Ты мой! Пока не наиграюсь... - Галина Колоскова

кивнула, подтверждая, что помнит тот вечер. Супругу финдира запомнить не сложно. Яркая, наглая, любительница приложиться к стакану рыжая стерва.

– Ближе к делу. – Поторопила она.– Алиса осталась там с тренером по гимнастике. Я его знаю, как день.

Юля округлила глаза, но решила. Что о подробностях выспросит позже. Она крутанула в воздухе пальцами, перейдя к главному.

– Короче, она приехала слегка под шафе. Не отказалась от винишка и у нас, сама знаешь хорошие напитки, я привожу из поездок и предлагаю клиентам скрасить ожидание...

Нина вздохнула, постучав пальцем по стеклу часов.

– Сейчас сама всё увидишь. – Блондинка распахнула входную дверь и продолжила шёпотом:– Узнала много нового. Пребываю до сих пор в шоке. Ты должна услышать новости из первых уст.

Нина куталась в плащ. Дождь перестал моросить, но от влажности стало зябко и ветрено, пробирая порывами до костей. А может, её внутренний мандраж делал весь мир холоднее и неуютнее?

Она подняла голову вверх. Небо по-прежнему затянуто, соответствуя тому, что творилось у неё на душе. Нина ощущала себя поставленным на край обрыва измученным до пустоты смертником. Тем, что мечтает, чтоб всё поскорее закончилось.

– Поняла,– прошептала она, никак не решаясь зайти, продолжая говорить что-то не важное, само собой разумеющееся, оттягивая момент невозврата. Шесть устроенных и поначалу очень счастливых лет могли ухнуть в бездну через минуту.– Сориентируюсь на месте, но пить не стану. – Продолжала она. – За рулём. Я должна вернуться к Алисе.– Наконец замолчала, глубоко вздохнула, расправляя крылья забытого в прошлом чёрного ангела и, сделала шаг вперёд, навстречу к давно зреющей в голове правде.

Лидия вальяжно развалилась в удобном кресле за столом в кабинете Юлии. Натюрморт из фруктов и сырная нарезка на закуску. Плитка шоколада, бутылка вина да два бокала. Она успела забыть, зачем припёрлась в расслабляющее уютное место, наполненное приятными запахами.

Визитёрша сфокусировала пьяный взгляд на новом человеке и довольно усмехнулась, сопроводив оскал ярко окрашенных губ словами:

– А вот и ещё одна рогоноска в нашу компанию!– хлопнула она ладонью по столу и потянулась к бокалу.

– Почему? – один горький вопрос понятный без дополнительной расшифровки.

– Потому. – Лида икнула и одним залпом влила в себя алкогольную жидкость. – Улетели наши козлы на потрахушки, да? – мутный взгляд гулял по напряжённой фигуре подруги по несчастью. – Думаешь, стоишь такая красивая вся и прям вау, как нужна Паше, да?– Она хохотнула.– Спроси у его секретарш, бывших и нынешней, как он тебе верен. Мой раньше хоть немного боялся, пока тот не стал таскать его за собой по всем «деловым» поездкам.

На душе стало мерзко. Не хотелось верить в рвущие душу слова и сравнивать себя с опустившейся болтушкой, вместо занятий с детьми бесцельно болтающейся по салонам.

– Есть что-то конкретное кроме слухов?

– Спроси, кто с ними ещё полетел? – и, не дожидаясь вопроса, рыжуха продолжила. – Две новых помощницы, с высшим спортивным образованием. Гимнастки с ногами от ушей и невинными глазками Бэмби. – Лида скривила губы в ухмылке. – В любовь ещё видно верят, мокрощелки! В Гонконге покувыркаются выходные в шпагатах, а с понедельника за дела.

– Откуда знаешь?

– Следила. – Она покрутила длинную ножку бокала, перекатывая кровь винограда по прозрачным стенкам стекла. – До чего дошла, а когда-то мужиков как орешки щёлкала…

Слушать дальше, или сопереживать, распуская сопли рядом с вестницей рвущих нутро новостей, не хотелось. Нина направилась к выходу. Бросив на ходу подруге:

– Если у неё есть что-то кроме общих слов, запиши на бумаге.

Она минут десять стояла на улице, тяжело втягивая ставший до невозможности густым воздух. Хватая ртом и буквально вталкивая в сжатые спазмом обиды лёгкие.

На неё, с некоторых пор, у Павла времени не было никак и нигде. Даже в постели. Захотел свежеиспечённого пирога с телятинкой? Догнал тот самый кризис среднего возраста? Нравилось чувствовать себя наставником нового поколения или нечего было больше ей предложить? О потери потенции даже не думала. С этим у Светличного всё в порядке. Реветь белугой и спиваться, как Лида, она не станет. Слишком ценит себя и надо воспитывать дочь.

Смысл её жизни сейчас плескался в воде под присмотром молодого тренера…

В мозгу промелькнуло, что Стас тоже гимнаст и на шпагат растянуть её сможет с лёгкостью. Она отогнала эту идею, зарубив на корню мезальянс, от которого в первую очередь пострадает он, столкнувшись с высокомерным презрением её окружения.

Игорь на роль любовника подходил идеально, но был женат, лезть в семью не хотелось. Она села в машину и выбросив мысли из головы, отправилась за дочерью. Решив подумать обо всём чуть позже. Нужен был план и кому, как не ей уметь их выстраивать.

Нина, встав перед светофором, ответила на настойчивые приглашением Ковалёва поужинать, назначив время и место. С няней удалось договориться сразу. Она настраивала себя на измену, отключив любые эмоции, прокручивая в голове возможные последствия.

Глава 7

Нина наблюдала за визжащей от счастья дочерью, несущейся вниз по водной горке прямо в руки Стаса. Не хотелось мешать двум совершенно доверяющим друг другу людям. Как могло случиться, что её, с трудом идущая на контакт девочка, вот так сразу и совершенно открылась молодому тренеру? Хотя какие претензии с её стороны?

Ребёнок счастлив, за долгое время попав в место, которое очень любит, под присмотром того, кто не даст попасть в какую–либо неприятную ситуацию. Что это с ней? Ревность? Она поправила верх чёрного сплошного купальника, сдвинула на бок узел парео и направилась в компанию кайфующих от воды людей. Оставив все мысли на потом.

– Мама, мамочка!– Алиса восседала на шее Стаса совершенно уверенно, по-хозяйски.

Нина во все глаза смотрела на его совершенное тело в одних лишь бордшортах. Мышцы и мускулы там где надо и такого размера, что она с трудом удержала челюсть на месте. В кубики – пресс, широкие плечи.

– Скульптуру лепить с него можно…– она не заметила, что говорит вслух, а он с улыбкой надвигался, остановившись всего в паре метров.

– Мы плавали наперегонки и поймали вот такую рыбу!– Алиса развела руки в сторону, не собиралась покидать мощную шею коняшки.

Нина подошла ближе, попросив:

– Дай поцелую!– обращение предназначалось дочери. Именно в её лицо и смотрела она сейчас, иначе заметила бы, как вздрогнул при этих словах тренер.

Она придвинулась почти вплотную.

–