Арина Холина - Магия на каждый день

Ознакомительный фрагмент

— Твоя дочь не хочет носить Шанель! — Глаша накинулась на Анну.

— Твоя тоже! — одернула ее Амалия.

— Она что, озверела? — изумилась Анна.

— Представь себе! — фыркнула Аглая.

Внизу раздался какой-то шум.

— Глаша! — послышался крик Насти. — К тебе тут… ворвались!

— Подождите меня. — Глаша сорвалась со стула и бросилась вниз.

В холле напротив Саши и Насти стояла высокая худая женщина со всклокоченными волосами, которая визжала, топая ногами:

— Где она, я вас спрашиваю?

У женщины была истерика. Видно было, что она все еще считает, будто сдерживает себя, но на самом деле давно перешагнула границы приличий и вела себя как вздорная баба.

— Девочки, идите к себе, — велела Аглая, а затем обратилась к визитерше: — Что вам угодно?

— Мне угодно, чтобы ты отвалила от моего мужа! — закричала дамочка.

— А ваш муж, он кто? — поинтересовалась Аглая.

— А то ты не знаешь! — взвизгнула незваная гостья.

— Понятно, — кивнула Аглая. — До свидания.

Она развернулась, вошла к себе в кабинет и заперла дверь изнутри.

Женщина, открыв рот, смотрела ей вслед, а потом с жутким воплем бросилась на дверь и принялась колотить по ней кулаками.

— Открой, сука, немедленно!

— Пошла вон! — крикнула ей из-за двери Аглая. — И пока не успокоишься, не возвращайся!

Женщина еще некоторое время била в дверь кулаками, ногами и даже головой, но в конце концов присмирела, склонила голову к груди, в изнеможении сползла по стене на пол и, уже сидя, разрыдалась. Когда она утирала последние слезы, дверь кабинета приоткрылась и Аглая вышла наружу. Она села перед женщиной на корточки, взяла ее холодные руки в свои и спросила:

— Полегче?

Женщина помотала головой.

— Ну, пойдемте, расскажете мне все, — Аглая подцепила женщину под локоть, рывком подняла и чуть ли не на себе поволокла на кухню.

— Женя — подонок! — всхлипывала дамочка. — Он трахает своих секретарш, шляется по баням и снимает шлюх в стриптизе! Сукин сын, как я его ненавижу! — Она стукнула кулаком по столу.

— Вас как зовут? — поинтересовалась Глаша.

— Вика.

— Вика, мы ведь говорим об Евгении Дмитриевиче? Я правильно поняла? — уточнила Аглая.

— Да, мы говорим об этом засранце! — кивнула Вика.

— Послушайте, а зачем же вы с ним живете? — изумилась Аглая.

Вика вскинула голову и тоже с удивлением посмотрела на Глашу.

— Видите ли, я двадцать лет не работаю, у меня нет детей, я привыкла одеваться в Милане, и я не хочу от всего этого отказываться, — отрезала она. — Но я хочу быть счастливой! Мы раньше были счастливы, понимаете? А потом все изменилось!

— Идите сюда. — Аглая взяла Вику за руку и вывела в коридор.

Включила свет и подвела женщину к большому, во весь рост, зеркалу в тяжеленной резной раме.

— Смотрите, — приказала она.

Вика вгляделась и увидела, что зеркало, как высококлассная фотография, отражает все детали: все поры на лице, каждый волосок, выросший не на месте, и каждое пятнышко на коже стали абсолютно очевидны. В своем отражении Вика увидела измученную женщину с воспаленной, несмотря на усилия косметологов, кожей, с черными кругами под глазами, с тусклыми глазами, с острыми, как порез бритвы, морщинами… Женщину, обессиленную, уставшую и несчастную.

— Я же красилась… — пробормотала она, испуганно глядя на Аглаю.

Та пожала плечами:

— Мое зеркало показывает все, что есть на самом деле.

— Как это? — насторожилась Вика.

— Вы что, не знаете, кто я? — усмехнулась Аглая.

— Ну, астропрогнозы составляете, — Вика скривилась. — Я, в принципе, наверное, тоже могу их составлять. Все, кому не лень, гороскопы составляют.

Аглая расхохоталась. Она щелкнула пальцами, и свет погас.

— Ой! — воскликнула Вика. — У вас что, сенсорные выключатели?

— Сюда идите! — позвала Глаша.

Они проследовали на кухню, Аглая налила в кастрюлю холодной воды, поставила на стол и подняла руки над водой. Скоро вода забурлила, покрылась пузырьками, а потом и закипела.

Вика, не говоря ни слова, смотрела на хозяйку. А та взяла свечу, дунула на нее, и на фитильке заплясало пламя.

— Ну и еще один фокус… — усмехнулась Глаша.

Она вынула из корзины яблоко, накрыла ладонями, и скоро фрукт стал покрываться инеем. Постепенно на яблоке намерзал лед, как в морозильнике, и, только когда льдинки начали падать на пол, Аглая положила яблоко в раковину и дотронулась до Вики. Руки у нее были теплые.

— У меня глюки, — грустно сказала Вика.

— Нет у вас никаких глюков, — успокоила ее Аглая. — У вас всего лишь невроз, а галлюцинации бывают в лучшем случае у шизофреников. Гипноз, например, не может вызвать видения.

— Ну да… — все так же печально буркнула Вика.

— Не хотите ли, чтобы я вам помогла? — спросила Глаша.

— Если все это мне кажется, то хочу. Ведь все равно это тогда будет понарошку, — согласилась Вика.

— Амалия! — закричала Аглая. — Ванну Нефертити!

И в доме началась суета.

Тем временем смеркалось, день сменили лазоревые сумерки, природа тоскливо, но вкусно пахла осенью, а в воздухе как бы парила странная, блестящая мошкара, отчего казалось, что все кругом искрится.

Женщины Лемм носились по всем этажам дома, переругивались, хлопали дверьми.

— Обожаю ванну Нефертити! — сообщила возбужденная Настя, убегая из кухни с огромным, но, видимо, легким мешком в руках.

— Это стоит тысячу долларов, — сообщила Аглая.

Вика безропотно открыла сумочку, выложила на стол толстую пачку денег, отсчитала десять купюр и передала Глаше.

— На всякий случай ношу, — пояснила она, кивнув на пачку. — Если вдруг одолеет непобедимое желание убить мужа.

Где-то через час на кухню пришла Амалия и сообщила:

— Пора.

Вику раздели до нижнего белья, накинули ей на плечи черный махровый, но отчего-то шелковистый на ощупь халат и проводили вниз. Внизу, в подвале, был небольшой холл с двумя дверьми — одна вела в лабораторию Амалии, другая — в ванную комнату с круглым джакузи.

В джакузи бурлило нечто белое, в чем плавали розовые лепестки. В помещении стоял тяжелый запах эфирных масел, меда и молока.

— Это что? — нахмурившись, поинтересовалась Вика.

— Козье молоко, — ответила Амалия. — Девочки! — обратилась она к родственницам. — По местам!

Четыре женщины сели так, что образовали вокруг джакузи квадрат, взяли в руки тонкие книжки в золоченом переплете и приготовились.

— Вон там переоденьтесь, — Амалия указала Вике на ширму.

Вика зашла за красивую японскую ширму и обнаружила полупрозрачное белое неглиже — комбинацию и шортики.