Мы не всерьёз (СИ) - Черничная Алёна

— Я никак его не запомнила. Напилась и проснулась с тобой в обнимку, а твой утренний стояк упирался мою голую в задницу. Если тебя вдруг беспокоят последствия нашей ночи, то не парься. Я пью таблетки и ничем не болею. Надеюсь, от тебя в этом плане то же не будет сюрпризов. И интересно тебе это или нет, то понятия не имею, какого хрена переспала с тобой в первый же вечер.

И кто это решил, что если позволить себе высказаться, то словно камень с души? Бред. Я лишь сильнее напряглась в ожидании реакции Геры, притаившись на сиденье. А он просто молча пропустил через татуированную пятерню и без того взъерошенные пряди темных волос.

— Забавная ты, Маш, — Широченная улыбка озарила его лицо. — Любишь сама все додумывать вместо того, чтобы поговорить.

— А не о чем разговаривать. Вспыхнуло и погасло. Все.

— То есть прям «все»? — Гера иронично выгнул одну бровь дугой, бросив на меня косой секундный взгляд.

— Да, — для большей уверенности в ответе, подалась телом вперед, насколько позволял мне ремень безопасности.

Я даже не обратила внимание, что «бмв» уже въехал в двор моей девятиэтажки. Гера не спеша заглушил мотор и развернулся ко мне. В полумраке салона авто его глаза озарились обаятельно наглым блеском. Воспользовавшись моим замешательством, он ухватился за мою руку, а сам буквально навис надо мной, снова впечатывая в спинку кресла. Дыхание настороженно замерло, когда лицо Геры оказалось так близко, что до него оставались миллиметры.

— Ты что делаешь? — прошептала я на вдохе, чувствуя, как мужские пальцы аккуратно окольцовывают мое запястье.

— Проверяю, действительно ли все погасло. — Его низкий, обволакивающий голос огнем прожег мне губы.

Сглотнув нервный, ком в горле, я опустила взгляд на свою руку, находящуюся в теплом капкане его ладони.

— Ты пытаешься нащупать мой пульс?

— Ш-ш-ш, — выдохнул Гера, встречаясь со мной глазами.

Боже. Сердце начало хаотично подпрыгивать в груди, игнорируя все приказы головы держать оборону, не поддаваться. Но все полетело к чёртовой матери, когда, не говоря ни слова, Гера прижался своей щекой к моей щеке, а кончик его носа коснулся мочки уха. Я чувствовала такое жгучее дыхание и мягкое покалывание щетины, разносящие волнами неконтролируемый трепет: от кончиков пальцев до самых сокровенных точек моего тела. Налившиеся теплотой соски, мучительное томление внизу живота и расползающийся дурман в голове — у меня больше не было оправданий в виде алкоголя.

По-прежнему держа руку на моем пульсе, Гера провел кончиком носа от скулы к щеке и снова вернул свое дразнящее дыхание к мочке ушка. Он гипнотически пах терпкой хвоей. До одури. До ощущения, что я, кажется, пропадаю…

— Сто пятнадцать. Погасло, говоришь? И кого ты хочешь обмануть? — Усмешка с мягкой хрипотцой вернула меня в реальность, даря чёткое чувство, что вот-вот растекусь прямо здесь и сейчас, если останусь в этой машине ещё хоть на секунду.

Резко выдернув руку из захвата мужских пальцев, я уперлась ладонями в грудь Геры, отодвигая его от себя. От себя и от греха подальше.

— Так, ну все. Хватит. Цирк какой-то, — дрожащими ладонями отстегнула ремень безопасности, потянулась к ручке на двери, намереваясь громко хлопнуть ей напоследок.

Но грациозно выпорхнуть из машины не вышло. Ноги оказались настолько ватными, что с первым же шагом я чуть не полетела носом к асфальту. Словно моё тело никак не хотело слушаться меня же.

— Осторожнее, Машуль. Остановись, отдышись, — услышала я за спиной. — Заеду завтра в половину девятого утра.

Обернувшись, рассержено пробила взглядом довольную физиономию Геры, выглядывающую из приоткрытого пассажирского окна машины. Что творилось внутри меня нельзя было сравнить и с извержением вулкана. Я готова была взорваться от потока чувств, неожиданно хлынувших в кровь. Адская смесь из раздражения, адреналина и жуткого притяжения. Но лишь одна маленькая деталь, вовремя всплывшая в голове, уберегла меня от того, чтобы не рвануть вперед и не сомкнуть свои пальцы на разукрашенной шее.

