Бывший. Спасибо, что лгал мне (СИ) - Элен Ош

голову и смотрит на отца:

— Можно?

— Да, раз угощают. А как зовут кондитера?

— Мария.

— И, если не секрет, какова стоимость торта?

— Для меня, практически, бесплатно. Только за ингредиенты заплатила. И то с карты своей сестры, — поясняю зачем-то я и дополняю: — Я и есть кондитер. А вам сделаю скидку на первый заказ.

— Вот так двойной сюрприз, — улыбается он, а я вопросительно приподнимаю бровь…

Глава 12

Наш путь еще не закончился

— Правда, я не ожидал, что вы кондитер, Мария.

— Вот как! Почему нет?

— В моем представление мастера кулинарного искусства имеют лишний вес, пробуя собственные сладости, — улыбается попутчик, имени которого я до сих пор не знаю. Он так и не представился. — А вы стройная и красивая девушка.

— Ну, в данный период не совсем, — меняю положение тела в попытке подняться на ноги.

Незнакомец подает руку и помогает встать, а дочь его продолжает уплетать торт, поглядывая на добавку.

— Как видите, я в положении.

— Этот вес не лишний! Он только красит вас.

— Вы льстите мне… — делаю паузу, — простите, не знаю вашего имени.

— Ох, мое упущение! Прошу прощения. Я Павел. Адвокат Фадеев Павел Николаевич. Моя визитка, на всякий случай, — протягивает мне глянцевую карточку, а сам дергает дочь за хвостик на голове. — Красавица, попка слипнется от чрезмерного употребления сахара.

— О нет! Протестую, — прямо как в суде восклицаю я и поднимаю крышку от торта, демонстрируя Павлу, — видите, специально написано: без сахара.

— Так не бывает, — смеется, а девушки, до сих пор сидевшие молчаливо, обретают дар речи:

— Мы тоже не верили поначалу, но так и есть: съедаем пирожные, торты и ни грамма лишнего веса. Девочке вашей не повредит. Зубки не испортит. Кушай, милая!

И вторую порцию ей на тарелочку. А та и рада: ложечка так и порхает в ее маленькой ручке. Невольно засматриваюсь на девочку, положив ладонь на живот, ощущая легкие толчки.

УЗИ подтвердило мою догадку: я ношу под сердцем сына. А Трофимов дурак, лишился наследника.

Опускаю голову, глядя на живот и охаю от досады: платье так и осталось с пятнами от пролитого шампанского. Теперь и по парку не погулять. Некомфортно!

— Девочки, я домой, наверное. Торт доедайте! И спасибо, что согласились прийти на съемку.

— Тебе, Маша, спасибо! Обязательно закажем еще те муссовые десерты. Вы тоже закажите, Павел! Вашей жене понравится.

Бросаю взгляд на него. Словно туча набежала: лицо у Павла ожесточилось, брови сурово сдвинулись. Шумно втянув воздух, он все же отвечает:

— Несомненно. Благодарю.

Но голос уже потерял тот бархат. Звучит резко, даже холодом повеяло. Чтобы разрядить ситуацию, достаю телефон и меняю тему разговора:

— Вызову такси. Пока дойду до выхода из парка, машина подъедет. На метро не смогу. Технический запах сразу тошноту вызывает. А на автобусе, боюсь, затолкают.

— Давайте, я отвезу вас домой, — тут же отзывается Павел, а взгляд снова прояснивается.

— Мне как-то неудобно. У вас дочь и…

— Но я ведь должен узнать, где мне забирать заказ, — находится с ответом Павел, а мне и крыть нечем, только разве что:

— Я оформлю доставку. Укажите дату и время, пожалуйста.

— Проблематично, Мария. Я весьма занятой человек: сбор информации для клиентов, встречи, защита в суде. Мне проще заехать самому за тортом и десертами.

— Тогда, я сдаюсь.

