Отомстить или влюбиться - Оксана Алексеева

схему особняка и даже нашел заветный способ дистанционного отключения… оказалось, что сигнализация по периметру уже отключена! Сие могло означать только одно – кто-то из ребят добрался до этого задания раньше нас и пошел тем же путем. Теперь придется спешить: или охрана заметит отключение, или те, выполнив задание, сами вернутся в офис и заметут следы. Мы можем оказаться в ловушке, если успеем зайти, но не успеем выйти.

Ехали довольно долго, я даже вздремнула на его плече. А перед высоким забором охранник задумался.

– Полезу один. Получится быстрее и безопаснее.

– Разве мы не напарники? – я не собиралась принимать во внимание его намек на мою несостоятельность.

– Так. Получится. Быстрее, – отрывисто повторил он. – Ты хотя бы наверх забраться сможешь?

– Подсадишь. Или затащишь. Зато если тебя поймают, только в моем обществе могут отпустить.

– Аргумент, – нехотя признал он.

Подскочил и зацепился пальцами за край забора, подтянулся и перебрался наверх. Лег поперек, свесил мне руку. Когда я смогла крепко взяться двумя руками, потянул к себе – я только ногами успевала перебирать. Вниз на другой стороне я спрыгнула сама. И сразу прошептала, осматривая освещенную маленькими лампочками территорию:

– Если сигнализация до сих пор отключена, мы можем войти через кухню. Персонал должен уже спать.

Рома вдруг начал сомневаться, ну да, самое время:

– Персонал может уже не спать, если до нас сюда приходили другие. Этот дом сегодня многолюдное местечко… Но датчики движения не сработали. Значит, у нас еще есть надежда. Только не шуми.

И он, сильно наклонившись, побежал вперед. Я – за ним, с яростным шепотом:

– Сам не шуми!

На темной кухне никого не было – значит, охрана не насторожена. Если кому-то и удалось зайти до нас, то проникли они тихо, тревогу не подняли. Теперь мы можем пробраться в любое помещение дома.

– Где может быть эта псина? – я с трудом угадывала в тихом шепоте парня смысл, поскольку все слова разобрать было невозможно.

– Понятия не имею. Возможно, в спальне хозяйки. Это на втором этаже.

Мы перебрались в коридор, нашли лестницу. Стараясь не издавать ни звука, перемещались все ближе и ближе к цели.

– Пс! – раздалось из темноты, отчего я подскочила на месте. – Ром, это ты?

Я по картавой «р» сразу узнала Егора – значит, мы шли за ними след в след, и поэтому столкнулись прямо в доме. На втором этаже коридор был тускло освещен, и Рому, вышедшего вперед, и заметили. Я шагнула следом – теперь нелепо прятаться. Разглядела и Евгения. Рома сильно преувеличил, когда рассказывал, что о моем участии догадались буквально все. Потому что когда мужчины увидели меня, то вскрикнули почти в полный и совершенно счастливый голос. Хотя четче все же выразился Егор:

– Вороти меня в отцовский зад! Лариса Сергеевна?!

На него зашипели сразу с двух сторон, а Евгений даже попытался увлечь друга обратно во тьму. Еще не все потеряно, ведь охрана находится вне дома. Однако через секунду в напряженной тишине мы сначала расслышали далекое рычание, а потом ненормально звонкий лай. С другой стороны коридора к нам мчался мерзейшей наружности мопс, издавая звуки похуже сигнализации.

Я рванула назад – эта зубастая сирена уж точно разбудит всех, но в панике заметила, как Рома и Егор направляют на собачонку телефоны, одновременно щелкают камерами. Похоже, их волнение не достигло той отметки, при которой забываешь о задании. И только после этого Рома развернулся и помчался следом за мной. Наши соперники растворились в другом направлении – вероятно, они зашли не через кухню и потому выбирались по привычному пути.

Едва мы вылетели на улицу, как тут же прижались к земле – вдали слышались голоса охраны. Те, если кого-нибудь из нас поймают, или ухохочутся до смерти, или разозлятся, что игрища решили провести в их смену. Но не выпустят до утра в любом случае – это уже их раунд. Тем не менее я от страха не могла пошевелиться. Однако парень торопил:

– Уходим прямо сейчас. У нас несколько секунд.

