить только права на его прокат. Но при этом не может ничего изменить в самой картине. Во всяком случае, без ведома авторов.

— С чего тебе вдруг приспичило менять концовку? — недоумевала Кейт. — Мне она нравится.

— Да с того, что этот мальчиш-плохиш, плантатор Реджинальд Брукс, в конце концов добивается своего. Ларами продает ему свой участок, хотя клялся отцу, что никогда не бросит эту землю. Разве это стоящая концовка для фильма? Ларами сдался. А где же справедливость?

— Ларами не сдался — он выиграл! — возмущенно отчеканила Кейт. — Вспомни, ведь Джейн хотела пожертвовать будущим и выйти за Брукса ради спасения Мозеса! Но вместо этого Ларами спасает обоих — и Джейн, и Мозеса, — продав свою землю Бруксу. Ларами выигрывает, потому что поступает человечно, потому что сам возвращается к жизни, а ты… а ты ничего не понял, верно?

— Джерико Бомон, Сюзи Маккой и Джамаль Хокс! — От нетерпения Виктору не сиделось на месте. — Кейт, да с такими именами нам даже не потребуется реклама! Представляешь, как мы возьмем за горло инвесторов? Это же будет грандиозный фильм!

— Ну да, если он вообще будет!

— Ну что за чушь? — сердито скривился Виктор. — А куда же он денется?

— Ты всех нас подставишь под удар, если примешь Джерико Бомона! — выпалила Кейт, подавшись вперед. — А если посмотреть правде в глаза, то именно мне не сносить головы в ближайшие три месяца съемок!

— На то ты и продюсер! — невозмутимо заметил Виктор.

— Но ты даже не представляешь, что может выкинуть этот тип! — И Кейт принялась перечислять, загибая пальцы:

— Опоздания, невнятная речь, путаница в словах и жестах, хамство и дебоши, прогулы… Да этот твой бесценный Джерико способен на что угодно, вплоть до скоропостижной кончины! Виктор, ведь он в любой момент может сорваться и снова запить! Или взяться за наркотики. Кто даст тебе гарантию, что он выдержит до конца? Что не сочтет себя слишком уставшим, не станет колоться и не загнется от передозировки? Если это случится, когда мы отснимем большой кусок, — пиши пропало, фильм будет загублен!

— Слушай, я поговорил кое с кем из режиссеров, с которыми Джерико работал в последнее время. Вся штука в том, чтобы держать под контролем все, что он употребляет. Между прочим, он никогда не связывался с уличными торговцами — все только по рецептам. Ну, всякие там укрепляющие в течение дня и снотворные на ночь… словом, сама понимаешь. И если бы мы сами обеспечивали ему…

— Замолчи! — Кейт зажмурилась и зажала уши. — Замолчи, замолчи! Ты хоть соображаешь, до чего дошел? Виктор, да разве дело только в том, что это противозаконно?! А что, если на самом деле Джерико не наркоман? Представляешь, как ты влипнешь?

Но Виктора нелегко было смутить. Он небрежно пожал плечами и ответил:

— Если Джерико не наркоман — значит, у нас будет одной проблемой меньше.

— Но ведь сниматься в главной роли — тяжелая работа. А что, если ему это не по плечу? Выдержать целый фильм, да еще в такой роли, как Ларами, — тут и здоровый-то прогнется, а не то что… — Кейт умолкла, переводя дух. Главное — держать себя в руках. Иначе она за себя не отвечает. — Виктор, я понимаю, что тебя ослепил возможный успех. Ты видишь в Джерико только его талант. И этого у него никто не отнимет. Достаточно просмотреть пробную пленку. Но я не хочу так рисковать — и вряд ли это станут делать остальные инвесторы. Нам нужно найти кого-то еще.

— Кейт! — Виктор поднялся и посмотрел ей в глаза. — Я тебя внимательно выслушал. И понимаю, что разумнее всего было бы согласиться и найти другого артиста. — Он сокрушенно покачал головой и продолжил:

— Но я не могу на это пойти. Я не смогу снимать этот фильм и помнить о том, что сам, своими руками все испортил. Потому что, если я откажусь от Джерико, у меня не будет сниматься Сюзи. А без этих двоих не уломать и Джамаля.

— Виктор…

Он предупреждающе взмахнул рукой и закончил:

— Ты прекрасно знаешь, как я тебя люблю, и я впервые за десять лет вижу такой отличный сценарий, но мне придется отказаться от вас обоих — и от тебя, и от сценария, — если ты не дашь мне работать с Джерико. Прости, детка, если это выглядит как ультиматум. Сюзи и Джамалю нужен Джерико. И если ты все еще хочешь иметь со мной дело, то тебе остается смириться с этим и найти способ уговорить инвесторов.

Глава 3

Он уже видел ее голой!

Злорадствуя, Джед задержался у дверей офиса Мери Кейт О'Лафлин. Если уж быть точным, то он видел ее голой не далее как прошлой ночью. Джед навел справки и теперь знал, что «Обещание» было для О'Лафлин первым шагом на продюсерском поприще. Правда, дамочка успела промелькнуть на голливудском небосклоне, прежде чем распространила свои склады и магазины скрепок и скоросшивателей по всему Восточному побережью.