— Вот это правильно! Виктория, скажи: «Спасибо!», и поднимайся.

Девчушка вскидывает голову. Ротик чумазый, испачкан кремом и крошками от торта.

Я вынимаю влажные салфетки, опускаюсь на колени перед ней и аккуратно вытираю ротик девочке.

Ее большие выразительные глаза в обрамлении пушистых ресниц неотрывно смотрят на меня. Непроизвольно погружаюсь в них и улыбаюсь Виктории. Она в ответ.

Заправляю ей за ушко выбившиеся пряди и поправляю локон на детском плечике. Волосы мягкие на ощупь. Чуть оттягиваю колечко. Отпускаю прядь, и она тут же сворачивается в локон. Волосы Виктории совсем не как у Павла. Скорее всего, в маму.

Оборачиваюсь. Смотрю на него снизу-вверх. А он склонил голову и внимательно так наблюдает за нами.

— Спасибо, Мария!

— За что? — поднимаюсь.

Снова протянутая рука. Вкладываю в ладонь Павла свои пальчики, ощущая крепкую поддержку. То, чего не хватает в моей жизни. Да, сестра многое мне дает. Но Аннушке надо о себе подумать. Годы идут, а она одна…

— Как за что, Мария? За наблюдательность, за доброту. За вкусный торт.

— Вы еще не пробовали, Павел.

— Я уже весь в предвкушении! Когда будет готов заказ: торт и пирожные?

— Как только сдам контрольный торт на курсах и получу сертификат, сразу займусь вашими десертами. Пару дней подождете?

— Непременно, Мария! Идемте к машине. Виктория, а я так и не услышал…

— Че? А… Пасиба! Досиданя, — машет рукой девчонкам, я тоже, улыбаясь детскому лепету.

— А сколько ей лет? — спрашиваю, когда идем к выходу из парка. Вика идет посередине, держась за наши руки.

— Почти три. Еще плохо говорит. Поздно начала. Картавит немного.

— Ну, для этого возраста нормально. Еще успеет надоесть своими «Почему».

— У вас есть еще дети, Мария?

— Нет.

— Первенца ждете? Кого?

— Сын.

— О, счастливый его отец.

— Увы, Павел! Он даже не знает об этом.

— Простите, я невольно затронул неприятную тему.

— Ничего страшного, — вздыхаю, но на душе уже нет того чувства утраты. Скорее, пустота, которую тщательно заполняет мой сын, перекатываясь, как мячик, в утробе.

— Почему отец ребенка не в курсе?

— В вас сейчас говорит адвокат? — хитро прищуриваюсь, а Павел улыбается, отвечая:

— Скорее, дружеское участие.

— Он бросил меня. Я не успела рассказать ему, что жду ребенка.

— Но…

— Никаких «Но», Павел! Как оказалось, он был женат, а меня просто использовал. А я, глупая, верила ему, что единственная и неповторимая. Не понимаю, зачем я все это рассказываю. Мы и не знакомы толком.

— Я попутчик, Мария. Вы забыли? С поезда. Считайте, наш путь еще не закончился. А чужому человеку порой бывает легче довериться. К тому же, я адвокат. Мало ли что…

— А что может произойти?

— Да что угодно.

Мы усаживаемся в машину, которую Павел припарковал неподалеку от Павловских казарм. Какая ирония!

Виктория устраивается на заднем сиденье, а ее отец тщательно пристегивает малышку. Чмокает в нос, а девчушка смеется:

— Щекотно, пап!

— Мария, вперед или…

— Давайте, я рядом с Викой.

Разговор затухает. Павел сосредоточено ведет машину по запруженным улицам Питера.

Я держу за ручку Викторию, а другой отвечаю на сообщения сестры, что торт благополучно съели, еду домой, скоро увидимся.

«Скоро» — понятие относительное, учитывая количество светофоров и час-пик. Прошло не менее получаса, когда Павел тормознул