— Хорошо, Гер, — произнесла я, наигранно похлопав ресницами. — Давай лучше пораньше. В восемь. Не опаздывай, пожалуйста.

В глазах Геры тут же промелькнуло откровенное недоверие, но я не стала ждать ответа, а быстро скрылась за дверьми подъезда. Слава богу, не чертыхнулась перед ним хоть в этом раз. Все- таки из Геры вышел никудышный математик.

«Сто пятнадцать… Ох, если бы это было действительно так», — усмехнулась я, пытаясь восстановить дыхание и пульс. Мое сердце до онемения рвалось из грудной клетки.

Уже в лифте поставила телефон на беззвучный, проверила точно ли отключён будильник и со спокойной душой убрала его обратно в карман ветровки. Действительно, пусть приезжает за мной. Я нисколько не против. Мне просто совершенно все равно. У меня же завтра законный выходной, только Гере знать об этом было необязательно…

…Тепло расходится по моему обнажённому телу, растворяясь накатывающими возбуждением. Я невольно прогибаюсь в спине, сжимаю бедра и чувствую, как все мучительно тянет и становится влажным в самом низу живота. Сильные руки обхватывают меня за талию, скользят по её изгибу и ложатся на ягодицы, а позади в шею вонзается поцелуй. Горячий язык выписывает влажные узоры на коже одновременно с ласковыми пальцами, оказавшимися между моих ног. От накрывшей истомы нет сил открыть глаза, чтобы понять кто рядом со мной, но мне это и не нужно. Я и так знаю кому принадлежит этот хвойный парфюм. Разум требует отстраниться, а тело немедленного продолжения. Утыкаясь лицом в простыни, развожу ноги и пропускаю мужские пальцы глубже, слыша собственный стон. Я возбуждена до такой остроты ощущений, что голова хмелеет, словно меня накачали алкоголем. Кошкой потягиваюсь на кровати, упираясь ягодицами в твердое мужское достоинство. Боже, да… Мышцы ломит от желания почувствовать его внутри себя, впитывать его горячую пульсацию, ощущать, как он заполнит меня всю: глубоко и без остатка. Мое дыхание становится рваным от того, как жадно ласкают мужские губы мою шею и плечи. Чужие, но такие осторожные пальцы касаются нежной кожи между моих ног, гладят влажные складки, ласкают самые чувствительные точки, слегка проникая вовнутрь. Меня трясёт. Я буквально хнычу и трусь ягодицами о горячий член. Ещё секунда, и сильные ладони сжимают мои бедра, рывком насаживая на разгоряченную плоть. Так туго, что я тихо, но с наслаждением, скулю, когда толчки внутри меня сразу становится все размашистее, а дорогой аромат хвои и терпкий запах мужской кожи раздирает лёгкие до головокружения. Черт! Между ног так жарко и мокро, но мне хочется больше. Я сильнее прижимаюсь к рельефному телу позади себя. Слышу низкие несдержанные стоны у своей шеи. Нахожу силы приоткрыть глаза, когда ощущаю, как мои соски пронизывает тепло от настойчивых ласк. Я знаю, кому принадлежат эти пальцы, поэтому по телу тут же проносится лавина тягучей эйфории. Я не ошиблась, моя грудь накрыта татуированной ладонью с выступающими костяшками. Ощущаю несколько грубых толчков внутри себя и лишь сильнее прогибаюсь, подстраиваясь под жесткий ритм. Ещё и ещё… Низ живота уже готов взорваться искрами в подступающей разрядке…

Если бы не странный глухой нарастающий стук с каждой секундой…

Долбаные соседи со своим вечным ремонтом и перфоратором.

Я резко подорвалась на кровати, нервно дыша, а между ног тоскливо отзывались тёплые спазмы. Меня тут же накрыло отчетливое чувство обиды и ощущение пустоты внизу живота. Запустив ладони в спутавшиеся от беспокойного сна волосы, постаралась вернуть себе нормальное пульс и дыхание. Сердце билось словно заведенное, а мое обоняние… Я что? Схожу с ума? Мне казалось, что в комнате пахло парфюмом. Его парфюмом. Так ощутимо, что едва это могло не быть реальностью. Черт! Я закрыла пылающее лицо ладонями, до боли потирая щеки.

Это был сон. Сон! Как давно мне снилось что-то подобное? Не могла даже и вспомнить… Но сон, где я занимаюсь сексом с Герой, сейчас стоял перед моими глазами в мельчайших подробностях.