И побежал к забору, я же вынуждена была кинуться за ним, буквально заставляя тело слушаться. Голоса совсем близко включили какие-то суперспособности – я сама смогла подпрыгнуть настолько высоко, чтобы уцепиться за край. Рома затащил меня наверх за шкирку и сразу спрыгнул с другой стороны. Мне некогда было думать над происходящим, просто попыталась не переломать ноги в процессе. И неслась к пролеску так быстро, что даже смеющегося напарника обогнала.

Еще через сто метров упала на колени, задыхаясь. Да они с этими их игрищами просто сумасшедшие! Интересно, Егора и Евгения заметили? Если да, то нам только на руку – самыми сильными конкурентами меньше.

– Получилось немного смазанно, но собачку рассмотреть все же можно, – Рома смеялся, когда отправлял сообщение Петру Александровичу. – У нас несколько минут на передышку. Перекусить бы… Эх, зря я омаров не дождался.

Я кое-как поднялась на трясущиеся ноги, шагнула к нему, ухватила за рукав, чтобы развернуть, обняла и со всей силы завизжала в ухо. Он пытался меня отодрать, но не сразу сумел – слишком много во мне накопилось эйфории от содеянного, чтобы вот просто так взять и утихомириться.

– Роман Витебский! Это было круче, чем прыжок с тарзанки!

– Отпусти меня на волю, безбашенная!

Я сбавила тон, но пока не уняла радости, а вместе с ней прорвалась и правда:

– Теперь-то мне понятно, как ты в наш дом пробрался. Это мог сделать любой из охраны, но только ты подходишь по телосложению и возрасту.

– Что ты несешь? Какое еще телосложение? Да прекрати ты меня щупать!

Но восторг был слишком велик, никак его не унять:

– Как же я рада, что ты взял меня в напарницы!

– Ты шантажировала меня, – зачем-то напомнил он, как будто это было важно.

– Да перестань – ты слишком просто согласился! Не притворяйся теперь, что испугался.

– До чертиков. Да отпусти ты уже! Сообщение пришло!

– Я сейчас даже уверена, что ты мне тогда специально первым попался – так тебе хотелось со мной работать!

Сильнее стиснуть я его все равно уже не могла, поэтому пришлось повиноваться и дать ему возможность прочитать: «Я не понял, а почему Егор отправил снимок с примерно того же ракурса? Ладно, потом расскажете. Готовы к следующему заданию?».

Глава 5. Остренько

«…съесть по сырому хабанеро. Каждому».

– Это перец такой, – зачем-то решила объяснить я, хотя Рома не спрашивал.

Он не выглядел ни взволнованным, ни тем более напуганным:

– Это точно задание Николаева. Тот постоянно острое жрет и очень этим хвастается. Вот же повод для гордости. А ты как к остренькому?

Я нервно пожала плечами:

– Да не особо. А есть варианты?

– Только не говори, что у тебя аллергия или еще какая-нибудь ерундень. Мы из-за тебя не проиграем. Теперь поздно метаться, будешь участвовать как миленькая.

Из-за меня мы точно не проиграем. А если уж и проиграем, то из-за хабанеро, а не меня! Храбрясь, я поторопила:

– Что ты стоишь дубом? Нам нужно найти круглосуточный супермаркет.

Мы замерли возле прилавка. К счастью, там был огромный выбор: перцы выглядели один неаппетитнее другого. Я припомнила:

– Если не ошибаюсь, самые съедобные – белые.

– Тут нет белых.

– Не придирайся. В общем, чем белее, тем лучше. И помельче, помельче ищи.

Он продвинул в сторону заспанного кассира наши немногочисленные покупки и обратился ко мне:

– Платишь снова ты. Справедливо?

Я и не спорила – уже вытаскивала карту. Интересно, а выигрыш обычно покрывает затраты? Хотя дело, конечно, не в выигрыше… Бергманам как-то не к лицу кому-то уступать, даже если часть из нас сегодня называется Витебскими.

Мы разместились на парковой скамье подальше от случайных прохожих. Парень вскрыл пакет молока – он еще в магазине сказал, что острое запивать водой нельзя, а молоко хотя бы отчасти помогает. Было решено, что пока один ест – второй снимает, потом меняемся.

– Давай ты первый! – я так и не определилась, какой вариант лучше. – Нет! Я первая. Если насмотрюсь на твой вид, то потом себя не заставлю… Нет! Лучше ты первый – если не сможешь съесть, то и мне не придется.

– Держи камеру ровно, истеричка.

И он,