Акцентор - Вероника Десмонд

Возможно, я переборщил с алкоголем или сигаретами, потому что перед глазами появляется красная пелена, а тело трясет, как при передозировке. Дойдя до шкафа, я достаю свой любимый револьвер «Торос Рейджинг Булл 454», наливаю себе виски и усаживаюсь на диван, прожигая взглядом статую с ангельскими крыльями.

Кажется, Хван приобрел ее за несколько тысяч фунтов. Может быть, цена исчислялась сотнями тысяч. В любом случае, искусство существует лишь для удовлетворения человеческих потребностей, а мои потребности всегда были и всегда будут во главе стола.

Наклонив голову, я пью виски, чувствуя, как холод алкоголя обжигает горло, и делаю выстрел.

И еще один.

И еще.

Через пару секунд от ангела остается лишь жалкий прах, а я начинаю улыбаться.

– Какого хрена здесь происходит?

Я поворачиваюсь в сторону Кастила. Он самый сильный после меня. Такой психопат. Обожаю этого ублюдка. Безумие – увлекательная черта.

Он проводит рукой по своим черным волосам.

– Что ты делаешь, мать твою?

– Стреляю, – я пожимаю плечами, возвращаясь к статуе и делая новый выстрел.

Люблю оружие из-за ощущения пороха на пальцах. Мне также нравится, когда мой пистолет прижат к тонкой шее, принадлежащей пиздец какому красивому созданию. Или когда она его сосет, склонившись передо мной на коленях.

«Я могу умолять отпустить меня?..»

И снова, блядь.

– Он в хреновом настроении? – Эрик садится на диван и забирает у меня стакан, заставляя меня думать о том, как красиво будет смотреться пуля в его черепе.

Увидев мою улыбку, Боулмен сглатывает и встает на ноги.

Хорошие инстинкты.

– Нет, он чем-то заинтригован, – наш спокойный кореец-британец Чон подходит к камину, чтобы взять в руки сохранившийся кусок крыла.

– Я еще здесь.

Он даже не вздрагивает, когда я делаю четкий выстрел, разбив мрамор прямо в его ладони.

– И ты поймешь, когда Кинг будет в хреновом настроении, – добавляет Хван. – Все поймут.

– Что тебя так заинтересовало? – спрашивает Кастил. – Инициация?

Несколько лет назад мне понадобилось устроить охоту, реальную охоту на людей, чтобы отобрать лучших из лучших, и Кастил поддержал эту идею. К тому же резать плоть практически до критического состояния… питаться чужим страхом… самая качественная доза дофамина.

Но чем больше я наблюдал за Элеонор, тем больше убеждался, что зона моих интересов впервые за все время сменила направление.

Эта девушка – скучная и жалкая, напоминает тень. Она никогда не сможет дать отпор, никогда не пойдет на конфликт и никогда не повысит голос.

Элеонор – пацифистка. Обожает животных, не ест мясо, занимается благотворительностью и иисус-мать-его-христос волнуется из-за бездомной твари, которая встретилась ей на улице.

Она даже тихо плакала, пока ее никто не видел. Каждый гребаный вечер, когда сидела у себя в комнате.

Поэтому мне пришлось забрать кота из приюта.

Парни охуеют, если узнают, что теперь у меня есть Ствол – пушистое исчадие ада, которое не смогло определиться с цветом собственной шерсти.

По расписанию мой милый ангел сейчас должен играть скучные этюды в своем пыльном классе.

Должен ли я навестить ее? Возможно, это прозвучит печально, но мне придется наказать Элеонор за то, что она привлекла мое внимание.

Как известно, мои наказания бывают довольно жестоки. Но я хочу снова почувствовать вкус ее кожи, поцеловать ее румянец, увидеть расширившиеся зрачки, окруженные светло-голубой радужкой.

Ну и моя сперма у нее в горле все еще мелькает прямо перед глазами. Раз, блядь, за разом. Не переставая.

Она едва справлялась с собственным страхом, который я чувствовал как аромат. Самый соблазнительный аромат.

Я хочу его. Вот моя доза.

Беги, малышка Эль.

Потому что иду охотиться на тебя, мой очаровательный ангел.

Примечание:

Обсессия (от лат. obsessio – «одержимость») – это навязчивые мысли, идеи, желания или страхи. Они появляются спонтанно или из-за какого-либо провоцирующего события – триггера.

Глава 5

Иллюзии

«…Run and hide, it’s gonna be bad tonight

Беги, прячься – эта ночь не предвещает ничего хорошего,

Cause here comes your devil sideВ

едь сегодня ты выпускаешь

свою дьявольскую сторону наружу»

Foxes – Devil Side

Кингстон, Шотландия.

Тень.

Такое ощущение, что вся Шотландия превращается в один большой потоп. Дождь льет не переставая, заряжая воздух до предела.

Я смотрю на лицо Эммы и заставляю себя не нервничать. Катерина называет Эмму бурбоном восемнадцатилетней выдержки, и, черт возьми, подобное сравнение лучше всего описывает эту девушку. Для мисс Кларк не существует никаких правил, у нее довольно ограниченный круг друзей, и Эми ничего не боится. Буквально.

Больше всего на свете я хотела бы перенять это качество у своей лучшей подруги, но мир слишком жесток, чтобы мы могли получить все, что хотим.

Сегодня состоится футбольный матч между Кингстоном и Грейс-Холлом. Мы сидим на трибуне стадиона, держа в руках огромный черный зонт, и молимся, чтобы нас не затопило.

– Напомни, почему я согласилась пойти с вами? – спрашиваю я Эми, пытаясь перекричать болельщиков.

– Потому что ты очень хорошая девочка? – Эмма широко улыбается, а затем морщится, когда жует конфету «Черный Джек». – Эль, пожалуйста, держи зонт крепче.

Хмыкнув, я глубоко вздыхаю и перевожу взгляд на игровое поле. Вода превращает газон в скользкую глиняную массу, делая игру сложной и непредсказуемой. Некоторые футболисты уже покалечены. Почему? Потому что воздух так мрачен не только из-за погоды, но и из-за их присутствия.

В последнее время Кингстон стал отвратительно шумным, в поле зрения появились пугающие лица с ссадинами и гематомами, и все просто сошли с ума.

Номер двадцать три, Аарон Кинг, несется на всей скорости, не заботясь о безопасности людей на поле. На экране мелькает его приближенный портрет. Аплодисменты и крики студентов смешиваются с шумом дождя.

– …Кинг!

– …Кинг!

– …Кинг!

Боже, ему определенно не помешает психологическая помощь.

Наслаждаясь скандированием своего имени, Аарон широко улыбается и стягивает мокрую футболку через голову, показывая твердый пресс и четкую V-образную линию, уходящую под шорты. Чертов эксгибиционист.

Его телосложение феноменально, даже смертоносно, а паук на его груди и змея, оплетающая ключицы, излучают зловещую, хищную силу.

Женская половина трибун превращается в сплошной оглушительный гул. Мне пришлось снять один из слуховых аппаратов, потому что девушка справа не перестает визжать.

Я сжимаю зубы.

Черта с два я буду считать его привлекательным.

Аарон смахивает со лба потемневшие от дождя пряди и после небольшого перерыва почти сразу же с легкостью